Как выяснилось, бояться было особо нечего, разве что выбор подходящего цвета из имеющихся в наличии занял довольно много времени. В итоге я стал выглядеть как бизнесмен, которому шили костюм на заказ где-нибудь в Лондоне. (Конечно, это на мой неопытный в данном вопросе взгляд, но разочаровывать в этом меня никто не стал.) Самое интересное, что костюм не выглядел как только что взятый с прилавка. Где-то читал, что когда хотели морально убить какого-нибудь джентльмена, о нем говорили: «Он выглядит как человек, одетый во все новое!..» Разумеется, костюм до меня никто не носил, но и на только что надетый он не был похож. Хорошо, запомню название этого заведения, вдруг еще когда-нибудь пригодится…

Когда садились в машину, засигналил мой сотовый телефон.

— Слушаю!

— Вам звонят из полиции, вы можете подойти и забрать имущество, о котором вам говорил Билл Винкль.

— Ясно, сегодня в 12.00 можно?

— Да, желательно до 20.00 или завтра.

— Понял, сегодня же зайду.

Джин сразу же поинтересовалась:

— Кто звонил?

(Ревновать еще рано, красавица моя!..)

— Звонили из полиции, нужно подъехать, забрать какие-то вещи, обнаруженные у того грабителя.

— Хорошо, давай заедем, можно прямо сейчас…

В полиции Бульвинкль отдал мне ключи от машины, сказав:

— Машина на стоянке возле Управления, белый джип «Тойота Лендкрузер». В ней сумки с одеждой, разберетесь сами. Так, теперь главное — вот обнаруженные в машине ценные вещи…

На столе оказался непрозрачный пакет, из которого он высыпал на стол довольно большую кучку золотых украшений — разновеликих колец, сережек, цепочек и пару крупных браслетов, явно мужских. Заставив меня все пересчитать и расписаться на какой-то бумаге, он достал из-за стола оружейную сумку.

— Здесь оружие из машины — автоматическая винтовка, пистолет, револьвер, патроны. Проверяйте и расписывайтесь.

Ну что, бегло осматриваю разнообразное железо, ставлю очередную закорючку в ведомости.

— Премию в Банке Ордена вы уже получили?

— Сумма там гораздо больше обычной тысячи экю…

— На это есть свои причины. Все, на этом выдача трофеев закончена.

— Спасибо. Надеюсь, что мы с вами будем как можно реже встречаться по такому поводу.

Полицейский внимательно посмотрел на меня, понимающе усмехнулся и подал руку, которую я совершенно искренне пожал. На том и попрощались.

Выйдя на улицу, я махнул рукой Джин, сидевшей в своей машине, и направился на стоянку. Вот блин, какой же этот сарай здоровущий по сравнению с моим «Буцефалом»! Отперев замок, закинул сумку и пакет на заднее сиденье и стал внимательно исследовать трофей. Вот не было печали, а! Что теперь делать с этим монстром?..

Так, судя по всему, дизель, пробег относительно небольшой… В багажнике лежат навалом какие-то сумки, даже открывать пока не буду… А как им рулить-то? Рычаг коробки передач — ага, автоматическая! Есть такая партия, домой как-нибудь доберусь, а там и подумаю, что дальше делать, в свете возникших недавно обстоятельств.

Рядом послышались шаги, и раздался голос Джинджер:

— Что, это чудовище тоже у тебя в трофеях?

— Да, теперь вот решаю, что с ним делать…

— Машина неплохая для местных условий, можно хорошие деньги выручить, если продавать захочешь.

— Тогда сейчас давай я джип домой отгоню, поставлю под навес и спокойно подумаю, что и как.

— Хорошо, только я впереди поеду, народ с дороги разгонять перед тобой!

Вот ведь зараза, она еще издевается…

* * *

— И что ты решил?

— Просто возьму и отдам все это барахло, вместе с машиной. Мне и премии хватит, с голода не умираю.

— Кому? — заинтересовалась Джинджер.

— Эвелин. Она ведь хотела ко мне под «крышу», придется соответствовать образу. Хотя бы так…

— А в остальном?

— Не надо мне ничего «остального», рядом с тобой хочу быть…

* * *

27 число 04 месяца 24 года Порто-Франко

Чуть вспотев, я затащил сумку с железяками на второй этаж здания клуба «Танцующие звезды», где размещались комнаты, в которых и жили многие из местных начинающих артисток и танцовщиц. Постучавшись в дверь, на которой скотчем была приклеена табличка из бумаги с надписью «Эвелин», я услышал приглушенное «Входите!» и открыл незапертую дверь.

Чувствую себя Винни-Пухом — кто-то же сказал «Входите», а я никого в комнате не вижу?.. Услышав тихий смех, я взглянул под потолок (довольно высокий, кстати). Там, завязавшись в непонятную фигуру вокруг шеста, висела Эвелин.

— Привет! Тренируешься, как я вижу?

— Привет! Да, уже почти закончила, ты проходи, садись в кресло, осталось несколько минут, и тренировку заодно посмотришь.

Ну что ж, посмотрю, как это все происходит… Как описать словами — не знаю, у «фигур», которые изображает Эва, наверняка есть какие-то специфические названия, но сейчас это мне абсолютно не важно, просто сижу и наслаждаюсь зрелищем. Девушка, одетая в топик и облегающие шорты черного цвета, выполняет упражнения с закрытыми глазами. Заметно, что она упражняется долго, наверное, с самого утра — на одежде видны пятна пота, кожа на бедрах и руках покраснела от прикосновений к шесту. Хитрый «пилон» может вращаться, благодаря чему танцовщицу можно наблюдать со всех сторон, чем она умело пользуется.

Наконец она соскальзывает к полу, садясь на «шпагат», затем плавным движением подымается и говорит:

— Я сейчас, приведу себя в порядок и вернусь, хорошо?

— Конечно…

Вот как бы мне отвертеться от предлагаемой роли, сохранив имидж? Ладно, жизнь дорогу подскажет…

Минут пятнадцать я просидел в глубоком кресле, слушая шум воды в ванной комнате, доносившийся через тонкую дверь, и негромкое пение. От нечего делать внимательно рассмотрел апартаменты — ну ничего так, солидно сделано. Пара кресел и столик стояли в прихожей, если ее можно так назвать, здесь же в середине комнаты был смонтирован пилон для тренировок. А что, комната просторная, даже если будут размахивать ногами — стены не заденут. Через открытую дверь в дальнюю комнату была видна широкая кровать, ясно, это спальня. В спальню же выходит дверь из ванной, где сейчас плескалась Эва. Не самая плохая планировка, наверное.

Пение и плеск воды прекратились, затем несколько минут шуршала одежда, и Эвелина вышла из спальни, явив себя народу в моем лице. Что можно сказать? Экипировка — по «полной боевой», за небольшим исключением, на ногах были не туфли на каблуках, а пушистые тапочки. Небрежно запахнутый черный халатик из блестящего шелкоподобного материала длиной до середины бедра, тонкие чулки, кружевной верх которых было отчетливо видно. Даже чуть-чуть макияж навести успела. «Ну вот, началось…» — ехидно пробормотал внутренний голос.

— Я тут тебе кое-что привез, — перехожу сразу к делу. — Сначала разберемся с железом.

Она присаживается рядом на подлокотник кресла, и я, изо всех сил стараясь не обращать внимания на длинные стройные ноги, ненавязчиво оказавшиеся от меня на расстоянии вытянутого мизинца, открываю оружейную сумку.

— Полиция нашла место, где стояла машина твоего похитителя, и отдала мне все вещи, которые в ней были. Начнем с этого…

Заглянув в сумку, она немного разочарованно надула губки. Ну да, это же не подарочный набор косметики от какой-нибудь всемирно известной фирмы.

— Эва, пойми, ты попала в мир, где от умения владеть оружием будет зависеть твоя жизнь и жизни дорогих тебе людей. Если ничто из лежащего в этой сумке тебя не заинтересует, поедем в оружейный магазин, продадим это железо и купим то, что тебе подойдет и понравится.

— Я согласна, — кивнула она, но без особого энтузиазма. — А где здесь тренируются?

(Вот это уже деловой подход!)

— За городом есть большое стрельбище, тиры для пистолетов можно найти и в самом городе. Можем тебя поучить стрелять, если захочешь.

— Хорошо, потом договоримся, в день, когда выступлений не будет.

— А что, у тебя уже расписание составлено?

— Да, начиная с этих выходных, Маноло мои номера просмотрел и одобрил, так что приглашаю.

— А если я не один приду?

Эва на секунду смешалась, но потом ответила:

— Приходите вдвоем, может, Джинджер тоже понравится, ее я уже приглашала…

— Ладно, с этим разобрались, теперь смотри сюда.

Я высыпал на столик золото из пакетика.

— Вот это украшения, если тут есть твои вещи — забирай. Что понравится — можешь оставить себе, но я бы сдал в скупку. Мало ли где и как он это взял…

— Ой, вот мои сережки! — Она берет из золотой россыпи пару мелких блестяшек и сжимает их в кулаке. — Я думала, он их продал… Остальное не мое.

— Тогда продай или у ювелира поменяй на то, что нравится. Ты девочка уже большая, сама разберешься.

При слове «девочка» она краснеет, неужели смущается?

— И еще один вопрос — ты машину водить умеешь?

— На Старой Земле у меня водительская лицензия была, только машину купить нормальную не успела.

— Тогда вот тебе самый дорогой подарок.

Я протянул ей брелок с ключами.

— Держи эти ключи, машина довольно большая, но справишься как-нибудь. Попросишь Маноло, пусть разрешит тебе ее ставить на служебную стоянку позади клуба. Если не понравится — можешь обменять на машину поменьше, но я бы не советовал, мало ли что. Кстати, в машине лежат сумки с вещами, сама потом разбирайся. Если ничего оттуда не нужно — отдай священнику для помощи бедным, что ли. Все, подарки закончились…

Сидя на подлокотнике кресла, она задумчиво вертела брелок в руке, поигрывая ключами. Откинувшись на спинку кресла, я молча наблюдал за ней. Через полминуты она поднялась, бросила ключи на столик, взяла меня за руку, улыбнулась и потянула в сторону приоткрытой двери в спальню. Поднявшись из кресла и сделав пару шагов за ней, я остановился.

— Эва, подожди, пожалуйста!

— Что-то не так? — удивилась она.

— Извини, не могу вот так…

— Я тебе не нравлюсь? Тогда зачем все это? — Она показала на сумку и столик с лежащими на нем украшениями.

— Не хочу, чтобы ты делала это для меня как в оплату за что-нибудь или в благодарность…

— Я тебя не понимаю.

— Ты спрашивала у Джинджер, возьму ли я тебя под свою опеку?

— Да…

— Вот тебе ответ. А ты думала, что я потребую от тебя что-то взамен?

— Так обычно и происходит… Ты мной брезгуешь, да? — По ее щекам потекли слезы, халатик совершенно случайно распахнулся, приоткрыв кружевное белье розового цвета.

— Нет, что ты!.. Просто не хочу, чтобы ты делала это, стиснув зубы…

(Какой бред я несу, а!..)

— Орден говорит, что здесь каждому дается второй шанс. Тебя приволокли сюда обманом, теперь я тебе возвращаю этот шанс, еще и с «довеском». Я тоже попал в этот мир не по своей воле, только мне никто никаких подарков не делал, сунули тысячу экю в зубы и дали пинка под зад. Сейчас ты можешь делать все что угодно, даже прямо сию минуту взять машину и уехать отсюда куда глаза глядят, держать никто не будет. И требовать с тебя какой-либо оплаты за все это я не стану.

— Но почему? Ведь никто ничего просто так не делает! — Из ее глаз не переставая текут слезы.

— Во-первых, у меня еще порез на боку не зажил. Во-вторых…

Она всхлипывает все громче, приходится подойти и обнять ее, затем взять на руки и сесть в кресло, как можно аккуратнее усадив девушку у себя на коленях.

— Во-вторых, — продолжаю я, — не хочу расстраивать свою жену.

— Я же с ней разговаривала…

— Ну о чем вы говорили — это ваше дело, но решения принимаю все-таки я сам.

Во время разговора тихонько поглаживаю ее по спине, всхлипывания постепенно стихают.

— И вообще, у тебя сейчас после тренировки все мышцы забиты, расслабиться не сможешь нормально. Например, вот здесь, здесь, и здесь… — Нажатиями пальцев на разные места ее тела показываю, где именно, она чуть слышно пищит, что подтверждает мои догадки. — Давай сделаем так: сейчас разминаю тебя легким массажем, потом ты переодеваешься, и мы едем продавать лишнее и покупать нужное. Согласна?

(Как умело я «перевел стрелки», а?)

Эвелин кивает в подтверждение, и я несу ее в спальню, где она, нисколько не смущаясь, скидывает халатик и бюстгальтер, затем ложится на кровать спиной вверх и замирает. Хорошо, что в комнате тепло, на кровать падают лучи солнца, пробившиеся через неплотно задвинутые шторы…

Взяв на столике какой-то крем, натираю руки и приступаю к массажу, вспоминая все, чему научился у Джинджер и что знал раньше. Попутно осматриваю руки, спину и плечи Эвы на предмет синяков — надо же, почти не видны, мазь хорошо подействовала. Когда я перехожу к ногам, приходится аккуратно снять с нее чулки, чтобы не мешали. Заметно, что она на самом деле расслабилась. Когда я заканчиваю с ногами, она вдруг без команды переворачивается и ложится на спину. Ну как пожелаете, мисс восходящая звездочка… Что тут у нас?.. Татуировок никаких, даже самых маленьких, нет, грудь как грудь, ничего необычного, размер небольшой…

С абсолютно невозмутимым выражением лица продолжаю обрабатывать натруженные мышцы, замечаю, что она через прищуренные глаза наблюдает за мной. Ну-ну, сейчас мы вот так… Где там несколько заветных точек?.. Через несколько минут Эва закрывает глаза и начинает часто дышать, затем вздрагивает и расслабляется. Спустя минуту она садится на кровати, зачем-то прикрывает грудь простынкой и удивленно спрашивает меня:

— А что это такое было?

— Расслабляющий массаж. — Я совершенно невозмутимо смотрю на ее раскрасневшееся от прилива крови лицо и оголенные плечи.

— Ничего себе… Спасибо, подожди меня в гостиной, я сейчас переоденусь и выйду.

На этот раз она переодевалась прямо-таки с космической скоростью — управилась меньше чем за десять минут. Эва вышла из спальни, одетая в просторную футболку цвета морской волны с каким-то цветочным рисунком, облегающие джинсы и кроссовки. Волосы стянуты в пучок и пропущены через хлястик темно-синей кепки с длинным козырьком. Макияж присутствует, но очень скромный, почти символический. Такая Эвелин мне нравится больше, честное слово!