Чумазые и напуганные, мы бежали в темноте. Ориентироваться на местности, когда это конец света, было не так уж и просто ― повсюду топорщились кусты и тянули к небу ветки деревья, а домов не наблюдалось, даже домишек. Местность отдалённо напоминала наш парк, только без ровных дорожек.

– Стойте! ― попросила Жужа. ― Я вам не гепард.

Мы с дядей Гаврей остановились и тоже поняли, что мы не гепарды.

– Чуете? Конфетами-то больше не пахнет, ― потянул носом дядя Гавря.

– Грибами пахнет, ― кивнула Жужа. ― Только не трюфелями. Опятами и поздними сыроежками.

– А их здесь нет.

Мы аж присели втроём одновременно. Я даже хотел зарыться в листья, но не успел. Дело в том, что последнюю фразу произнёс чужой хриплый голос, а мы от чужих голосов не ожидали ничего хорошего.

– Ну, что хвосты поджали? ― засмеялся незнакомец. Я определил, что он сидел в кустах справа.

– Добрый вечер, ― опять за нас за всех поздоровался дядя Гавря.

– Добрый.

– Кто вы? ― спросила Жужа.

– Дожили, ― засмеялся тот, кто сидел в кустах. ― Настоящая такса задаёт такой вопрос. Ну времена настали! А бывало, таксы меня за версту чуяли.

– У меня отёк слизистой оболочки носа, ― прогундосила Жужа.

– А-а-а, понятно. Да, тут фабрика шоколадная рядом. С непривычки и правда нос закладывает. Что это вы по ночам шастаете, да ещё и без людей?

Дядя Гавря откашлялся:

– Случайно забежали. Сейчас осмотримся и домой пойдём.

– Это сейчас так принято ― сразу трёх собак в квартирах заводить? ― спросил незнакомец.

– Мы из разных квартир, ― прогундосила Жужа. ― А вы кто?

– Настойчивая такса. Узнаю характер. Кто я?

Дальше повисла пауза. Мне тоже хотелось поучаствовать в разговоре, и я уже придумал свою реплику, но дядя Гавря меня опередил:

– Вы полтергейст?

– Кто? ― захохотал незнакомец. ― Вот умора! Эти городские псы совсем нюх потеряли. Ладно, не буду вас томить.

Зашелестели ветки, и прямо перед нами явилась лиса. Настоящая лиса, как с картинки из Жориной книжки со сказками, которую я в прошлом месяце нечаянно съел. Больше всех, конечно, удивилась Жужа. Она замерла с выпученными глазами, и я даже забеспокоился, что так и не оправится от шока. Ещё бы! Чтобы такса за три шага не узнала лису! Это какой отёк слизистой оболочки носа должен был приключиться! Потом Жужа объяснила свой провал отравлением губной помадой Катиной мамы, мол, это и сбило её природный нюх, а ещё призналась, что она регулярно нюхает духи и шампуни, потому что живёт не в дикости и просто обязана быть светской таксой, которая может отличить пачули от гибискуса. Но это было потом.

– М-да, ― сказал дядя Гавря.

– Надеюсь, охотничий инстинкт ни у кого не проснулся? ― спросила лиса, и по голосу было понятно, что она чувствует себя хозяйкой положения.

– Да не охотимся мы, чего уж тут тень на плетень наводить, ― продолжил дядя Гавря. Я и не подозревал, что он знает такие выражения.

– Ну и прекрасненько, ― кивнула лиса. ― Кстати, а вы в парке давно были?

– В нашем? ― переспросила Жужа.

– В общегородском, ― хохотнула лиса. ― Белок видели?

– Видели! ― сказали мы с дядей Гаврей хором.

– Как они там? ― в голосе лисы послышалась неподдельная забота. ― Они ведь здешние. Росли буквально на наших глазах. А потом покинули родину. Не знаю, чего им там наобещали? Арахиса мешками, что ли? У нас вон своя лещина уродилась.

– Арахисом их запрещено кормить, ― утешил я лису. ― Вы не волнуйтесь. Их там не обижают. Мы вон даже не облаиваем.

– Это хорошо, ― закивала лиса. ― Привет передавайте, если свидитесь. Может, лещины с собой возьмёте? Хотя, куда вам её насыпать-то.

И правда, карманов у нас нет. Вот кенгуру…

– Привет передадим, ― заверила лису Жужа. Она вообще очень ответственная.

Рассмотреть лису в темноте было непросто, но глаза привыкли, и я мог даже описать эту смелую особу. Во-первых, она была средних размеров, довольно тощая, но не худосочная, не сказать чтобы очень меховая, но и не облезлая. К осени все опушаются, даже я. Во-вторых, у неё были красивые блестящие глаза. В-третьих, тонкие изящные лапы в чёрных чулочках. И сразу было понятно, что перед нами именно лиса, а не лис, несмотря на хриплый голос.

– Я собак не жалую, ― сказала она и дёрнула хвостом. ― От вас только и жди проблем, но характер у меня доброжелательный, поэтому вам повезло. Встретили бы вы нашего ежа!

– А что с ежом? ― спросил я сразу, чтобы не забыть.

– Зверюга! ― коротко охарактеризовала его лиса. ― Но не бойтесь. Он уже в спячку залёг.

― А мы и не боимся, ― подала голос Жужа. Я обрадовался, что к ней вернулись дар речи и желание двигаться.

– Значит, вы с фабрики бежите? Опять воры забрались? ― лиса хихикнула.

– Часто забираются? ― спросил дядя Гавря.

– Часто. А как не забраться? Все любят сладенькое.

– Ну воровать-то зачем! ― Дядя Гавря всегда был за порядок и справедливость.

– Этого я не могу вам разъяснить. Ладно, что мы тут на холоде топчемся. Айда ко мне в гости! Я вас кофе угощу, желудёвым.

Никогда ещё у меня не было возможности побывать в гостях у лисы, наверное, глупо было бы её упустить и не посмотреть своими глазами на кофемашину в лисьей норе. Неужели такая же, как у нас?! В это я не мог поверить!

Мы замешкались. Из одних гостей только что лапы унесли, как бы с другими не влипнуть в историю. Но дядя Гавря смело двинулся за лисой, всё же нетипичный случай, когда лиса приглашает в гости собак. Это она должна нас бояться, а не наоборот.

– Не далеко? ― уточнила Жужа.

– Да лапой подать, ― заверила лиса.

– Тогда пойдём.