— Хорошо, я тебя прощаю!.. Как всем известно, говорить правду легко и приятно… Лишь бы после этого зубы остались целыми, — тут Норма отвернулась в сторону.
Теперь уже Ричард почувствовал недоброе.
— Что у тебя случилось? Я вижу, так что рассказывай!..
— Обозвали… Нехорошими словами…
— Но это все неправда, мы оба с тобой это знаем. Ты смелая и красивая, так что пусть эти гады подавятся своим ядом! Сами не могут и не хотят упорно работать, так ведь и другим не дают!
— Иногда хочется спрятаться куда-нибудь подальше, хотя бы на время… Чтобы не видеть завистливых морд…
— Я готов выполнить твое желание! Скоро концерт, получу за него деньги, и поедем в горы, на целую неделю! Будем жить в лесной хижине, и никого рядом, кроме оленей и медведей с волками!.. Романтика!..
— Да, после некоторых встреч медведи и волки уже не так страшны, — ответила Норма, прижимаясь к плечу Рика. — Они хотя бы не распускают о тебе сплетни, а всего лишь хотят сожрать…
Обещанная поездка была все ближе. Прошел долгожданный концерт, на котором Норма с удовольствием попрыгала в ВИП-зоне вместе с другими фанатами, а после отметила успешное выступление рок-группы в компании музыкантов и их верных подруг.
На следующий день после обеда Ричард сказал, что хочет съездить в магазин, закупить продукты для отдыха в лесной хижине.
— Ужин не заказывай, я сам все привезу, — сказал он Норме. — Справлюсь и один, так что помощь мне не понадобится.
К вечеру он еще не приехал. Неожиданно позвонила его сестра, и встревоженным голосом быстро протараторила, что Рик попал в больницу — на перекрестке его машину буквально смял грузовик с отказавшими тормозами, вроде бы и водитель там был не очень трезв… Полиция будет разбираться, но Рик ни в чем не виноват. Чувствует себя хорошо, только вот врач его не отпускает почему-то, нужно подъехать и все узнать самим. Вдруг там только денег хотят подзаработать…
Норма быстро переоделась и поехала в больницу, чудом ухитряясь не превышать скорость, хотя и очень торопилась.
— Ты как себя чувствуешь? — Она рыжей молнией влетела в палату, где стояло три пустых койки, а Ричард лежал на четвертой.
— Да все нормально, сильный удар был справа, весь бок машины вмяло, чуть не до середины, представляешь?.. — Норма побледнела, внутри будто вырос кусок льда: ведь если бы они поехали вместе, то справа как раз сидела бы она сама, и спасателям бы пришлось вырезать ее безжизненное тело из груды искореженного металла… — Вот врач и думает, что у меня может быть сотрясение мозга, решил оставить в больнице до утра, и сделать кучу анализов. Завтра посмотрит результаты, скажет «Все замечательно», и мы с тобой поедем… Черт, моя тачка уже точно никуда не поедет, разве что на свалку… Но твоя ведь на ходу? Поместимся как-нибудь… Дождей давно не было, так что и по грунтовке пройдет…
Они еще немного поболтали, а потом Ричард уговорил Норму уехать домой — не спать же ей на соседней кровати!
Утром девушка позвонила в больницу, но Рика еще не выпустили. Не отпустили его и после обеда, так что ближе к вечеру она поехала туда сама.
— Вы к кому? — спросила Норму дежурная медсестра у входа в отделение. Девушка назвала фамилию, и медсестра сразу отвела взгляд в сторону.
— Знаете, его утром перевели от нас… Давайте я сейчас вызову дежурного врача, он вам все объяснит.
Норма почувствовала, что у нее задрожали колени, и оперлась о стену.
К ней подошел мужчина в белом халате, возрастом на первый взгляд около пятидесяти лет, на ходу он снимал с шеи стетоскоп.
— Это вы пришли к Ричарду?.. Идемте, мне нужно с вами поговорить.
Спотыкаясь, девушка побрела за ним по длинному коридору, в котором сильно пахло лекарствами и дезинфекцией.
Врач пропустил Норму в кабинет и закрыл дверь.
— Садитесь. Вы ему кто?
— Я?.. Невеста… Мы осенью хотели пожениться…
— Тогда вы имеете право знать… Вчера, когда его привезли, дежурный врач назначил несколько анализов… По внешним признакам — ничего страшного не случилось, но мы стараемся проверять на случай неожиданных побочных проявлений… Пришли результаты, я посмотрел, и сразу решил провести еще несколько анализов, уже специфических… Не могу и не хочу вас обманывать, — он посмотрел безмерно усталым взглядом прямо в глаза Норме, перестав вертеть в пальцах толстую авторучку. — У вашего друга неизлечимая болезнь. Весьма редкая, ее и лечить-то не знают, как… Он на что-либо жаловался в последнее время?
— Говорил, что очень сильно устает… Но они работали в студии целыми днями, мы думали, что все из-за этого…
— Так проявляла себя его болезнь. Ему осталось жить несколько месяцев. Родным мы уже сообщили, они скоро приедут.
— И ему никак нельзя помочь?.. Совсем?..
— Я уже сказал — болезнь очень редкая, что ее вызывает — медицина до сих пор не выяснила. Мы можем только снимать боль… На время… И ждать… Вы хотите пройти к нему? Он сейчас в другом отделении, его перевезли.
— Да, я пройду… — Норма всхлипнула. — Но как же так…
— Понимаете, вам с Риком не повезло… Это какая-то «Русская рулетка», чтоб ее растак… — врач помог Норме подняться со стула. — Идемте, вас проводят.
Палата, куда привели девушку, оказалась на две койки. Вторая койка пустовала, и Норма присела на нее, не сводя глаз со спящего Ричарда.
Платок, которым Норма вытирала непрерывно катящиеся слезы, быстро промок насквозь и весь покрылся пятнами от размазанной косметики.
Наконец, Ричард пошевелился и открыл глаза.
— Сестра, сестра!.. Скорее вызывайте полицию! У меня в палате сидит панда! — пробормотал он хриплым спросонья голосом. Девушка бросилась ему на грудь и заплакала.
— Ну вот, сейчас ты и меня насквозь промочишь… Перестань, милая… — теплая рука погладила голову Нормы. — Я ведь все еще здесь.
— Неужели ничего нельзя сделать? — прерывающимся голосом спросила девушка.
— Случаев выздоровления от этой напасти медицина пока не знает, — вздохнул Рик. — Никогда не думал, что все случится вот так… быстро… и неожиданно… Зря ты со мной связалась.
— Не говори так! — девушка наконец справилась с эмоциями и перестала плакать. Ну, почти… — Ты — лучшее, что случилось в моей жизни!..
— Твоя жизнь будет намного длиннее моей, ты уж поверь. И не вздумай уходить в монастырь! Будет жизнь, будут новые приключения… И новая любовь…
Норма снова заплакала.
— Я знаю, ты всегда будешь меня помнить. Только прошу — не смотри на мое фото слишком часто, после того, как я… уйду… Живые должны оставаться с живыми.
— Как же я буду без тебя… Ты мне очень нужен!..
— А ты нужна другим. Верю, что обязательно найдется тот, кого ты захочешь назвать своим избранником. И я буду смотреть на тебя оттуда, сверху, и радоваться твоему счастью… Только не дергай меня, договорились? Извини, если это грубо сказано, иначе не получается… Ну что, обещаешь жить дальше?..
— Знаю я, что этим «другим» от меня нужно, — пробурчала Норма куда-то в скомканную простыню, не поднимая головы. — Трахнуть модель из «Плейбоя», а потом хвалиться своим собутыльникам на каждой пьянке…
— Эх, девочка, как много ты еще не знаешь… Пусть в твоей жизни приятных открытий будет гораздо больше, чем плохих!.. Только вот, к огромному сожалению, так еще никогда не получалось… Но я в тебя верю! А сейчас перестань плакать и приведи себя в порядок. Должна приехать моя сестра, еще не хватало довести ее до сердечного приступа, если она увидит тебя такой…
…Ричард боролся до конца и прожил на целый месяц дольше предсказанного врачами срока.
Глава вторая
Если ты видел хотя бы одни похороны — то ты видел все. Скорбящие родственники, друзья (если они были при жизни), знакомые (те, кто смог и/или захотел прийти), священник, привычно имитирующий сочувствие и глубокую скорбь… Даже погода изображала слезы — с утра зарядил мелкий, холодный дождик.
С кладбища все разъехались, кто куда. Норма не захотела присоединяться ни к одной из компаний, хотя ее и звали. Она только хотела побыть одна, вместе со своим горем, хотя и понимала, что это неправильно.
Сидя на кровати, она долго перебирала фотографии, на которых был Ричард — с концертов, поездок, совместных вечеринок. Потом решила поставить видеокассету, отснятую на одной из посиделок рок-группы, но через четверть часа не выдержала и отключила телевизор и видеомагнитофон, со злостью повыдергивав шнуры из розеток. Там на экране был Рик, такой живой и веселый, что захотелось плакать и выть, когда наступит ночь…
Следующие полгода прошли как в тумане. Норма продолжала сотрудничество с «Плейбоем», но прежний задор куда-то исчез, и постоянно изображать радостную улыбку становилось все труднее. Иногда дело совсем немного не доходило до нервного срыва, и приходилось глушить тоску умеренными (как ей казалось) порциями крепкой выпивки. К психотерапевту ходить было некогда (да и совсем не хотелось, чтобы в мозгах копался кто-то посторонний). Вечерние порции становились все больше и больше…
…Однажды ночью девушка проснулась с ощущением, что она в комнате не одна. Пощелкала кнопкой светильника, стоявшего на тумбочке у кровати — свет не включился. Лампочка перегорела, что ли?.. Неохотно поднявшись с кровати, Норма пошла к двери в коридор и тут краем глаза уловила движение в большом зеркале, закрепленном на стене. (Раньше она любила красоваться перед ним без одежды, ведь зеркало было высотой в полтора ее роста.) За стеклом стоял… стояло…стояла… Кто?!..
Существо подошло ближе, и Норме показалось, что она смотрит на себя, только какую-то странную — без волос на голове, с горящими зеленым светом глазами… И покрытую чешуей?!..
Тем временем демон (или кто там такой) ухмыльнулся, показав внушительные клыки, и погрозил ей когтистым пальцем. Девушка замерла, не в силах пошевелиться. Но демон (явно женского пола, судя по… ну вы поняли, да?..) движением рук изобразил, что откупоривает бутылку, наливает в стакан и залпом выпивает. Снова погрозив пальцем, резко повернулась чешуйчатым задом (там что, еще и хвост есть? какой длинный… да еще и с шипом на конце…), широко расставила ноги, нагнулась и бесстыдно ткнула когтем куда-то себе далеко под… скажем, хвост. Суть пантомимы стала ясна без перевода: будешь пить дальше — быстро окажешься там, куда показали. Неуловимым движением демон снова развернулась к стеклу лицом, еще раз усмехнулась и неожиданно совсем по-товарищески подмигнула, дескать — «Ну ты держись, подруга, не сдавайся!..», после чего сразу исчезла. Лампа на тумбочке вспыхнула, засветилась, как ни в чем не бывало, и Норма увидела свое отражение: белое как стенка лицо с огромными глазами. Желудок мгновенно скрутило в тугой узел, и едва хватило времени на то, чтобы добежать до туалета и упасть в объятия «белого друга».
Примерно с полчаса девушку буквально выворачивало наизнанку, но потом стало гораздо легче. Голова все еще соображала не очень хорошо, но попадать в чью-то задницу (особенно к демону) совсем не хотелось. Решив, что подумает об этом утром, Норма кое-как доплелась до кровати и без сил упала на смятые простыни.
Как ни странно, голова утром почти не болела, только во рту стоял неприятный металлический привкус. Это же надо было вчера так напиться… Что там было такое в бутылке, поддельный виски?.. Вроде и немного выпито, всего-то… пару «шотов»…
Совершенно непонятно, что делать дальше? Наверное, если продолжать в том же духе — предсказание ночной гостьи (да было ли это вообще?..) вполне может стать реальностью. Но как справиться с этой непреходящей тоской?..
Норма с большим усилием доплелась в ванную комнату и устроила себе контрастный душ — до тех пор, пока в голове более-менее не прояснилось. Теперь нужно позавтракать, а там видно будет!
Внезапно у нее разыгрался совершенно зверский аппетит, и вопреки всем диетам девушка быстро расправилась с яичницей (три яйца!..), да еще и с кусками бекона (который пролежал в морозилке неизвестно сколько времени, но его вкус ничуть не пострадал). Перемыв посуду, Норма вернулась в комнату и стала разбирать накопившуюся почту — раньше то не хватало времени, то не было настроения (если честно, его вообще не было…). Из толстой пачки рекламных буклетов выпал небольшой листок и спланировал прямо ей на голые коленки.
«Курсы и занятия йогой в группе начинающих. Методики достижения гармонии с помощью особого дыхания. Запись по телефону…» — что это, знак? В конце концов, скорее всего это будет гораздо дешевле и приятнее визитов к психотерапевту… Наверное…
И действительно, уже через пару недель тоска если и не исчезла совсем, то почти заглохла, лишь изредка напоминая о себе. А еще через месяц Норма поняла, что готова вернуться к прежней, насыщенной событиями жизни, и может снова радоваться встречам с людьми.
Примерно через год она (в коротком черном платье) стояла рядом с легковым авто — каким-то «концепт-каром» на очередной автомобильной выставке и улыбалась гостям, проходящим мимо. Работа как работа, не хуже других… Главное, что оплата почасовая, и весьма хорошая.
— Простите, пожалуйста… Я вас где-то видел, только никак не могу вспомнить… — Рядом с ней остановился молодой мужчина (да что там, проще называть его «парень») в форменном пиджаке пилота с эмблемой одной из больших авиакомпаний. — Можно будет с вами поговорить… Чуть позже, когда вечером тут все закончится?
Девушка бегло окинула его взглядом с ног до головы. Стройный, не красавчик, но симпатичный. Наверняка привык к женскому вниманию.
— Вообще-то я не знакомлюсь с мужчинами на работе, — привычно отшила его Норма. Много их таких шляется вокруг, а сводится все к одному и тому же: «Поужинаем, а потом и позавтракаем вместе?..» — Извините, но вы мне мешаете. — К машине приближалась очередная группа иностранцев, судя по росту и куче фотоаппаратов — японцев.
— Простите меня, пожалуйста…
Норма благосклонно кивнула, принимая извинения, и тут же изобразила самую очаровательную из своих улыбок, повернувшись в сторону полыхающих вспышками фотокамер. Работа есть работа…