– Придется обыскивать каждую камеру. Я пойду налево, а вы двое – направо.

Обыск не занял много времени: все камеры оказались пустыми. Они встретились на пересечении коридоров.

– Там только... – начал Ронсар, но резко замолчал. – Слушайте! – За углом арки послышались шаги, а затем раздался недовольный голос:

– Эйрих! Это ты? Тащи сюда факел! Эйрих!

Квентин застыл на месте, а затем бросился к стене. Ронсар приложил палец к губам и подмигнул. Человек повернул за угол и налетел на Ронсара, стоявшего у него на пути. Рыцарь высоко поднял факел и ударил его кулаком в подбородок. Человек рухнул. Он был без сознания. Видимо, он так и не понял, что с ним случилось.

– Должно быть, тюремщик, – предположил Квентин, указывая на большую дубинку, висевшую на кожаном ремешке у человека на поясе рядом с железным кольцом с набором ключей.

– Повезло, – коротко сказал Ронсар. Он уже прихватил тюремщика под руки и волок его в ближайшую пустую камеру. – Идемте. Надеюсь, больше никого не встретим.

Стараясь шуметь поменьше, они побежали по короткому коридору и спустились по каменным ступеням. Дальше путь преградила железная дверь. Засов был задвинут и на нем висел большой железный замок. Пленники в камере услышали быстрые шаги в коридоре и насторожились. Заскрипел ключ в замке, затем еще один, и внезапно дверь резко распахнулась.

– Ронсар! – Королева узнала его первой и бросилась к нему. – Наконец-то ты нас нашел!

– Я знал, что ты придешь, – сказал Дарвин, подходя. Трейн и Тейдо стояли, не в силах вымолвить ни слова. Внутрь протиснулся Квентин, а вслед за ним Толи. Квентин стоял, глядя на друзей сверху вниз и даже не вытирал слез.

– Квентин! – вскрикнул Дарвин. Отшельник бросился к нему, раскрыв объятья. Квентин пришел в себя, обнимая Дарвина, как обнимал бы собственного отца. Остальные собрались вокруг, похлопывая по спине. Алинея поцеловала юношу в щеку. Все говорили одновременно, и вопросы сыпались потоком: как? когда? где? Они хотели знать. Квентин не обращал внимания на слова. Он наконец смахнул слезы, и решил, что это была самая великая встреча, которой наградила его судьба. Этот момент он запомнит на всю жизнь.

Глава тридцать девятая

Они выбрались из замка Нимруда довольно просто. Из темницы и обратно по коридорам замка, через вонючий двор между внутренней и внешней стенами, через туннель мимо сторожки и подъемный мост – на свободу. Квентин все время ожидал появления Нимруда. Колдун просто обязан был, по его мнению, заманить их в ловушку и заточить в подземелье, ну, или как-то иначе помешать побегу. На самом деле они никого не встретили; пробираясь мимо кухни, слышали голоса, даже пение, но не больше.

– Они что там, празднуют? – спросил Ронсар.

– Змей улетел, – ответил Дарвин и объяснил, что Нимруд отправился на коронацию принца.

– Принца? Джаспина? Тогда все еще хуже, чем я думал, – сказал Ронсар.

– Ты прав, – вздохнул Дарвин.

– Однако теперь ничего не поделаешь, – присоединился к разговору Тейдо. – С этим потом разберемся. Мы же пришли освободить настоящего Короля.

– Да, да, – закивал Ронсар. – Самое время устроить военный совет.

Они собрались под пилонами в конце подъемного моста и стали думать, как лучше всего найти и освободить Короля. Квентину поручили не слишком сложное задание: он должен был вывести остальных по тропе к тому месту, где начинался лес, и контролировать дорогу. Если солдаты вернутся раньше, он предупредит Ронсара и Тейдо.

– Опять ждем! – пожаловался Квентин Дарвину, когда они шли обратно к укрытию. – Только и делаем, что ждем, а они пойдут спасать Короля. Несправедливо. – Раньше он как-то не думал об этом, но теперь хотел тоже участвовать в спасательной операции. Но его не взяли, и он чувствовал себя обманутым.

– Согласна, несправедливо, – посочувствовала Алинея. – Но я рада, что у меня столько защитников.

– Да я имел в виду… – начал было Квентин, но королева остановила его.

– Я тебя понимаю, ты имел полное право быть там. Но мы все должны играть те роли, которые нам отведены. А я действительно рада. Мне кажется, я больше не вынесла бы эту темницу. Так что ты опять оказал своей королеве большую услугу. Я никогда этого не забуду. – Она помолчала. – Только вот беда: я больше не чувствую своего Короля…

Квентин несколько приободрился и теперь стал относиться к своей задаче более серьезно. Но обратный путь вдоль хребта прошел без происшествий, и они спокойно добрались до убежища в лесу. Трейн ворчал: ему было досадно, что приходится идти, как он сказал, «со стариками, детьми и женщинами». Они остановились на небольшой поляне, в стороне от дороги, но в пределах видимости ужасного замка на скале. Отсюда хорошо просматривался и хребет, и дорога внизу. Дарвин закрыл глаза и быстро уснул. Остальные просто ждали. Минуты тянулись невыносимо долго. Прошел час, потом еще один. Квентин извелся от нетерпения, Трейн уверял, что прошло слишком много времени, а значит, что-то пошло не так, и надо спешить на помощь товарищам.

Солнце уже клонилось к закату. С запада приближался облачный караван. Про себя он решил подождать, пока последнее облако не пройдет над замком, а потом наплевать на все приказы и отправиться на выручку. Впрочем, от такого нарушения его спасло появление людей на хребте.

– Вот они! – завопил он, совершенно забыв о необходимости соблюдать тишину. Толи, следивший за дорогой внизу, тут же примчался обратно, а Трейн и Алинея выбежали на дорогу.

– Да, кто-то идет, все верно. Только я не вижу, сколько их. Ты можешь сказать? – Трейн щурился, но солнце, повисшее прямо над хребтом, било в глаза. Квентин тоже не мог понять, сколько человек он видит, поэтому он в нетерпении повернулся к Толи. Джер некоторое время смотрел в сторону хребта, а затем негромко объявил:

– Lea nol epra. Rhunsar en Teedo.

– Что он сказал? – обеспокоенно спросил Трейн. Королева ничего не ответила, только сплела пальцы и закрыла глаза.

– Он сказал, что их двое. Ронсар и Тейдо. Короля с ними нет, – машинально перевел Квентин. – Мне жаль, моя госпожа.

Вскоре Тейдо и Ронсар приблизились. Тейдо запыхался на крутом подъеме. Отдышавшись, он сказал:

– Короля нет. Мы обыскали весь замок, даже заставили камергера открыть все шкафы. Он сказал, что они ушли, все они, их увел Нимруд. Но кто такие «все», он не знает.

– Вы всё осмотрели? – с тоской воскликнул Трейн. – Там же наверху может быть сколько угодно мест, где можно спрятать человека.

– Вот все их мы и обыскали! – рявкнул Ронсар. – Его там не было, говорю тебе.

– Они правы, – неожиданно сказал Дарвин. Все это время он сидел тихо, в какой-то момент Квентин даже решил, что он уснул. – Я проверил эфир. Короля нет в замке. Камергер не соврал. Коварный Нимруд забрал добычу с собой. Мне надо было догадаться раньше.

– Видимо, так и есть, – неохотно признал Ронсар. – Мы слишком спокойно вошли в замок.

– И слишком спокойно в нем орудовали, – добавил Тейдо. – Теперь хорошо бы понять, как убраться с этого проклятого острова.

– А чего тут сложного? – не понял Квентин. – Корабль, на котором мы приплыли, наверное, все еще стоит в заливе.

– Отлично! Квентин подал ценную мысль. – Тейдо готов был действовать.

– Это небольшой корабль, – сказал Квентин извиняющимся тоном.

– Да плевать! Будь это хоть ведро с веслами! – воскликнул Тейдо. – Лишь бы оно было способно выйти в море. Ведите! – обратился он к Толи и Квентину.

Толи тут же ушел вперед, посмотреть, не видно ли солдат. Но тропа была свободна, и к тому времени, как их тени стали неестественно длинными, они добрались до края леса, окаймлявшего залив.

– Нас выгрузили немного дальше, – прошептал Квентин. – Сразу за теми деревьями. Толи пойдет посмотреть… – Он обменялся с Толи знаками, и лесной житель исчез, растворившись в близких сумерках. Но очень скоро вернулся и сказал несколько слов Квентину. Остальные с тревогой ждали. Квентин повернулся и сказал:

– Корабль там... – Увидев загоревшиеся надеждой глаза бывших пленников, он сурово добавил: – Но и солдаты тоже там. Толи говорит, что они разбили лагерь на берегу.

– Странно, – удивился Тейдо. – Зачем бы им это понадобилось?

– Может, их поэтому не было в замке? – предположил Ронсар.

Трейн фыркнул.

– Сколько их там? Да хоть бы и десять к одному, мы для них достойный противник.

– День клонится к вечеру; скоро стемнеет, – сказал Дарвин. – Возможно, тогда нам будет проще.

Вся компания устроилась в тени в ожидании ночи. Но не успели они устроиться, как Дарвин вскочил.

– У меня получилось! Сейчас мы им устроим замечательное развлечение!

– Тихо! – прикрикнул на него Трейн. – Если твои крики услышат на пляже, других развлечений уже не понадобится.

Дарвин не обратил на него внимания. Он с беспокойством посмотрел на темнеющее небо и начал раздавать задания.

– Быстрее! У нас мало времени. Нужно собрать кое-что. – Он поручил каждому что-нибудь принести из леса: кору с определенных деревьев, листья определенного вида, камни определенной формы, в общем, самые обычные предметы. – И побыстрее! Тащите, что найдете.

К тому времени, как солнце зашло, перед Дарвином лежала солидная горка всякого мусора. Отшельник принялся за работу, раскладывая ветки, кору, шишки и листья по разным кучкам. Когда на небе зажглась первая звезда, он объявил:

– Ну всё. Я готов. Тейдо и Ронсар, вам нужно прокрасться как можно ближе к пляжу. Выкопайте три ямки, – он показал, какого размера должны быть ямы, – по одной справа и слева от тропы, ведущей в лес от пляжа, а одну – в центре тропы. Квентин и Толи, возьмите, – он вручил обоим по охапке из разных куч, – и несите за мной. Трейн, Алинея, – возьмите хворост и ступайте на край пляжа, где будут копать ямки.

Люди с удовольствием занялись делом. Главное – поставить задачу, а зачем и почему – Дарвин знает. Когда ямы были готовы и осмотрены отшельником, он тщательно разложил в них содержимое разных кучек. Затем взял свой кожаный мешочек и высыпал содержимое на три холмика.

На берегу солдаты развели костер и готовили ужин. До опушки леса долетали смех и обрывки разговоров. Трейна поставили следить, чтобы никто из солдат раньше времени не пошел в лес.

– А теперь, – сказал Дарвин, – разожгите три небольших костерка.

– Подожди минутку, – взмолился Ронсар. – Ты бы хоть рассказал, чего нам ждать.

– Разве я не говорил? Я создам дракона. Он отвлечет солдат. Надеюсь, это сработает. Когда солдаты разбегутся, идите к лодке. Я вас догоню.

– А ты куда? – спросил Тейдо.

– Кто-то идет! – предупредил Трейн.

– У дракона должен быть голос! – сказал Дарвин и поспешил в лес.

– Подожди! – остановил его Ронсар. – Нам нечем развести костер.

– Всего-то? – небрежно воскликнул Дарвин. – Не беда, я пока здесь. – С этими словами он взял ветку из одной кучки, подержал ее перед собой, что-то пробормотал и бросил ветку, охваченную огнем. – Поджигайте костры. Сейчас не до объяснений. Доберётесь до лодки, сразу отчаливайте.

– Поторопитесь! – предупредил Трейн. – Солдаты скоро будут здесь. Нас могут заметить.

Тейдо зажег первый костер.

– Спрячьтесь! Когда я дам сигнал, бегите к лодке. – Он зажег остальные костры и спрятался у тропы.

С берега донесся хриплый смех. Было очевидно, что солдаты захватили с собой бочонок вина, и оно уже давало о себе знать. Несколько из них направились к лесу, чтобы облегчиться. Квентин посмотрел на костры в маленьких ямках. Ничего особенного не происходило. Несколько струек дыма поднялись вверх, почти невидимые в темноте. Однако пока он смотрел, из центрального костра поднялся дымный столб, и тут же такие же клубы повалили из других костров. Дым приник к земле и пополз к пляжу.

– Смотри! – Квентин дернул Толи за рукав. – Самое время дракону взреветь!

Голубоватый дым сгустился и теперь валил из всех трех костров на тропу. Он бурлил, подсвеченный зеленым огнем костра. Он выбрасывал длинные щупальца и тянулся к воде. Первый солдат, спотыкаясь, брел по тропинке, распевая грубую песенку. Но вот он увидел дымные ленты на тропинке и замер. А дым вился вокруг его ступней и лизал ноги. Солдат шарахнулся и едва не свалился на двух своих приотставших товарищей. Все трое вытаращились на странное явление. До них еще не дошло, что они видят.

Звук Квентин почувствовал еще прежде, чем услышал – тихая гудящая нота завибрировала у него в груди. Ему показалось, что камень рядом с ним тоже задрожал, отвечая странному звуку. Нота становилась все громче. Теперь в ней отчетливо различалось шипение, похожее на звук пара, вырывающегося из трещины в земле, или огромной змеи, готовящейся к броску. А потом лес сотряс рёв. Листья на кустах зашелестели, словно на ветру, хотя ветра не было и в помине, а потом посыпались с веток. Ребра Квентина отозвались неприятной дрожью. Он повернулся к Толи, и тот с усмешкой кивнул ему. «Рёв дракона».

Трое солдат на тропе дрогнули и отступили. Они хотели бежать, но ноги их не слушались. Пение у костра оборвалось. Люди повскакали на ноги и смотрели в сторону леса. Там снова заревело. На этот раз громче. В глубине леса вспыхнул яркий свет – как будто молния сорвалась с ясного неба. В короткой вспышке Квентин увидел ужас на лицах людей на берегу. Даже у него что-то шевельнулось в животе от страха. А вдруг и правда дракон? За вспышкой света последовал скрип древесных стволов, треск падающих деревьев. «Боги, спасите нас! – раздался отчаянный крик с берега. – Дракон идет! – Дым достиг сбившихся в кучу людей. – Дыхание дракона! Мы обречены!» Двое из тех, что пошли в лес, с воплями бросились обратно к костру, оставив своего товарища на тропе, на коленях, с руками, прижатыми к ушам и крепко зажмуренными от ужаса глазами. Он горестно всхлипнул, а затем упал лицом в песок. «Мы погибнем», – закричал кто-то. Лошади, привязанные к задней части телеги, оборвали постромки и вырвались на свободу. Они ничего не соображали от страха, и били копытами любого, кто к ним приближался. Солдаты метались по песку, хватая свое и чужое оружие. Затем от костров поднялось странное свечение, окрасив сцену в зловещий зеленый оттенок. Снова раздался рёв, сотрясший не только ветви над головой, но и камни у дороги, причем это явно не было мороком, Квентин чувствовал, как они дрожат. Он оглянулся, и ему показалось, что из леса надвигается на него огромная темная фигура неопределенных очертаний. Деревья падали у нее на пути, в воздухе запахло горящей серой. От костров ветви деревьев приобрели жуткий оттенок, а потом внезапно полыхнули дождем искр. Маленькие угольки превратились в фонтаны сверкающего пламени. Солдаты закричали. Лошади помчались по пляжу. Люди бросали оружие, некоторые метнулись в океан, ища спасение в волнах. Другие бежали вдоль берега и прятались среди камней. Три удара сердца – и на пляже не осталось ни одного человека, кроме солдат, в самом начале упавших на песок.