Было бы интересно узнать, как удалось утрясти работы, связанные с распоряжением наместника, за один день. Но я не знал.

Зато честно накидал рекомендации писцам, как отбивать нападение демонов ночью. А потом ушёл спать.

Разбудил меня посыльный, требовавший принять под своё начало триосмию.

Да, мне выдали триосмию. И даже учли мои пожелания и список наёмников. Так что ополченцев в ней оказалось только десять из двадцати четырёх человек.

Кто-то удивился бы, как можно спать в такое время. Многое решается, важные вопросы на кону. Но я точно знал: решатся они без меня. А в плане того, на какой пост меня назначат… Вот по этомй детали и узнаю, как Гильдия оценила мои старания.

Оценила высоко. Я ведь не особо рассчитывал на свою триосмию. Сверх того, моя триосмия и вправду на три пятых состояла из наёмников.

В общем, хорошо, что поспал. Нельзя воевать без сна и отдыха. Особенно против тех, кто не знает усталости. А повлиять на решения старейшин я всё равно не мог. У каждого в Совете Гильдии были братья, сватья — и прочие мужья подруги внебрачной, но очень любимой дочери.

Многие из них в Гильдии числились номинально. Это в лучшем случае. В худшем — не числились до сегодняшнего дня. Были срочным порядком приняты. И сразу получили высокие посты.

Естественно, каждому из них требовался опытный наставник из старых наёмников.

Почему такого воспитанника не навесили на меня? А кто сказал, что не навесили? Моей триосмии был присвоен девяносто восьмой номер. И Алимех несколько раз повторил, что в девяносто девятой — командир неопытный, молодой, но очень талантливый.

— Видит Отец Песков, Ишер, ты обязан за ним приглядеть! — сказал старик, когда меня, сонного и недовольного, отвели к нему. — Да он и сам к тебе подойдёт!..

— Из твоих кто-то? — уточнил я, не желая заниматься привычным для Вечных Песков словоблудием, смешивая в один чан намёки, полунамёки и подсказки.

— Не выспался, что ли? — сразу уловил моё раздражение Алимех.

— А как тут успеть-то? — соврал я.

Выспался. Просто настроение было так себе. Срывать его на старике не хотелось. Но если бы он не прекратил ходить вокруг да около, я рисковал разозлиться.

— Зовут этого триосма Гвел. Он и впрямь талантливый молодой человек. Не мой он, не мой!.. — заметив мой усталый взгляд, Алимех ответил на незаданный вопрос. — Я точно не знаю, чей… Но, по слухам, тебе его в соседи сунула сама Виссария. Так что… Возможно, он кто-то из её подопечных или родственников.

— Чтоб над вашим поносом посмеялся старик Аправ! — вздохнул я.

Кто-то скажет, что старик Аправ — сказочки для детей. Но я слышал его упоминание в одном красочном сне, в одном ряду с другими богами. И не то, чтобы начал в него верить. Однако поминать иногда стал. Вдруг посочувствует и нашлёт понос на мздоимцев с непотистами.

— Ишер, я бы с радостью избавил тебя от такой обузы! Но, прости, и вправду не могу… — вздохнул Алимех. — Больше тебе скажу. Ни один из моих близких не получил в подчинение даже осмию. Вот такое у меня пока что положение в Гильдии. И видит Отец Песков, Виссария ещё не так много своих людей пропихнула. Этого Гвела и пару вполне толковых племянников. Были бы все такие же скромные, как она, глядишь, и наш Илос был бы другим.

— У неё, насколько я помню, нет семьи. Кого ей во множестве пропихивать? — проворчал я.

Любопытство не было моей сильной чертой. Однако хочешь не хочешь, а слухи иногда сами тебя находят. Виссария долгие годы трудилась на Гильдию. Последние пять лет отработала помощником и охранником одного из бывших старейшин. Именно он пропихнул эту умную женщину сначала в Совет, а потом назначил преемницей.

— Да ладно тебе… Кому и когда это мешало? Нашла бы, кого ещё продвинуть, если б не была такой скромной! К слову, триосмию тебе тоже она выбила, Ишер. Так что будь ей благодарен! — старик погрозил мне узловатым пальцем. — Иди, собирай уже своих… До заката всего гонга четыре осталось… И познакомься с Гвелом. Если парень умрёт в первом же бою, будет нехорошо.

Увы, Алимех был полностью прав. Может, я и не хотел себе подопечных вне триосмии. Но если парня убьют, лучше действительно не станет.

На выходе из Гильдии, заметив мой значок, гильдейский стражник вручил мне кусок кожи. Как я понял, на нём была расписана тактика нашей защиты. Собственно, я и так догадывался, что предложат командиры Гильдии. Других способов держать стену всю ночь не было.

Царский строй. Старая легенда. Мечта времён Первого Царства, когда человечество сумело отстоять у демонов Край Людей. Естественно, за тысячелетия подзабылось многое. Кроме, собственно, основ построения. Однако и этого должно было хватить.

Первый Царь и его воины выходили на бой практически голышом. Не было у них доспехов, не было у этих скитальцев даже ткани, чтоб пошить одежды. Были только щиты да копья. Вот с ними и шли в бой.

И Первый Царь в те дни предложил простое, но надёжное построение. Если, конечно, следить, чтобы с флангов никто не зашёл. И мы, наёмники, имея достаточно сил, нередко использовали его в обороне.

В первом ряду шли воины ближнего боя в броне. Их задачей было принять на себя натиск врага, замедлить его, убить самых прытких противников и связать боем бронированных. В царском строе первый ряд никогда не был сплошным. Во времена Первого Царства вперёд всегда выходили первые регои человечества.

А уже следом строилась пехота с копьями. Первый ряд копейщиков припадал на одно колено, выставляя копья под углом вверх. Второй ряд стоял на ногах и держал копьё на уровне груди. А третий брал копьё верхним хватом, чтобы бить врага сверху. Все, кто за ними — были резервом.

Задача копейщиков — не дать врагу обойти регоев по флангам. А ещё удержать тех, кого пропустили воины ближнего боя и помочь с убийством тех, кого удалось остановить. Ну а в случае необходимости, строй пропускал бойца ближнего боя за линию щитов, а затем смыкался, становясь неодолимой стеной для врагов.

Более подробных описаний царского строя не сохранилось. Да, его в той или иной форме использовали все копейщики Края Людей. Однако никто не мог дотянуться до тех побед, которые одерживали воины Первого Царства. А значит, многое было утеряно. Нынешний строй копейщиков не мог остановить, к примеру, обычного качурга. А воины Первого Царства могли. Без доспехов, с копьём и щитом. Просто вставали плечом к плечу и убивали сильнейших демонов.

Думаю, у них копья были длиннее. И строй плотнее. Кто-то из благородных в Кечуне говорил, что в те времена численность отряда составляла двенадцать человек, а не восемь, как сейчас.

Восьмёрка прочно вошла в обиход людей позже. Уже во времена Второго Царства. Был там один царь, считавший число «восемь» священным. А поскольку его реформы продолжили дети и внуки, человечество приняло такое положение дел.

Против людей не нужны сложности с регоями в первом ряду и поддержкой из копейщиков. Люди воевали против людей, и тяжёлая пехота шла отдельно, а копейщики — отдельно. Вот и появились осмии, триосмии и сотни.

Раньше же использовались полудюжины и дюжины. Было ещё число, называвшееся «рега» — равное «144». И «царская рега», равная «1728». Так же назывались раньше и боевые порядки в войске. Я подозревал, что рега не просто так созвучна регоям. Однако не встречал пока учёного мужа, который бы подтвердил мои догадки.

За тысячелетия многое забылось. Зато сохранилось краткое описание строя. И люди не раз пытались воссоздать непобедимую пехоту Первого Царства. Ничего удивительного, что Гильдия выбрала именно царский строй.

На клочке кожи, который мне отдали, предлагалось следующее. Всем триосмиям — строиться в четыре ряда по шесть бойцов. В первом — опытные наёмники с оружием ближнего боя. Роль копейщиков исполняли ополченцы, среди которых могла затесаться и пара опытных наёмников с копьями.

Всё понятно. Только криво. Я прямо сейчас видел: туго придётся. Слишком мало надежд на ополчение. Не бойцы они, и вряд ли скоро ими станут. Значит, весь бой должен вытягивать на себе первый ряд.

И каждую ночь будут раненые и убитые. Наш строй будет редеть, а чувство плеча слабеть. Как бы под конец второй ночи ополченцы не побежали… Надо было серьёзно думать, как заставить свою триосмию воевать в полную силу. И, самое главное, всё-таки продержаться две ночи.

Я бы ставил не шесть в ряд, а четыре. Чтобы был резерв на случай потерь. Но меня, само собой, не спрашивали. А у Гильдии были свои резоны.

Когда я добрался до плаца в Кирпичном круге, моя триосмия была вооружена и собрана. Мне оставалось только представиться. Собственно, даже роли распределять особо не требовалось. У наёмников есть иерархия, надо её было только узаконить.

— Приветствую всех. Моё имя — Ишер. Я назначен триосмом в наше подразделение, — сообщил я, остановившись рядом с двумя группами людей.

В одной стояли наёмники, в другой — кучковались ополченцы. И только знакомый по прошлой ночи ополченец с кривым копьём метался между, не зная, куда пристроиться.

— Наёмники меня, наверно, знают, — продолжил я, так как реакции не последовало ни от одной из групп. — Это я больше к ополченцам обращаюсь.

Все смотрели на меня и молчали. Одни — от неопытности. Другие — напротив, от слишком большого опыта. Молчать и смотреть в ответ я не собирался. Во-первых, следовало поднять у людей боевой дух. А во-вторых, распределить по осмиям. Мне, к счастью, выпало право самому их назначить. Далеко не всем триосмам так везло.

— Гильдия разрешила мне назначить осмов, — продолжил я, доставая повязки, выданные посыльным. — И сейчас мы это сделаем. Но для начала… Я не хочу видеть перед собой лица людей, которые готовятся к смерти. Я не для того рвал задницу и выступал перед старейшинами, а потом перед наместником и его свитой, чтобы видеть ваши кислые рожи…

— Так это, значит, ты всё провернул, Ишер? — удивился Тавр, здоровяк, бывший у меня в списке первым.

— Я и отряд «Квадрат», — кивнул я. — И хочу сказать вам всем: я не собираюсь вас хоронить. Вы мне нужны живыми. И, желательно, целыми. Всё ясно?

— Ясно! Ладно… Согласны! — нестройным хором отозвались бойцы, ожидая, видимо, продолжения.

И только те, кто знал меня получше, ухмылялись. Понимали, что на сегодня моя речь уже окончена.

— Не заставляйте меня снова сотрясать воздух, — подытожил я. — Я этого не люблю. Так! У нас будет три осмии. И надо сделать четыре ряда бойцов. Поэтому мы назначим четыре отряда. Один будет смешанным. Тавр из Ставракса!

— Да, Ишер? — прогудел в ответ здоровяк.

— В Гильдии ты один из самых опытных в ближнем бою. Первая осмия идёт тебе в подчинение. Выбери себе бойцов ближнего боя! — распорядился я, протягивая ему повязку.

Здоровяк на миг замер, будто не веря. А потом шагнул вперёд и, коротко кивнув, взял отличительный знак.

— Все согласны с назначением? — обведя бойцов взглядом, спросил я.

Ополченцы промолчали, а наёмники согласно загомонили. Были, конечно, те, кто покривились, но их оказалось меньшинство. Тавр имел авторитет и большой опыт. А усомнившимся мог и по роже отвесить.

— Так… И ещё две осмии копейщиков, — проговорил я. — Копейщиков у нас много. Давайте одну осмию поручим Борку. Он опытный командир. Думаю, ему стоит возглавить вторую линию. Согласны?

Я не просто так спрашивал согласия. Обычно в войсках этого не делают. Но и мы не солдаты, а наёмники. К тому же, моё назначение триосмом, уверен, вызвало вопросы. А любая власть должна быть признана подчинёнными. Иначе будет саботаж, подставы и неповиновение.

С Борком я вновь попал в точку. Среди наёмников раздался одобрительный гул.

— Последним осмом будет… — я на мгновение замолчал, а потом вставил комментарий. — Моё решение может показаться странным. Но в третьей осмии у нас будут ополченцы. Большинство без опыта. Их требуется натаскать, чтобы получили опыт и не померли. Одори!

— Да, Ишер?

— Я предлагаю тебе стать третьим осмом. Ты не раз брал на себя новичков и помогал освоиться. Согласен с назначением?

— Я — да, — кивнул Одори, а наёмники хоть и не поддержали одобрительным гулом, но согласно покивали.

— А не лучше ли назначить Аримира? — ожидаемо спросил один из них. — Он старый и опытный копейщик.

— Аримиру я хочу предложить должность моего зама, — объяснил я. — Он не только опытный копейщик, но и бывалый наёмник. Поотвественней нас, молодых, да?

Вообще-то с Аримиром мы были знакомы не так давно. Раньше почти не пересекались. Но со стариком у меня был хороший контакт. Сделать его правой рукой — верное решение. Характер у Аримира был спокойный, без гонора. Интриговать за моей спиной не станет.

— Кроме того, у нас будет три ряда копейщиков. И кто-то должен командовать одним из рядов, который без осма, — напомнил я. — Там будет вторая половина новичков из ополчения. Так что Аримиру придётся совмещать.

В этот раз мои слова вновь вызвали одобрительный гул наёмников. И я с чистой совестью протянул Одори повязку осма, а Аримиру — своего зама.

— А что стрелки? — хмуря изящную бровь, спросила Элия.

— Стрелков у нас четверо. Ты единственная — чистый стрелок. А Кайр, Свон и Дудох совмещают ближний бой и стрельбу. Значит, ты, Элия, будешь помогать мне. Тем более, надо будет с соседями быстро обмениваться весточками. Сможешь перемещаться по тылам между нашими триосмиями?

— Я умею коротким мечом! — с лёгкой обидой напомнила Элия.

— Знаю, но лучше вперёд не лезь. Во всяком случае, пока, — я сдвинул брови. — Лучше уж копьём поможешь, если стрелы закончатся.

— Ладно…

Девушка была явно расстроена. Видимо, рассчитывала на перспективы под началом товарища в моём лице. Но, видно, забыла, что мой заместитель — её учитель и, по совместительству, приёмный отец. А он всегда был резко против того, чтобы Элия рвалась в первые ряды.

Вот и в этот раз Аримир бросил на меня благодарный взгляд. Я едва заметно кивнул.

Оставалось превратить в отряд две разрозненных кучки людей. Я обернулся к Тавру и предложил:

— Давай отбирай свою осмию. Бери лучших, не стесняйся. Вам на первом ряду стоять.

— У меня набирается только семь, — заметил Тавр. — Кайр, Свон, Дудох, я… Мэнго, Исан и Амидул. Больше никто в ближний не годится.

— Возьми ещё одного, кто встанет позади копейщиком, — посоветовал я.

— Ну раз так… Давай зачислим ко мне девчонку! — предложил Тавр, кивнув на расстроенную Элию. — Ну… Или вот этого ополченца, который определиться не может.

Все уставились на паренька, как раз застывшего между двумя группами. А я кивнул ему и наконец-то спросил:

— Тебя как зовут?

Собственно, выбора у меня не было. Элию в первую осмию зачислять не стоило. Как только её поднатаскают со щитом, девчонка вновь запросится в первый ряд. Вот только силы у неё немного, навыков ближнего боя — тоже. Устанет, ошибётся и пропадёт ни за что.

А у этого парня шансов выжить гораздо больше. Вряд ли он станет раньше времени претендовать на первый ряд.

— Меня зовут Тихап, триосм! — ответил ополченец, судорожно сжимая в руке копьецо.

— Пойдёшь к первому ряду в обучение? — спросил я. — Так-то тебе с копьём лучше в третьем ряду стоять. Но если освоишься с ближним боем, потом можем перевести.

— Ну… — парень огляделся, покраснел, а потом решительно закивал: — Да! Да! Пойду!

— Забирай паренька, Тавр! — подтвердил я. — Борк! Тебе теперь выбирать опытных копейщиков.

— Тарс, Игель, Бхан, — перечислил Борк. — И вон те двое ополченцев.

Он указал на двух крепких ребят с копьями, которые выглядели поуверенней. Затем выбрал из оставшихся ещё троих мужчин постарше.

— Возьму этих! Видно, что знают, с какого конца копьё держать! — решил он.

— Не забывай их тоже к Одори гонять, — напомнил я и обратился к третьему осму: — Твои все оставшиеся, включая Элию. Будешь натаскивать новичков, как будет время. А пока…

— Ишер? — рядом остановился незнакомый парень в добротной броне.

— Да, это я, — кивнул ему, уже понимая, кто прибыл по мою душу.

— Меня Гвелом зовут! — сообщил он. — Нашим триосмиям предстоит воевать рядом в строю!

Лицо у Гвела было совершенно некомандирское. Похоже, он вообще не представлял, что ему нужно делать. Ну или представлял, однако с реальностью соотносил плохо. Поэтому, видно, и пришёл ко мне.

— Ты распределил своих людей по осмиям, Гвел? — спросил я.

— Нет… Нет ещё… — слегка смущаясь, ответил тот. — Мне, кажется, нужна помощь…