- Маша! Машенька!

Меня кто-то усиленно тряс меня, придерживая за плечи. Ну конечно, дед опять всполошился.

- Маша, ты опять... - он встревоженно всматривался мне в лицо, обмениваясь взглядами с Маргаритой и не решаясь сказать большего при постороннем человеке.

- Дайте-ка - Данилыч мягко отодвинул в сторону Маргариту, решительно завладел моей тушкой и направился в глубину дома. - Идите за мной - пригласил он бабушку с дедом, впрочем, они и сами не собирались отставать. Мои попытки уверить, что со мной все в порядке, остались без ответа и мне пришлось подчиниться. Идти оказалось не слишком далеко, миновав короткий коридор, мы снова попали в зал уже меньших размеров. Уютное квадратное помещение служило, по всей вероятности, гостиной. Мы расположились на мягких диванах, меня посадили между дедом и Данилычем.

Помолчали... Несколько раз дед порывался задать вопрос, но Маргарита придерживала его, слегка сжимая руку. Данилыч тоже не мог начать разговор. Неужели опять мне брать на себя? Как-то хочется на чьи-то, чуть более широкие плечи переложить эти проблемы. Я слегка развернулась и подняла голову, посмотрев прямо в глаза Данилычу.

- Да-да, Маша, ты права - ответил он на невысказанный вопрос, отчего у меня распахнулись глаза, неужели читает мысли? - Нет, Маша, не читаю я твои мысли. - У меня открылся еще и рот. Данилыч весело рассмеялся, похлопывая себя по коленкам.

- Девочка, да у тебя аршинными буквами все на лице написано! Ну не будем тянуть, надо с чего-то начинать. Разговор предстоит серьезный... Маргарита, Николай, не беспокойтесь, все будет хорошо. Ведь вы и приехали затем, чтобы прояснить многие вопросы? Давайте попытаемся найти на них ответы. Насколько я понимаю, Маша - единственная в семье с необычными способностями? По крайней мере, я не ощущаю в вас отклика. Может у родителей дар?

Дед отрицательно закрутил головой и, не проронив ни слова, снова с напряженным вниманием уставился на сидящего напротив мужчину. Тот задумчиво покрутил в руках неизвестно откуда взявшийся карандаш и спросил:

- Чаю хотите? Все же прогулялись хорошо. Сейчас... - он замер на несколько секунд и снова продолжил. - Чай скоро принесут, а пока я хочу сразу объясниться. Наверняка вы уже почувствовали особые способности девочки. И не боюсь ошибиться, если вы не знаете, что с ними делать. Но то, что вы здесь, говорит о многом. Честно скажу, я многое повидал, но никак не ожидал увидеть на месте Проводника младенца. И, может быть, я нахожусь даже в большем смятении, нежели вы. Тем не менее, выход из сложившейся ситуации надо найти, и я предлагаю искать его вместе. Прошу, не таитесь, многое мне и так видно, но, возможно, ваши сведения помогут и нам, и Маше быстрее и проще получить ответы.

Иван Данилович откинулся на спинку дивана, заложил руки за голову, прикрыл глаза и начал негромким голосом. - Много столетий назад каждый человек знал и чтил свою Землю. Земля была сильна, здорова и благодатна. На Земле существовали люди, оберегающие и хранящие ее, способные видеть и залечивать ее раны. Также существовали, так называемые, проводники, поддерживающие связь между ними и Землей. Эти люди были наделены особыми способностями к слиянию сознания с разумом планеты. И если первые были одними из самых почитаемых людей на Земле, чьи советы и указания выполнялись беспрекословно, то вторые чтились наравне с богами.

Шло время, проплывали столетия, человечество постепенно теряло связь с истоками. Хранители теряли свои способности, Земля истощалась и нуждалась в поддержке, а Проводники перестали слышать ее зов. Кланы хранителей и проводников практически исчезли, растворились в людских потоках. Кое-где, в особых местах, о которых я пока не буду говорить, сохранились наследственные Хранители, передающие знания из поколения в поколение. С Проводниками же все было значительно хуже. Они фактически исчезли. Лишь изредка в сознании планеты мелькала искорка возможного будущего проводника. Но за последние несколько столетий ни один из них не пришел на место силы.

По источникам хранителей, искра у будущих Проводников означала степень наивысшей готовности для установления постоянного контакта с разумом Земли. Разгоралась она обычно в период совершеннолетия в пятнадцать-двадцать лет и период ее силы исчислялся небольшим промежутком времени от нескольких дней до нескольких месяцев, что зависело от потенциала будущего Проводника. Затем она исчезала безвозвратно. Кланы древних Проводников бережно хранили каждую искру и предпринимали меры, чтобы не погубить ее силу. В современном же мире люди мало придают значения внутреннему зову, искры появляются все реже, но и они гаснут, не обретя предназначения.

И вот... Маша. - Хранитель, а это был он, Маша поняла это с первых его слов, перевел взгляд на девочку. - Поверьте, я сам озадачен не меньше вашего.

По окончании рассказа в гостиной бесшумно появилась молодая девушка с подносом, расставила чашки, чай, печенье, затем принесла блюдо с выпечкой и также незаметно удалилась. Чаепитие получилось очень кстати, думаю, мозги кипят сейчас не только у меня, но и у всех остальных, включая Данилыча. Мы молча пили чай, думая каждый о своем.

Думать не очень хотелось, и я опять увлеклась осмотром интерьера. В отличие от первого зала, эта гостиная отличалась мягким рассеянным светом. Окна ее выходили на запад и, поскольку солнце еще едва склонялось к горизонту, то лучи его только-только скользнули через низкий подоконник, не посягая на остальную территорию, и на их фоне комната казалась слегка погруженной в полумрак. Мягкие диваны полукольцом вокруг столика, пара кресел чуть поодаль и большой телевизионный экран на противоположной стене - все располагало к тихому отдыху. И я бессовестным образом заснула, пропустив часть разговора.

Проснулась от тихого говора. Беседовали мужчины, Маргарита, как обычно, молча наблюдала. Речь шла почему-то о строительстве, о земельных участках, о коммуникациях, а в целом, о вещах, совершенно не связанных ни со мной, ни с тем, о чем поведал Данилыч.

Уж не приснилось ли мне все?

Я вопросительно посмотрела на Маргариту, но та лишь пожала плечами, притянув меня к себе и поглаживая по спинке. До чего мудрая у меня бабушка. На самом же деле, никуда не денется, разъяснится все чуть позже, но мне никак неймется.

- Деда, а что я пропустила, пока спала? - с детской бесцеремонностью вклинилась я в разговор.

Они оба повернули ко мне головы, с трудом переключаясь на мой вопрос. Посмотрели друг на друга и засмеялись.

- Да, что-то мы отвлеклись от темы - вновь пересаживаясь ко мне, сказал дед. - Машунь, мы с Риточкой хотим построить дом на Байкале. Будешь с нами жить? А папа с мамой в гости будут приезжать, а может, вообще сюда переберутся. Смотри, какая здесь природа! Сказка! - Он наигранно восторженно повел рукой на окно.

- Николаша, охолонись немного, не пугай ребенка - Маргарита перетянула меня к себе. - Что ты, право, как дите. За пять минут решил переехать. Не гони лошадей, еще столько вопросов.

- Ну пожалуйста, объясните мне, что к чему - заныла я, на самом деле ничего не понимая.

- Ничего страшного, солнышко - бабушка погладила меня по голове, что я уже редко позволяла кому-либо делать, но тут даже не заметила - Иван Данилович объяснил, что тебе нужен контроль за твоими способностями, и готов помочь в этом, поэтому нам нужно долгое время находиться где-то здесь, поблизости от него. Ну а Николаша тут же придумал построить здесь дом.

- Деда, Иван Данилыч, а сколько времени нам нужно здесь пробыть? Неужели так долго, что понадобится строить дом? А как же мама? А братик родится? - вопросы сыпались из меня со скоростью пулемета, не давая возможности ответить ни на один из них. Сообразив, что это у меня нервное, я замолчала, на глаза стали наворачиваться слезы и я отвернула голову, надеясь, что никто не заметил.

- Маша - как можно мягче постарался обратиться Данилыч - на первое время я поеду с вами. Нам нужно многое узнать, о многом переговорить. Решить вопрос с удочерением, иначе тебя не отпустят сюда, определить сферу твоих способностей и много других вопросов. А там уже будем все вместе решать, как лучше сделать. Никто не станет ничего предпринимать без твоего согласия. Я надеюсь, помочь тебе с твоими проблемами. Ты ведь понимаешь, что они будут постоянно возникать, если все пустить на самотек. - Он растерянно опустил взгляд и пожал плечами, как бы извиняясь, что не умеет общаться с малышами.

А мне стало стыдно, даже в три-четыре месяца я не вела себя как капризное дите, а теперь вошла в роль. В бабушки всем сидящим тут гожусь, а они мне прописные истины объясняют и уговаривают. Да это я должна на коленях просить Данилыча помочь мне. Наконец-то встретился человек, который может многое объяснить и растолковать, а я панику навожу. Совсем старая из ума выжила!

Я так себя внутренне раскочегарила, что мое состояние тут же отразилось на лице, что опять ввело в заблуждение окружающих. Сообразив, что сама являюсь причиной их встревоженных лиц, я постаралась реабилитироваться.

- Ну простите, мои хорошие! Деда, бабушка, Иван Данилыч! Простите меня, я не хотела вас расстраивать. Это я не на вас, я на себя злюсь, что панику навела. Я все-все понимаю, всем будет нелегко, но ведь все равно надо найти выход. Я больше не буду - и тут же состроила умильную рожицу. Хорошо быть ребенком, иногда выручает, чем я бессовестным образом и пользовалась - вон все сразу с облегчением рассмеялись.

* * *