Лететь на драконе было странно. Одновременно и захватывающе, и пугающе. Я думала, что буду мерзнуть, но от чешуек исходило тепло, а еще дракон навесил над нами купол. Как выяснилось, это не только для тепла, но и защиты.

— Чтобы ветром не сдуло, — раздался в голове его голос.

— Что?!

— Что?!

Мы с драконом воскликнули одновременно, причем, опять мысленно. Он так был поражен, что на краткий миг накренился вниз, и мы с Рыськой съехали по шее вниз. И если бы не защитный экран, могли бы и вообще свалиться.

— Что происходит и почему я тебя слышу у себя в голове? — это я спросила уже вслух.

— Понятия не имею, — процедил Илмар. — И тоже хотел знать причину.

— Я надеюсь, ты хотя бы мысли мои не читаешь? — проворочала я.

— Было бы неплохо, — хмыкнул в ответ дракон. — Но нет. А вообще это странно…

Дракон задумчиво замолчал.

— Что именно?

Было непривычно и забавно общаться с ним вот так, ментально. Очень непривычные ощущения. И мне это нравилось. Я почувствовала согласный отклик от дракона. Судя по всему, ему тоже нравилось.

— Так общаться могут только драконы. Но ты — ведьма, и вот это очень странно… Но я чувствую в тебе драконью кровь, — донеслось до меня все такое же задумчивое.

На всякий случай я не стала думать о том, что узнала про свою кровь, мало ли он все-таки может читать мои мысли. Я решила переключиться на то, что было вокруг меня.

А ведь я сейчас находилась практически в сердце Ледяных Чертогов, куда уже много лет не могли попасть чужаки. Внизу простирались как раз они, те самые Ледяные Чертоги, — величественное замерзшее царство, где, казалось, что время остановилось и неподвластно этой ледяной красоте.

Огромные глыбы из блестящих льдин сверкали и переливались, отражая солнечные лучи. Именно из-за них этот ледяной мир, где обитали драконы, так и прозвали. Были ли здесь другие драконы или только ледяные? Я не знала ответа на этот вопрос, драконы бережно хранили информацию о своей расе, не раскрывая подробностей. А я никогда и не задувалась над этим, полагая, что в своей жизни никогда не столкнусь с ними.

Красота внизу завораживала своим величием, так, что даже Рыська под боком как-то присмирела.

Вскоре мы стали снижаться, при том, что Арес, который был впереди, он почему-то продолжал лететь и дальше.

— Что-то случилось? Почему мы снижаемся? — забеспокоилась я, пытаясь рассмотреть, куда мы снижаемся. Но вокруг все было таким ослепительно белым, что я жмурила глаза от ярких искристых вспышек, которыми сверкала поверхность плато.

— Сейчас узнаешь, — уклончиво ответил Илмар и сел на снег. — Спускайтесь, хочу тебе кое-что показать и подарить. Ты как лесная ведьма, точно оценишь.

И я уже сгорала от нетерпения и любопытства, что же такое он хочет мне показать. Я скатилась про подставленному крылу, Рыська же с легкостью спрыгнула и мы огляделись.

Вокруг были только снег и горы. А еще все искрилось под лучами яркого солнца и так слепило глаза, что невозможно было, не прикрываясь ладошкой, смотреть на белоснежные просторы.

Илмар, обернувшись в человеческий вид, уже стоял рядом и протягивал мне руку, и я, не задумываясь, вложила свою ладонь в его. Без слов, молча, он повел меня к одной из ледяных глыб, которые я видела сверху. А там…

Там, у самого ее подножия, прямо из-под снега росли цветы. Они казались почти хрустальными, нереальными, казалось, что если дотронешься до них, то они тут же рассыпятся сверкающими хрусталиками прямо в руках. Лепестки цветов были нежными, перламутровых оттенков и при свете солнца они сверкали и переливались.

— Что это за чудо такое? — шепотом спросила я. Мне казалось, что если я спрошу громче, то волшебство исчезнет.

— Этот цветок мы называем Снежной Луной, — также негромко ответил Илмар. — Он растет только здесь, в самих чертогах. По преданию, эти цветы содержат силу любви и защиты, и их лепестки можно использовать в зельях для исцеления и укрепления духа. И только тот, кто был истинно влюблен, сможет найти и собрать лепестки этого цветка. Для других огни сразу прячутся. Я здесь бывал много раз, но только сейчас они показались мне.

Он помолчал, а потом добавил:

— Сейчас, когда я с тобой.

А потом он нагнулся, сорвал один из цветков и протянул мне.