Н. П. Акимову (Сталинабад)

(Февраль 1943)

Дорогой Николай Павлович!

Спасибо за вызов. Он дошел даже в 2-х экземплярах. Если бы Вы могли представить себе, какая тут смертельная тоска, Вы поняли бы, как обрадовали нас Ваши телеграммы.

Задерживают отъезд наш две причины:

1. Денег, причитающихся мне за сценарий, я так и не получил. (...)

2. Холодова уехала в Архангельск устраиваться в театр Ленинского Комсомола. Устроившись, вернется за дочерью. Вернуться она думает в конце февраля. Я не надеюсь, что она отпустит Наташу со мной. Если не отпустит, то так тому и быть. Поедем вдвоем с Екатериной Ивановной. Боюсь, что, продолжая оставаться на месте, я приду в состояние бесполезное, отчего всем родным и близким будет худо.

Временами меня одолевает мистический ужас перед Вяткой. Мне начинает казаться, что из этого города выехать невозможно, что я обречен тут торчать до старости и так далее и тому подобное. Но тогда я беру телеграммы с вызовами и утешаюсь. Пишу много. «Принцесса и Свинопас», как это ни странно, будут закончены и привезены к Вам.

Приеду с товаром.

Есть ряд идей, более или менее гениальных, которые мечтаю осуществить совместно. Вы на меня, очевидно, сердитесь, потому что на письмо мое не ответили. Напрасно. Если бы я имел талант подробно описывать свои дела, со всеми сложностями, и то великолепное состояние духа, когда всякое действие кажется невозможным, как подвиг, — вы бы не обижались на меня.

Напишите, как дела, как мне ехать, что Вы советуете взять с собой. Почему Жуковский[183], который обещал подробно написать о своем путешествии к Вам, — не делится со мной и молчит? Это Ваше зловредное влияние?

Боюсь, что, прочитав мое грустное письмо, Вы подумаете с ужасом, что на Вашу голову свалится инвалид с семьей. На самом же деле приедет к Вам человек, полный сил и планов, правда, худой и нервный, но зато легкий и уживчивый.

Я выеду, очевидно, в марте. Напишите. Комнату Вы дадите мне? Ждете Вы меня или не верите, что я стронусь с места. Верьте мне, пожалуйста, я только этой верой и утешаюсь. Даже все трудности посадки на поезд не пугают меня.

Екатерина Ивановна целует Вас и всю семью. Я тоже.

Ваш Евг. Шварц.

Болдрам им. Горького выехал в Ленинград 1-го февраля. Телеграммы о прибытии пока нет.