Небо нахмурилось, грозя в любой момент опять пролиться дождем. Солнце ушло, а без него храмовый двор выглядел особенно зловеще. Вдалеке погромыхивало, где-то над Фискиллсом, гром зловеще рычал, словно голодный зверь, идущий по следу добычи.

Толи и Герин стояли рядом на ступенях храма, в окружении храмовых стражей в алых сутанах. Ниже, возле алтаря, стояли Верховный жрец и седой белобородый Нимруд, его длинный черный плащ висел за спиной клочком тьмы.

– Дорогу королеве! – неожиданно раздался голос.

Народ раздвинулся, образовав проход. По нему шли королева, леди Эсме и королева-мать, а следом шли принцессы Брианна и Елена. Позади шли рыцари свиты. Процессия остановилась перед Верховным жрецом.

– Немедленно освободите моего сына! – потребовала Брия. – Ради блага королевства и народа Менсандора, освободите его сейчас же. – В королеве бурлили облегчение и гнев, голос подрагивал: облегчение от того, что она наконец увидела своего сына, в целости и сохранности; гнев от того, что он страдал. Верховный жрец Плуэлл вскинул руки и испуганно посмотрел на нее.

– Ты не знаешь, чего просишь, женщина. Отойди в сторону.

– Если ты не освободишь его, позволь мне занять его место.

Взгляд Плуэлла метнулся к Нимруду. Королева перехватила его и повернулась к волшебнику.

– Я вижу, что именно к тебе я должна обратиться. Позволь мне занять место моего сына, если ты не хочешь освободить его.

– Я не собирался заключать сделки так рано. Отойдите в сторону и наблюдайте вместе с остальными.

– Сэр! – сказала Брия, шагнув вперед. Стражники вытянулись по стойке смирно и направили копья в сторону королевы; другие с обнаженными мечами шагнули к принцу и Толи. В тот же миг мечи рыцарей вылетели из ножен и отбили копья стражников. – Нет! – закричала Брия. – Я не хочу быть причиной кровопролития в этот ненастный день. – Опасаясь за сына, она вместе с другими женщинами отошла в сторону. Королева попросила одного из рыцарей отвести принцесс в карету и побыть с ними. Перед собой она видела стражей храма со скрещенными копьями, они хотели, чтобы с этой стороны больше не возникало препятствий. Женщины взялись за руки и молча склонили головы.

– Пора, – произнес Нимруд. – Король не придет.

Верховный жрец Плуэлл обратил свой взор к небу и сказал:

– Нет, еще не время. Полдень не настал. Ты сказал, что мы будем ждать полудня.

Нимруд набрал в грудь воздуху и хотел резко ответить, но сдержался, и вместо этого сказал только:

– Как скажешь, жрец. Подождем еще немного. Ожидание меня не беспокоит, напротив, я с удовольствием подожду.

Толпа, собравшаяся во дворе Храма, притихла. Даже ветер не шевелил листья на деревьях вдоль стены. А ведь на них сидели любопытные, стремившиеся увидеть происходящее лучше других. Все ждали.

Толи посмотрел на принца Герина, стоявшего рядом, и кивнул, словно говоря: «Мужайся, парень; король придет».

Мальчик ответил так же, как уже отвечал ему:

– Я знаю, и не боюсь.

По небу катились тучи, злые и набрякшие дождем, черные, как дымчатый янтарь, а здесь ветра не было совсем. Странные сумерки опустились на храмовый двор, как будто солнце не хотело больше освещать происходящее. Но все терпеливо ждали. Первым не выдержал Нимруд.

– Время вышло. Уже полдень, а короля нет. Он не придет. Ведите пленников. – Стражники переглянулись, но не двинулись с места. – Ведите! – взвизгнул Нимруд. Голос его почему-то едва слышался. Верховный жрец, заметно дрожа, кивнул и отвернулся. Стражники начали теснить пленников вниз по ступеням. Толи неловко сделал шаг, споткнулся и покатился по ступеням. Падая, он крикнул принцу:

– Беги!

Герин спрыгнул со ступеней и бросился в толпу.

– Остановить его! – взревел Нимруд. – Хватайте!

Прежде чем рыцари, стоявшие рядом с королевой, успели двинуться, один из храмовых стражей бросился вперед и сбил с ног юношу.

– Герин! – закричала королева и рванулась вперед в отчаянной попытке дотянуться до сына, но была остановлена копьями стражников.

Толи подняли на ноги и толкнули вперед.

– Довольно неуклюжая попытка для ловкого джера, – прокудахтал Нимруд. – За твои хлопоты будешь смотреть на жертвоприношение мальчика. Сначала я хотел наоборот. – С этими словами Нимруд схватил юношу и взгромоздил на алтарь, хотя тот всеми силами отбивался. Один страж держал его за ноги, а другой заложил связанные руки ему за голову. Толи закричал и рванулся к алтарю, но стражи схватили его за руки и крепко держали.

– Нет! – закричала мать мальчика, ее черты лица исказились от ужаса. Эсме обняла королеву и крепко прижала к себе.

– Кинжал, – скомандовал Нимруд верховному жрецу. – Дай мне кинжал.

Глава пятьдесят первая

– К-кинжал? – Лицо Верховного жреца Плуэлла побледнело еще сильнее. Он растерянно похлопал себя по мантии. – У меня нет с собой… я, наверное, его выронил.

Нимруд злобно улыбнулся.

– Я так и думал. Поэтому захватил свой. – Он вытащил из складок мантии длинный тонкий кинжал и, взяв Верховного жреца за руку, вложил в нее нож. – Ну, теперь готов? Верховный жрец, исполни свой долг!

Плуэлл повернулся к королеве. Брия закрыла глаза руками. Жрец отер пот со лба и просительно посмотрел на своего злого сообщника. Нимруд хищно улыбнулся и кивнул.

– Давай! Сделай это! – прохрипел он. Глаза колдуна светились от сумасшедшей радости.

Кинжал дрожал в руке Верховного жреца, но он подошел к алтарю и занес руку над мальчиком. Герин закрыл глаза и сжал губы, чтобы не закричать. Нож завис в воздухе и…

– Стойте! Король здесь! Подожди! Король-дракон идет!

Верховный жрец со стоном выдохнул, рука с кинжалом безвольно упала вдоль тела, и он отступил от алтаря. Во дворе все услышали, как по извилистой дороге под стенами Храма скачут лошади. Люди, не попавшие в Храм, закричали, приветствуя короля. Толпа разбежалась, и первым во двор Храма ворвался король. Квентин осадил Блейзера, копыта коня выбили искры. Король спрыгнул с седла. Вслед за ним во двор въехали Тейдо, Ронсар, лорд Эдфрит и с ними множество рыцарей и людей. Во дворе, и без того переполненном, стало не повернуться. Однако люди все же расступились, освободив дорогу королю, идущему с каменным лицом к алтарю.

– Я принес выкуп, – хрипло выкрикнул Квентин. – Немедленно отпусти моего сына! Он обращался к Верховному жрецу, но тот отступил и спрятался за спины других жрецов на ступенях Храма.

– Так не пойдет, мой король, – холодно ответил Нимруд.

Квентин повернулся к нему.

– Кто ты? – Он подошел ближе, всматриваясь в лицо старика, но не узнавал. – Я тебя знаю?

– Мы никогда не встречались, – ответил маг. – Но, думаю, ты меня знаешь.

– Спрашиваю еще раз – кто ты?

– Тебе нужно мое имя? Хорошо, я назову его. Ты видишь перед собой Нимруда, некогда известного под именем Некромант, еще до того, как у меня отняли силу.

– Нимруд! – Квентину потребовалось усилие, чтобы не показать, что имя потрясло его. – Ты восстал из праха смерти, как одно из твоих ужасных творений!

– Да, ты прав, я пришел, чтобы отомстить. – Он вспрыгнул на алтарь и жестом приказал стражникам, державшим мальчика, сдвинуть его. – Твой меч, гордый король, твой Сияющий, должен стать выкупом. Ну и где он?

Квентин с шелестом вытащил меч и поднял так, чтобы все могли увидеть, и направился к алтарю. Нимруд поднял руку.

– Нет, не так! – каркнул он. Квентин остановился. – На колени! Хочу, чтобы твои подданные увидели, как ты поклонился мне. Я хочу, чтобы ты признал меня перед свидетелями. – Квентин шел к алтарю. – На колени, гордый король!

– Не бывать этому! – спокойно ответил Квентин. – Ты просил меч; вот он. Больше ты от меня ничего не получишь.

– На колени! Или твой сын умрет! – Нимруд выхватил кинжал из руки совершенно ошеломленного Верховного жреца. Мгновенно лезвие ножа оказалось на горле мальчика. – Вставай на колени, великий король, или потеряешь сына и наследника. – Хриплый голос Нимруда сочился ядом.

Квентин, несмотря на то что его душа восставала против такого поступка, медленно опустился на одно колено. Он с ужасом смотрел на Нимруда, который злобно улыбался, держа нож у шеи принца.

Мертвая тишина сопровождала эту сцену. Люди во все глаза наблюдали за унижением своего короля.

– Вот. Теперь меч, – сказал Нимруд, и в тишине голос его прозвучал особенно грубо. – Положи на алтарь. – Слова старого мага легко достигали самых дальних уголков храмового двора. Каждый человек ясно слышал все, что произносилось. Король-дракон поднял меч, держа за рукоять. «Сияющий, обещанный мне во сне давным-давно и данный рукой самого Всевышнего. Я бы сказал, это меч самого Всевышнего; и как я отдам его Нимруду? Я не могу. Не могу положить его на этот алтарь; не могу выполнить волю этого извращенного чудовища. Я не откажусь от истинного Бога – даже чтобы спасти собственную жизнь или жизнь моего сына». Квентин посмотрел сначала на меч, а затем на Нимруда, и снова встал на ноги.

– На колени! – вскричал Нимруд. – Склонись передо мной!

Квентин поднял клинок над головой обеими руками и повернулся к небесам.

– Господи Всевышний, – сказал он, и его слова раскатились в тишине храмового двора, – услышь своего слугу. Яви свою силу; встань над врагами! Пусть справедливость Твоя просияет в стране, чтобы все могли поклоняться истинному Богу.

– Твой бог, похоже, глуховат, – усмехнулся Нимруд. – Ха! Никакого истинного бога нет. Мне молись, король-дракон! Может быть, я и отвечу на твою молитву!

Квентин не слушал наглый смех Нимруда. Он молился, молился так горячо, как никогда в жизни. Он полностью раскрылся перед Всевышним. И в какой-то момент почувствовал, как клинок в его руке греется. Он открыл глаза и посмотрел вверх. Тяжелые темные тучи разошлись, и на него упал луч света, прямо на клинок в руке. Он стоял в круге золотого света, и смотрел, как блики играют на чудесном клинке, мерцают в драгоценных камнях на рукояти. Свет был живым, а потом свет зазвучал:

– Убери этот мерзкий алтарь! Его давно надо было убрать.

С неба обжигающим дождем пал огонь. Сияющий вспыхнул, он снова горел и сверкал белым жаром в сумраке окружающего мира. Люди не могли смотреть на ослепительный свет и закрывали глаза руками, лишь бы не видеть ужасное великолепие этого святого огня.

«Пламя вернулось в меч! – подумал Квентин. Всевышний меня не покинул! Он со мной; он никогда не уходил!» Осознание этой простой истины охватило Квентина так же, как пламя охватило меч.

– Меч! Меч! – завыл Нимруд. – Отдай мне меч!

– Нет! – вскричал Квентин. Яркий свет вырвался из мерцающего клинка, рассеивая тьму вокруг. – Ты никогда не будешь держать этот клинок.

С этими словами Король поднял Сияющий над головой и со всей силы ударил по каменному алтарю. Ослепительная вспышка! Раздался такой звук, с которым раскаленный металл погружается в холодную воду. Запах раскаленного камня волной прокатился по двору. Земля зарокотала, каменная плита алтаря накренилась, а затем скользнула вбок, расколовшись пополам. Скол дымился там, где Сияющий глубоко погрузился в камень.

Толпа единым духом выдохнула, люди отпрянули от короля, а он стоял перед разрушенным алтарем с пылающим мечом в руке. Верховный жрец в ужасе вскинул руки вверх и побежал по ступеням в храм, жрецы бежали вместе с ним. Храмовая стража побросала оружие и побежала следом. Нимруд занес кинжал. Именно этого момента ждал Толи. Он опустил голову и бросился на колдуна, подхватив мальчика и сдернув его с остатков алтаря. Принц Герин упал, как учил Толи, перекатился, вскочил на ноги и бросился в объятия матери. Брия прижала его к себе. Толпа бурлила вокруг них.

– Нет! – истошно заорал Нимруд. – Дважды ты обманул меня. Но больше этого не будет!

Толи отскочил в сторону, но со связанными руками не смог удержать равновесия и упал навзничь на ступени храма. Старый маг, словно дикая кошка, бросился к нему и вонзил кинжал в грудь джера, а затем резво помчался вверх по ступеням Высокого храма.

Глава пятьдесят третья

Земля тряслась; толпа во дворе храма кричала от ужаса, когда камни замощенного двора начали лопаться, открывая зияющие трещины в земле. Трещина, открывшаяся под разрушенным алтарем, побежала к Храму. Не обращая на нее внимания, Квентин взбежал по ступеням.

– Тейдо! Ронсар! Скорее!

Толи, лежал на ступенях. Король вырвал из груди джера кинжал и отбросил прочь. С верхней площадки лестницы до него долетел хриплый смех. Квентин поднял голову. Наверху стоял Нимруд и натужно хохотал, при этом звук очень походил на хриплое карканье ворона.

Ронсар подбежал первым.

– Отнеси Толи в безопасное место, – приказал король, а сам вскочил на ноги и прыгая через ступеньку, побежал наверх.

– Сир! Вернитесь! Храм рушится! – закричал рыцарь.

Трещина в земле добралась до степеней и теперь корежила их. Воздух наполняли душераздирающие звуки дробящегося камня и разрываемой земли. С крыши летела черепица и разбивалась о камни. Колонны опасно качались, перекладины над ними трескались, от них отваливались огромные куски. Квентин вскарабкался по ступеням, ходившим ходуном. В руке его пылал меч. Нимруд только глянул на меч, повернулся и сделал попытку бежать, но король успел ухватить его за край мантии. Нимруд дернулся, пытаясь освободиться, но только сильнее запутался в длинной хламиде. Квентин дернул и сшиб колдуна с ног. Некромант отчаянно извивался, пытаясь удержаться на полу, успевшем сильно наклониться. В этот момент он еще больше походил на змею, которой наступили на хвост.

– Пощади меня! – прошипел он. – Я дам тебе богатство, славу, всё, что захочешь! Я уничтожу любых твоих врагов! Только пощади!

Клинок сверкнул, Сияющий спел короткую песнь и пал на шею колдуна. Даже короткого крика не успел издать маг перед смертью. Теперь он больше всего походил на кучу тряпья, оставленную кем-то на степенях. Нимруд Некромант был мертв.

Камни и кирпичная кладка стен рушились, колонны застонали, когда рухнул большой кусок крыши. Квентин подпрыгнул, когда рухнули тяжелые каменные плиты и подскочил фундамент под ногами. Сам утес, на котором стоял Высокий Храм, содрогнулся и забился в конвульсиях. Жрецы внутри храма пали ниц и взывали к богам древности: Ариэль! Азраэль! Зоар! Хеот! Но имена слетали с их губ мертвыми и лишенными силы. Пол наклонился, и они в ужасе наблюдали, как в священной скале открылась широкая трещина. Камень рассыпался у них на глазах.