Annotation

«Закон Зоны» — новая книга в легендарной вселенной S.T.A.L.K.E.R. для тех, кто помнит: своих не бросают. Маклауд — циник, авантюрист и просто сталкер с большим опытом и еще большим чувством юмора. Он привык выживать в одиночку, шутить над смертью и не верить слухам. Но когда приходит весточка от погибшего много лет назад друга по имени Змей, выбора не остается. Долг есть долг. Путь через аномалии, бандитские засады и собственные страхи ведет в самое сердце Зоны. Там, где карты врут, а компас сходит с ума, Маклауд должен найти того, кто, возможно, давно превратился в призрак. Или в ловушку. Черный юмор, литРПГ-система, перестрелки и главный закон: своих не бросают. Даже если эти «свои» уже одной ногой в могиле.

Глава 1. Последний патрон

Глава 2. Весточка с того света

Глава 3. Сборы перед адом

Глава 4. Смех в темноте

Глава 5. Братские могилы

Глава 6. Пси-ловушка

Глава 7. След крови

Глава 8. Волчья яма

Глава 9. Раненый зверь

Глава 10. Клан собирается

Глава 11. Закон Зоны

Глава 12. Эпилог. Свои

Глава 1. Последний патрон

Ферма встретила Маклауда запахом гнилой соломы и тишиной. Слишком тихо для места, где даже мутанты должны шуршать по углам. Он стоял у покосившихся ворот, лысый череп блестел от пота, седая борода свалялась колтуном, а шрам на лице — память о встрече с кровососом лет пять назад — нервно дернулся.

— Красота, — сказал он вслух. — Заброшенная, вонючая, и, судя по всему, здесь кто-то уже помер. Мой любимый тип недвижимости.

Маклауд шагнул внутрь. Сапоги хлюпнули по жидкой грязи. Он прошел мимо ржавого трактора, который стоял здесь, наверное, еще до Второй Мировой, и направился к двухэтажному дому с провалившейся крышей.

Надо было где-то пересидеть ночь. Аномалии после заката просыпаются, мутанты выходят на охоту, а человек должен быть в тепле. Даже если это тепло — гнилое сено и запах мышиного помета.

Он зашел в сарай. Внутри было темно, хоть глаз выколи. Маклауд снял с пояса фонарь, прицепил на грузовик, включил. Свет вырвал из темноты пустые стойла, рассыпанное сено и груду какого-то тряпья в углу.

— Пятизвездочный отель, — прокомментировал он. — Завтрак не включен. И это плюс. Завтраки здесь обычно бегают и кусаются.

Он проверил углы, заглянул за перегородку. Чисто. Только мышиный писк где-то под полом.

Маклауд скинул рюкзак, прислонил винтовку к стене. Автомат положил рядом, на расстоянии вытянутой руки. Нож висел на поясе — всегда. Даже в сортир с ним ходил. Привычка, от которой не хотелось избавляться.

КПК на запястье пискнул. Он глянул на экран.

Заряд:67Заряд:67Здоровье:98Здоровье:98Радиация:0.03мР/чРадиация:0.03мР/чГолод:ЛегкийГолод:Легкий

— Легкий, — усмехнулся Маклауд. — Это ты мне скажи, когда кишки с голодухи петь начнут.

Он достал из рюкзака банку тушенки. Открыл ножом, понюхал. Пахло мясом, жиром и ржавчиной. Нормально. Для Зоны — деликатес.

Ел он молча, быстро, без смакования. Еда — это топливо. Не больше. Хотя иногда, когда попадалась нормальная тушенка, а не та, где одна соя и бумага, он позволял себе удовольствие — жевать медленно, чувствуя вкус.

Сегодня была нормальная.

— За тех, кто в поле, — сказал он, поднимая банку в воздух. — И за тех, кто уже в земле.

Глотнул теплой воды из фляги. Самогон берег для костра и хорошей компании. А хорошая компания в Зоне — это или труп, или враг. Третьего не дано.

Он доел, вытер ложку об штанину, убрал в чехол. Банку не выкинул — в Зоне мусор не оставляют. Во-первых, уважение к тем, кто придет после. Во-вторых, любая железка может пригодиться. Хоть за патрон продать, хоть растяжку сделать.

Маклауд вышел наружу, закинул банку в кусты. Вернулся, сел спиной к стене, положил автомат на колени. Глаза привыкли к темноте, фонарь погасил — свет привлекает внимание. Сидел, слушал.

Зона дышала. Где-то вдалеке ухнула аномалия, похоже на «трамплин» — звук такой, будто гигантский прыгает на батуте. Где-то завыл пес. Не слепой — те воют иначе, тоньше. Этот был здоровый, взрослый.

— Пой, — прошептал Маклауд. — Пой, пока можешь. Завтра, может, уже не до песен будет.

Он закрыл глаза. Не спал — дремал. Чутко, как старый пес, который в любой момент готов вскочить и рвать глотку.

Часа через три случилось то, что должно было случиться.

Сначала звук. Шаги. Много. И не крысиные — тяжелые, грузные.

Маклауд открыл глаза. В темноте сарая ничего не видно, но он знал — они здесь. За стеной. С той стороны, где проваленная крыша.

Рука сама легла на автомат. Второй рукой он нащупал нож на поясе.

— Ну что, гости, — прошептал он. — Заходите, не стесняйтесь. У меня тут как раз вечеринка намечалась.

Шаги приблизились. В проеме двери появилась тень. Огромная, клыкастая. Слепой пес. Вожак.

За ним — еще двое. Трое. Пятеро.

— Семья, — констатировал Маклауд. — С детьми. Прелестно.

Первый прыгнул без предупреждения. Просто метнулся в темноту, целясь в горло.

Маклауд ушел перекатом влево, одновременно вскидывая автомат. Очередь — короткая, экономная. Две пули вошли в тушу, но пес уже летел по инерции. Маклауд отбросил его ногой, вскочил.

Второй и третий налетели одновременно. Автомат залаял снова. Один упал замертво, второй взвизгнул, завалился набок.

— Минус три, — сказал Маклауд в темноту. — Осталось двое. Или вы ко мне, или я к вам.

Они выбрали первое.

Прыжок справа. Маклауд встретил пса ударом ножа в шею. Тот захрипел, дернулся, затих.

Последний замер в проеме. Смотрел. Оценивал. Умный. Очень умный для мутанта.

— Давай, — сказал Маклауд. — Чего стоишь? Я не кусаюсь. Только стреляю и режу. Но это так, мелочи.

Пес зарычал. Прыгнул.

Маклауд ушел в сторону, пропуская тушу мимо. Развернулся, всадил очередь в спину. Пес рухнул мордой в грязь, дернул лапами и затих.

Тишина.

Маклауд стоял, тяжело дыша. Сердце колотилось где-то в горле, но руки не дрожали. Он подошел к каждому телу, пнул, проверил. Мертвы. Все пятеро.

— Гостеприимный я, — сказал он, вытирая нож об шкуру ближайшего пса. — Пришли, поели, умерли. Всем понравилось.

Он присел на корточки, пересчитал патроны. Автомат: осталось три патрона в магазине. Обойма пуста.

— Три, — повторил он вслух. — Три патрона на всю Зону. Шикарно.

Он достал последнюю обойму из разгрузки. Вставил. Передернул затвор. Четыре патрона. Плюс три в магазине — семь.

— Семь, — поправил он себя. — Жить можно. Главное — не воевать. А просто жить.

Он усмехнулся. Усмешка вышла кривой, усталой.

В углу сарая что-то зашуршало. Маклауд мгновенно вскинул автомат.

Из темноты выкатилась крыса. Обычная, серая, с блестящими глазками. Посмотрела на него, пискнула и удрала обратно в нору.

— Шпионка, — констатировал Маклауд. — Сидору доложит. Завтра весь Кордон будет знать, что я здесь и что у меня проблемы с патронами.

Он опустил автомат, прошел к рюкзаку. Достал флягу, сделал глоток. Самогон обжег горло, разлился теплом по груди.

— Ну что, Коля, — сказал он себе. — Дожил. Семерка патронов, куча трупов и ни одной идеи.

Он сел у стены, прислонился спиной. Глаза закрыл, но не спал. Слушал.

Где-то далеко, за фермой, за лесом, за аномалиями, ждала неизвестность. Новый день. Новые проблемы.

— Ладно, — прошептал Маклауд. — Утро вечера мудренее. Или богаче трупами. Как повезет.

Он достал нож, проверил лезвие. Чистое, острое. Хороший нож — как верный друг. Не предаст, не сломается, всегда поможет.

— Старушка, — сказал он ножу. — Ты у меня одна осталась, кто не просит патронов.

Нож молчал. Но Маклауд знал — он ответит, когда придет время.

За окном начало светать. Серый, болезненный рассвет выползал из-за горизонта, окрашивая небо в цвета старого синяка.

Маклауд поднялся, размял затекшие плечи. Подошел к телам, обыскал. Ничего ценного. Шкуры — да, но тащить их через всю Зону затея дурацкая. Мясо? Мутантов едят только совсем отчаянные или совсем голодные. Он не относил себя ни к тем, ни к другим.

— Отдыхайте, ребята, — сказал он псам. — Вы свое отбегали. А мне еще бежать и бежать.

Он собрал рюкзак, проверил крепления. Винтовка за спину, автомат на грудь, нож на пояс. Все как обычно.

Вышел из сарая. Утро встретило его сыростью и запахом гари. Где-то далеко горел лес. Или просто выброс был недавно. Или люди жгли костры.

Маклауд пошел прочь от фермы, не оглядываясь. Впереди был Кордон. Там люди, там Сидорович, там информация.

А без информации в Зоне — труп. Иногда быстрее, иногда медленнее, но труп всегда.

КПК пискнул.

Заряд:58Заряд:58Здоровье:78Здоровье:78Радиация:0.05мР/чРадиация:0.05мР/чГолод:СреднийГолод:Средний

— Средний, — усмехнулся Маклауд. — Ну да, перекусил немного. Пять псов — это не ужин, это разминка.

Он шел по тропе, огибая аномалии, проверяя путь болтами. Зона сегодня была милостива. Не подкидывала сюрпризов. Только ветер свистел в ушах да трава шуршала под ногами.

Часа через три он вышел к блокпосту военных. Те лениво курили у костра, увидев сталкера, встали, вскинули автоматы.

— Стоять! Кто такой?

— Человек, — ответил Маклауд, останавливаясь. — Хочу к Сидору. Дело есть.

— Оружие есть?

— А у тебя что, нет?

— Не борзей, сталкер. Обыск положен.

— Обыскивай, — Маклауд развел руки в стороны. — Только аккуратно. У меня там граната на поясе, чеку не дерни.

Военный хмыкнул, но обыскивать полез. Проверил карманы, пощупал рюкзак, заглянул в подсумки.

— Чисто. Проходи.

— Спасибо, — Маклауд кивнул и пошел дальше.

У бункера Сидоровича уже толпился народ. Два сталкера пили самогон, третий перематывал порванный рукав, четвертый спал, прислонившись к стене.

Маклауд прошел мимо них, толкнул дверь.

Внутри пахло табаком, тушенкой и деньгами. Сидорович сидел за столом, перебирал бумажки. Увидев гостя, отложил дела, улыбнулся.

— Коля! Давно не виделись. Живой, здоровый. Как дела?

— Дела как сажа бела, — Маклауд сел на ящик из-под патронов. — Патроны нужны.

— Кому не нужны? Всем нужны. Сколько?

— Сто штук. Семь шестьдесят два.

— Сто? — Сидорович присвистнул. — Ты воевать собрался?

— Я всегда воюю. Просто иногда перерывы делаю.

Торговец хмыкнул, полез под прилавок.

— Есть у меня. Хорошие, свежие. Но дорого.

— Как всегда.

— Двести за пачку.

— Сидор, ты охренел? На Большой земле — пятьдесят.

— На Большой земле ты сейчас? Нет. Ты здесь. А здесь мои цены. Хочешь — бери, хочешь — иди ищи у других.

Маклауд вздохнул.

— Ладно, жлоб. Давай сто пачек.

— Сто двадцать.

— Сто десять.

— Идет.

Маклауд отсчитал деньги, забрал патроны. Пересчитал, проверил. Нормальные.

— Еще вопрос, Сидор. Что слышно в Зоне?

— А что именно?

— Всё. Кто где, что где, куда не соваться.

Торговец задумался.

— На Свалке бандиты лютуют. На Агропроме ученые копают. В Припяти, говорят, монолитовцы активизировались. А в целом — тихо.

— Тихо, — усмехнулся Маклауд. — В Зоне тихо не бывает. Просто некоторые не слышат.

— Может, и так. А тебе что, скучно?

— Скучно, Сидор. Скучно так, что выть хочется.

— Пойди, повый. Мутантов попугаешь.

— Мутантов не попугаешь. Они сами кого хочешь попугают.

Они помолчали. Сидорович достал два стакана, плеснул самогона.

— Давай, за встречу.

— Давай.

Выпили. Закусили хлебом.

— Коля, — Сидорович понизил голос. — А ты слышал про Змея?

Маклауд замер. Рука с хлебом остановилась на полпути ко рту.

— Змей погиб, Сидор. Давно. Ты сам говорил.

— Говорил, — торговец кивнул. — Но слухи ходят... странные. Будто видели его где-то в глубине. Живого.

— Слухи — они и есть слухи. Пока труп не увижу — не поверю.

— А если увидишь?

— Тогда поверю.

Он доел хлеб, встал.

— Ладно, бывай, Сидор. Спасибо за патроны.

— Коля, погоди. Еще кое-что.

Торговец полез в ящик, достал запечатанный конверт.

— Это тебе. Вчера пришло. Сказали — передать Маклауду лично.

Маклауд взял конверт, повертел в руках. Без обратного адреса. Только его позывной.

— Кто принес?

— Не знаю. Сталкер какой-то. Молодой, незнакомый. Сказал — от старого друга. И ушел.

— Странно.

— В Зоне всё странно. Давай, читай. А я пойду, дела.

Сидорович вышел, оставив Маклауда одного. Тот разорвал конверт, достал сложенный листок.

Буквы были написаны от руки. Крупные, резкие, с наклоном.

«Коля. Если ты это читаешь — значит, я еще жив. Или уже нет. Хрен его знает. В любом случае — привет. Долг помнишь? Приходи, если хочешь. Если нет — не приходи. Я пойму. Координаты: Х-14. Жду. Или не жду. Как карта ляжет. Змей»

Маклауд перечитал три раза. Потом в четвертый. Потом просто смотрел на листок, не видя букв.

Х-14. Это глубоко. Очень глубоко. Там, где аномалии пляшут, а мутанты не воют — молчат. Там, где человек не живет. Только умирает.

— Змей, — прошептал Маклауд. — Сукин ты сын. Живой, значит.

Он спрятал письмо во внутренний карман куртки. Вышел из бункера.

Солнце уже поднялось высоко. Сталкеры разошлись по делам. Только один спал все так же, прислонившись к стене.

Маклауд сел на ящик, достал флягу. Сделал глоток. Посмотрел на небо.

— Ну что, Коля, — сказал он себе. — Опять ты вляпался.

Но в груди, где-то под бронежилетом, зашевелилось что-то теплое. То, что он забыл много лет назад. То, что называлось надеждой.

— Иду, — сказал он в пустоту. — Куда ж я денусь.

И усмехнулся.

Усмешка вышла не кривой, не усталой. Живой.

Глава 2. Весточка с того света

Бункер Сидоровича встретил Маклауда привычной вонью — смесью махорки, солярки и жадности. Здесь пахло не просто торговлей, здесь пахло Зоной во всей её красе. Торговец сидел за столом, перебирал какие-то железяки и даже головы не поднял, когда скрипнула дверь.