Заняло у меня такое дело — добраться до местной зоны Такс Фри, два полных дня.

Пришлось реально пробираться по горам, даже пара пассажиров с грузом со мной добрались до баронства, которое называется Томпур.

Если есть возможность немного заработать, подозрительно будет отказываться одинокому бывшему вояке, где-то по случаю раздобывшему повозку с лошадью. Или честно заработавшему на нее своей верной службой Империи.

Впрочем, тут еще свидетельства на право собственности не имеется, а мой статус подразумевает возможность самому задавать вопросы, а не подобострастно отвечать на чьи-то.

Вот я и не отказываюсь, заодно расширяю свои знания об окружающем мире. Здесь все отлично осведомлены о делах ближайших поселений, немного знают про основной имперский город и в общем-то совсем ничего больше про другие части Империи.

Поэтому, чтобы что-то узнать про местную жизнь, приходится приезжать именно в то самое место, которое тебя интересует. Ну, может еще в столице чиновники и высшие священники неплохо знакомы с состоянием дел в отдельных областях Империи. Только они мне точно ничего не расскажут, да еще появляться в столице мне вообще ни к чему.

Один мужик везет полугодовой сбор горного меда, второй несколько бочек солонины для работников рудников. Лошадь, похожая немного на земной аналог, только более выносливая, оказалась не очень рада лишнему весу на горной дороге. Особенно после пустой телеги до этого.

Везла телегу с очень недовольным видом, постоянно отравляла воздух и раздраженно мотала хвостом из-за лишней нагрузки. Хорошо, хоть не может никому здесь сказать, что я вообще какой-то чужой мужик, который убил ее хозяина, а ее взял в плен вместе с повозкой.

Я хорошо разговорил обоих мужиков, радующихся такой недорогой попутке, поэтому к вечеру первого дня уже знаю всю ситуацию с местными баронами.

— Кто — деловой, кто — нет, с кем стоит иметь дело, а с кем лучше вообще не связываться по жизни, — все очень нужная мне информация.

Всего Вольных Баронств около сорока, пять довольно крупных, остальные средние и мелкие, есть и совсем крохотные, как самое первое по пути баронство. Вот я и заехал в половину всех Баронств, присмотрелся к городкам и селам при каждом. И понял для себя, что не очень мне нравится жизнь в таких удаленных от цивилизации местах. Когда в поселении живет двести шахтеров со своими семьями — все получается не так здорово для жизни, как я наглядно вижу.

Прокатившись по центральным Баронствам, я серьезно задумался, получив всю необходимую информацию от попутчиков и сам все оценив, куда двигаться дальше. Осталась у меня еще надежда на три крупных баронства, которые уже частично находятся на равнине и лежат в двух днях пути подводой от самого крупного в этих местах города со смешным названием Ликвиум, по имперским конечно понятиям.

Местные называют его по-старому — Ликвар, значит, переименовал он не так много лет назад.

Проблема для меня еще в том, что в королевствах за горами и ближних к ним баронствах говорят на своих языках, кто к кому тяготеет исторически. А я учить еще пару языков для комфортной жизни не очень хочу.

«Получается, что выбор у меня не такой уж большой имеется».

«Или жизнь в достаточно малолюдных поселках в центре гор, где развита добыча полезных ископаемых и нет особого комфорта в жизни, как нет вообще самой цивилизации», — есть такой вариант для производства.

«Или ехать ближе к Ликвару, где и населения тысяч сорок наберется, и баронства достаточно свободные для частной инициативы имеются поблизости», — можно еще так поступить.

В отличии от той же Империи, где все давным-давно уже поделено и расписано между своими, очень такое дело непростое влезать туда с другими интересами. Пусть я собираюсь заниматься умеренным прогрессорством в рамках законности, все равно даже с таким тихим делом лучше в Баронства ехать. Что я сейчас и делаю, проезжая уже четырнадцатое баронство, чтобы оказаться в пятнадцатом.

После бессонной ночи на постоялом дворе с жаркой подавальщицей, рано утром я запряг животину, собрал вещи в номере, посадил Мурзика на плечо и, как старый пират Джон Сильвер со своим попугаем, погрузился и выехал в сторону первого крупного баронства.

Еду один и уже знаю, что здесь есть довольно крупные банды разбойников, бежит активно сильно проштрафившийся народ из Империи в сторону Баронств. Да и не очень сильно виноватый тоже, никому не хочется за небольшое прегрешение попасть на каторгу, где самый минимальный срок — шесть лет. Как раз средний срок жизни арестанта на здешних рудниках.

Большой спрос на каторжников в Империи, поэтому судьи все чаще за полную ерундовину выписывают по шесть лет рудников. Зажимают конкретно народ местный, похоже, какие-то проблемы в стране назревают все-таки, не такая уж тишь и благодать патриархальная. Это же не сами судьи так свирепствуют, государственные органы подталкивают их к таким приговорам.

Значит, имеется целенаправленная такая имперская политика — побольше бесплатного труда постоянно организовать. Знакомая история по моей стране, ничего нового нет под небесами ни в каком из имеющихся миров.

Тем более леса тут сильно дремучие в предгорьях, много всяких холмов и ущелий, есть где спрятаться и внезапно обрушиться на голову караванщиков лихим товарищам. Много чего идет из мастерских и рудников в горах на равнину, в имперские города, а обратно продукты в основном везут. Продукты в Империи гораздо дешевле, чем в горных равнинах растить выходит.

Вот и я перед сильно густым лесом приготовил уже три своих арбалета.

Последний трофейный с бандитов даже зарядил, он не сильно тяжелый в натягивании. Два других уже настоящие такие тугие машинки, которые с бывших стражников забрал, пока просто приготовил и болты рядом разложил. С обычной силой среднего человека натянуть их получится пару раз всего и только стоя, еще займет немало времени такое дело. С моей теперь максимальной могу заряжать и сидя, и лежа, силенки мне хватает на все.

Снова включил Характеристики на максимум, чтобы заранее определить засаду и что вы думаете?

Только проехал невысокий перевал, отделяющий одно баронство от другого, как сразу принял сигнал, что на одном из деревьев имеется наблюдательный пост разбойников или еще каких-то служивых.

Может дружинники именно разбойников и высматривают?

С меня вроде и брать-то нечего по внешнему виду, однако в здешних небогатых местах и подвода с лошадью ценность немалая, поэтому мимо просто так одиночку не пропустят.

И точно, вскоре встретили меня шестеро дружинников из баронской стражи, получив сигнал с дерева двойным посвистыванием какой-то местной птицы.

— Не видел кого здесь? Служивый? — обратился ко мне самый взрослый мужик, выехав из засады.

Когда остальные дружинники внезапно взяли мою лошадку под уздцы, выскочив из кустов.

— А вояка то готов к встрече! — довольно весело один из дружинников указал на снаряженный арбалет и еще пару просто лежащих.

— Ого, — рассмотрел и старший баронской засады мое боевое снаряжение. — Да ты непростой вояка! Откуда столько дорогих арбалетов?

— Где взял, там уже нет, — усмехнулся я.

— А все же? — настаивает старший.

Его можно понять, арбалеты такие очень дорогие машинки и у простого военного в отставке не должны на телеге лежать. Какой бы он не оказался Рембо или Шварц, с таким оружием еще никто со службы не смог вернуться.

— Банду из бывших баронских стражников за Кворумом разгромили, — сдержанно ответил я и понял, что местные вояки сразу же поняли, о ком идет речь. — Я тоже поучаствовал и почти один выжил.

— Ого, мы еще про это ничего не знаем! Что, всех взяли?

— Ну, взять никого не получилось. Зато никто и не выжил! — уверенно отвечаю я.

— Это же нашего соседа стража была! Сможешь с нами проехать до замка нашего хозяина, барона Истримила? — вежливо попросил мужик.

Именно попросил, не стал давить своим количеством вооруженных людей под его командованием.

— Да без проблем, туда и еду.

— Отлично, тогда и мы с тобой. Барон, его милость, отправил нас эту сторону прочесать, а раз ты тут один проехал, значит, никого здесь точно нет, — вполне себе довольно заметил главный отряда, вскоре мужики в броне и с оружием расселись на коней и окружили мою подводу.

Когда рассмотрели Мурзика, выбравшегося из ящика и активно вылизывающего себе лапы, вопросов про кота стало больше, чем про судьбу своих знакомых в прошлом стражников.

По дороге много меня расспрашивают, и про акцент спросили, на что я ответил:

— Издалека я, мужики. Вы такой страны даже и не знаете.

А вот насчет того, что никого здесь нет, зря они поспешили так подумать.

С другой стороны дороги кто-то пристально наблюдает за нашим караваном и такое ощущение тяжелого взгляда в спину долго не исчезало у меня. То ли служивые кого оставили за округой наблюдать, то ли разбойники оказались похитрее и сами срисовали дружинников пораньше.

В любом случае мне никак с ними не поделиться таким знанием, не стоит привлекать к моим способностям лишнее внимание. Пусть все думают, что я совсем такой простой воин в отставке.

Пока проверил легонько головы окруживших меня служивых, каких-то враждебных намерений никто не питает, вот сильно корыстные прослеживаются у парочки самых нехороших по общечеловеческому признаку, как я понимаю, дружинников.

Что-то вроде того, как было бы здорово этого воина в отставке прибить и скинуть с дороги, а его арбалеты и все, что у него найдется, забрать себе.

Довольно обычные мысли для рядовых наемников, немногим отличающихся от бандитов по своим моральным принципам. Как говорится, сегодня — геройски охраняем, завтра — правильно и с прибылью грабим.

«Ну, если будете так усердно прикидывать ограбление мирного путника, то я мозги то вам поломаю, будете всю оставшуюся жизнь под себя ходить, любители моего добра», — решаю про себя.

Так я подумал и запомнил на всякий случай лица этих молодцев, до чужого добра слишком охочих.

Арбалет я не сразу разрядил, проехали мы примерно час неспешного пути, и я оказался перед красивым замком на вершине приподнятого холма. Перед ним раскинулось солидное поселение, из нескольких труб идет довольно густой дым, похоже, именно рядом с замком есть какое-то производство. Вроде что-то плавят и пара кузниц имеется, довольно передовых для здешних мест.

Про барона Истримила я уже слышал не раз в разговорах с попутчиками.

Оборотистый и тщательно относящийся к делам пожилой мужчина, умеет торговать и производить. Довольно непростой в общении, но слово свое держит и деньги, обещанные заранее, выплачивает своим работникам.

Для этих лет и своего дворянского звания достаточно приличный человек, хоть и не без повышенного самомнения.

Ну тут дворяне все такие, один молодой норр чего стоил, выдумавший на меня напраслину и сгинувший на устроенной им самим дуэли. Остальные от него недалеко ушли, так что стоит правильно понимать, каким бы приличным человеком дворянин не был в отношениях с себе равными, кинуть простолюдина он может в любом случае, не особо при этом задумываясь.

А я по всем понятиям — обычный простолюдин.

Хотя, могу и под благородного закосить, если очень потребуется. Где-то очень далеко отсюда, в своей стране вполне могу таким оказаться, не стоит сразу от подобного варианта отказываться. Вести себя должным образом с некой такой куртуазностью точно смогу. Пусть не так, как тут принято, зато именно так, как подобное происходит на моей очень далекой родине. С ножом и вилкой за столом точно справлюсь, покажу, что умею еще не сильно притязательному обществу.

Очень такое звание мне жизнь в здешних местах упростит и поможет легализоваться в дворянском обществе. Остаться просто смышленым простолюдином — такой себе вариант, чтобы потерять все, чего добьешься за пару лет прогрессорства в один момент. Когда твой благородный компаньон решит, что больше твои знания и мозги ему не так уже и требуются, чтобы делиться прибылью еще много лет.

Пока, ознакомившись немного с кузнечным делом и столярным тоже, я отчетливо понимаю, что одного только копирования попавших со мной в новый мир ключей вполне хватит, чтобы заработать на отличную жизнь мне и моим детям.

Даже если не стану ничего больше изобретать и улучшать. Несколько веков постепенной эволюции инструментов, как и гены, пальцем так просто не раздавишь. Они на голову превосходят местные самоделки, с таким не поспоришь. Есть, что мне предъявить местным ремесленникам и мастеровым, чтобы наладить выпуск и продажу нового слова в технике.

Для чего нужно место, где мне никто не будет мешать, более-менее толковые помощники, желательно еще, чтобы оказались настоящие самородки из народа. Деньги у меня есть уже вполне приличные, триста с лишним имперских золотых имеется в суме под сеном и по кошелям на поясе распихано немало.

Одна проблема — чтобы была возможность защитить дело рук своих легальным способом. Я могу уже довольно много по ментальной части, но получается такое темное дело, что после каждого явного использования своего умения всех свидетелей, подвергнувшихся ментальному воздействию, очень желательно тотально зачищать.

«Ну, можно еще использовать минимальные настройки Ментальной силы и Внушения по чуть-чуть, легкими мазками по сознанию приводить своих собеседников к тому, чтобы они мои слова и мысли начинали считать своими».

Поэтому все последние тридцать минут, пока дружинники и я вместе с ними добираемся до площади перед замком, я настойчиво размышляю, кем мне представиться сейчас.

Когда мы оказываемся перед замком, старший наряда спешит доложить своему хозяину, что случилось и кого они встретили во время дежурства.

Я же пока распрямляю свои плечи и напускаю на лицо высокомерное выражение.

«Дело еще в том, что случившееся около замка того самого Ольриха Вельтерила станет известно местным дворянам через месяц-два точно. Ведь судьба бывших стражников, поднявших мятеж в соседнем баронстве, всех интересует очень даже пристально. Да еще хозяин этих подонков вскоре объявится, чтобы лично выслушать мой рассказ. Еще на арбалеты лапу попробует наложить, как настоящий владелец дорогих машинок в прошлом времени».

А если я благородный — такое уже не получится, тогда только с той же дуэлью, арбалеты — мои честные трофеи.

«Еще точно узнают, что там случилось с обозом, почему погиб молодой норр и кто его убийца, тот самый высокий и широкоплечий воин в отставке. Если я останусь простолюдином, возможны любые варианты, вплоть до попытки выдать меня родственникам того самого наглого норра. В любом случае судьба моя будет зависеть от совсем чужих людей, что они там решат между собой, совсем не интересуясь моим собственным мнением».

Если же я представлюсь дворянином из очень-очень далекого государства, из тридесятого королевства, тогда возможны совсем другие варианты.

И молодого норра я убил по праву, хотя и так все случилось без нарушения любых законов чести. Однако его быстрая смерть в схватке на палашах еще больше подтвердит мои слова, что я совсем не простой воин.

То, что я служил в Датуме простым стражником — тоже ничего страшного.

Мое дело, кем мне представиться в таком случае, чтобы получить новые бумаги и права, пусть у меня такой обет оказался наложен. Или еще что можно придумать со временем.

«Честно говоря, если бы не моя Таблица и возможность забираться в чужие головы, я бы, наверно, не стал так рисковать. Однако, что случилось — то случилось, теперь я смогу использоваться свои Характеристики на благо себе», — понимаю я.

Даже глупо будет не воспользоваться своими новыми возможностями, чтобы люди, все здесь решающие, признали меня равным.

Вскоре появляется высокий и хорошо сохранившийся пожилой дворянин в сопровождении главного дружинника и старшего наряда, с которым я уже знаком.

Он внимательно рассматривает меня, всем своим видом намекающего на благородное происхождение и первый же вопрос показывает, что я смог донести до барона свою явно читаемую претензию:

— Воин, как я могу обращаться к тебе?

Видно, что барон немного задумался, сказать «тебе» или «вам», но решил все-таки не усложнять себе будущую жизнь.

Я пока не заявил о себе, как о дворянине, вот и нечего об таком переживать.

— Меня зовут, уважаемый норр — виконт Рауль де Бражелон!

Храбрым гасконцем я все же представляться не стал, так как не знаю его имени и боюсь забыть, как меня зовут.

* * *

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ