Я уже собиралась покинуть раздевалку, когда дверь резко распахнулась – на пороге стояла Рита. Её глаза метнулись от меня к тренеру, оценивая ситуацию.

— Сергей Петрович, простите мою подругу, — сказала она с извиняющейся улыбкой. — Сами же понимаете – первый раз. Просто боится.

Прежде чем я успела что-то сказать или сделать, Рита быстро схватила меня за руку и развернула обратно к тренеру. Её хватка была крепкой – она явно не собиралась позволить мне сбежать.

— Рита, что ты делаешь? — прошептала я, чувствуя, как паника поднимается волной.

— Помогаю тебе, — ответила она тихо, но твёрдо. — Ты же сама сказала, что готова.

В её голосе не было злобы или насмешки – только какая-то странная материнская забота, смешанная с железной решимостью. Словно она действительно считала, что делает для меня что-то хорошее.

Через секунду я стояла уже прямо перед ним.

— Давай, Катя, не трусь, — прошептала Рита мне в ухо и резко толкнула вниз.

Я оказалась на коленях, пол раздевалки холодил через тонкую ткань платья. Перед глазами нависал обнажённый Сергей Петрович, его напряжённый член возвышался в полумраке комнаты.

Рита схватила его член ладонью, а другой рукой придержала мою голову. Я почувствовала, как он коснулся моего лица – тёплый, плотный, с запахом кожи и мускуса. Она провела им по щеке, по губам, оставив влажный след. Я дернулась, но Рита не дала отстраниться.

— Открой рот, — приказала она почти шёпотом, но так, что спорить было невозможно.

И в следующий миг его головка оказалась между моими губами. Я даже осознать не успела, как он заполнил рот своей горячей, пульсирующей плотью.

— Вот так, Катя, — ласково сказала Рита, — ничего страшного в этом нет.

Её ладонь прижала мою голову сильнее, и я была вынуждена принять его глубже. Член скользнул по языку, ударился в нёбо, и я едва не закашлялась. Слюна сразу наполнила рот, и влажные звуки эхом разнеслись по раздевалке.

Я начала осторожно сосать. Размер был непривычен: рот растягивался до предела, челюсть сводило, но в этом ощущении было что-то завораживающее. Я обхватила его рукой у основания, а губами медленно скользила вверх-вниз, чувствуя, как его член напрягается ещё больше.

Вкус был солоноватым, с примесью предэякулята, и неожиданно именно это стало возбуждать меня. Внутри нарастало странное тепло, и я вдруг поймала себя на мысли, что начинаю делать это увереннее: втягивать его глубже, сильнее, языком обводить уздечку и головку.

— Умница, Катя, — прошептала Рита, всё ещё держа меня за затылок. — Вот так… Молодец…

Каждое её слово заставляло меня двигаться увереннее, ритмичнее. Его дыхание становилось тяжелее, пальцы вонзались в мои волосы, и я уже знала – я делаю всё правильно.

В один момент Сергей Петрович взглядом и легким жестом показал Рите, что пора остановиться. Она, словно понимая его без слов, обхватила мои волосы и мягко, но настойчиво оттянула меня от его напряжённого члена, блестящего от моей слюны. Я подняла глаза и заметила, как его грудь тяжело вздымалась – он едва сдерживал себя.

Сергей Петрович откинулся на диван, раздвинув ноги шире, будто приглашая меня. Я безошибочно поняла, чего он ждёт дальше. Рита помогла мне подняться с колен, и сама тут же скользнула вниз, почти между моими ногами. Я вздрогнула, когда её пальцы оказались под моим платьем – они уверенно скользнули по внутренней стороне бедра и одним движением стянули с меня трусики. Она ловко вытянула их и, слегка приподняв мои ноги, бросила на пол.

Я едва успела выдохнуть, как почувствовала её руки уже на спине: цепкие пальцы ловко расстегнули застёжку бюстгальтера. Лямки спали с плеч, и Рита вытянула его наружу, отправив к трусикам. Моя грудь оказалась под платьем свободной, соски напряглись от лёгкого сквозняка.

— Подруга, ты королева, — прошептала Рита мне прямо в ухо, так, что её тёплое дыхание пробежало по коже.

От этой сцены Сергей Петрович напрягся ещё сильнее, его эрекция казалась почти болезненной от возбуждения. Я это прекрасно видела.

Поддерживаемая Ритой, я медленно подошла к дивану и, опершись руками на колени мужчины, забралась к нему. Его член упирался мне в низ живота, пульсируя. Я схватила его рукой, направила к себе и начала осторожно приседать.

— Кать, постой, — Рита резко подняла голову и полезла в сумочку. Она достала пачку презервативов, помахала ими. — Предохраняться не забывай.

— Рит, спасибо, но не надо, — я, тяжело дыша, покачала головой. — Ощущения совсем другие, да и тут такой размер…

Она удивлённо прищурилась, но потом облизнула губы и хрипло засмеялась:

— Подруга, а ты в таком виде мне ещё больше нравишься.

В эту секунду я снова прицелилась кончиком его члена к своему влажному входу и медленно опустилась. Тепло и туго – я почти вскрикнула от того, как он входил внутрь. Каждое его движение к глубине распирало меня изнутри, мышцы влагалища инстинктивно сокращались, обхватывая его.

Я замерла на мгновение, чтобы привыкнуть, а потом начала двигаться – плавно поднималась и опускалась, чувствуя, как головка члена скользит по стенкам влагалища, задевая все чувствительные места. С каждой новой посадкой он входил всё глубже, будто пробивая во мне путь.

Я держалась за его плечи, впивалась пальцами в его шею, иногда хватала его волосы, а он сжимал мои бёдра так, что кожа наверняка покроется синяками. Его хватка была жёсткой, властной.

В какой-то момент он спустил с меня платье, и грудь вырвалась наружу. Соски сразу напряглись, и он, словно дикий зверь, впился в них. Его губы жадно тянули соски, язык скользил вокруг, а пальцы грубо мяли грудь. Я выгибалась, стонала всё громче, чувствуя, как внутри меня нарастает волна.

Каждое его движение сопровождалось влажным чавкающим звуком. В комнате смешивались запахи: лёгкий аромат моего тела, сладковатый дух женской смазки и терпкая мужская сила. Воздух становился густым, тяжёлым.

Я всё глубже и глубже садилась на него, чувствуя, как мои мышцы сжимают его член, как тело жадно принимает каждое его движение.

Я постепенно ускорялась, и в какой-то момент внутри стало так напряжённо, что я с трудом сдерживала стоны. Но мне захотелось попробовать по-другому. Я медленно поднялась, вытянув член из себя – он вышел со скользким влажным звуком, словно мои мышцы не хотели отпускать его. Я повернулась к Сергею Петровичу спиной и снова опустилась, направив головку к входу.

Он тут же обхватил меня за талию и резко подтянул на себя. Я вскрикнула от того, как глубоко и резко он вошёл во влагалище. Его член словно расклинивал меня изнутри, я почувствовала, как малые половые губы плотно обхватили основание, а смазка густо стекала вниз по промежности.

Я начала двигаться – пружинить на его члене, прыгая вверх-вниз. Каждый раз, опускаясь, я ощущала, как он упирается в дно влагалища, заставляя меня выгибать спину. Я держалась руками за его колени, а он, прижимая меня к себе, массировал ладонями живот и грудь, иногда грубо сжимая соски.

От ударов мои ягодицы громко шлёпались о его бёдра, звук заполнял комнату вместе с моими стонами. Он прижимал меня всё сильнее, навязывая свой ритм, и я чувствовала, как с каждым движением мои мышцы сжимаются вокруг его члена, не отпуская его глубоко внутри.

Но вскоре движения стали тяжелее: влагалище налилось кровью, вход будто сузился, и члену стало сложнее скользить. Рита это заметила – её глаза блеснули, и она тихо усмехнулась.

Она опустилась на колени прямо перед нами и, когда я приподнялась, чтобы снова опуститься, она подхватила член рукой и направила к себе. Влажная головка соскользнула внутрь её рта. Я ахнула от этого зрелища.

Она жадно посасывала его у самого основания, облизывая языком там, где мой лобок почти касался его. Я чувствовала её губы и язык совсем рядом с собой, и от этого возбуждение стало почти невыносимым.

Потом, приподняв взгляд на меня, она аккуратно вынула член изо рта, прицелилась и медленно ввела его обратно в моё влагалище. Я застонала – он вошёл особенно туго, а Рита, придерживая, глубже вдавила его внутрь меня.

— Вот так… держи, — прошептала она.

Я снова начала двигаться, теперь ещё более влажная, и чувствовала, как его член легко скользит благодаря её слюне, а мои мышцы сжимают его со всех сторон, не давая уйти наружу.

Сергей Петрович вдруг застонал иначе – низко, с надрывом, его руки ещё сильнее вцепились в мои бёдра, задавая бешеный ритм. Я слышала, как его дыхание сбивается, как всё тело напрягается подо мной.

— Я… скоро кончу… — хрипло выдохнул он, вжимаясь в меня всё глубже.

Эти слова будто обожгли меня изнутри, я почти утонула в нарастающем безумии. Но он повторил ещё раз, сдавленно, почти криком:

— Кончаю… кончаю!

Я вцепилась ногтями ему в колени, выгнулась и, потеряв голову, закричала:

— В меня! В меня, прошу!

Рита резко вскинула голову.

— Кать, в смысле в тебя?! — её голос прозвучал встревоженно.

В ту же секунду она, словно спасая меня от необратимого шага, быстро подхватила член рукой и выдернула его из моего влагалища. Из головки уже вырвалась горячая первая струя, и она ловко направила его себе в рот.

Сергей Петрович громко застонал, выгнулся и залил её горло. Спермы было так много и так густо, что Рита жадно глотала её, иначе бы просто захлебнулась. Его тело дёргалось в судорогах оргазма, и каждое новое сокращение приносило новую волну семени прямо ей на язык.

Он кончал долго, казалось, это никогда не закончится. Рита держала его член обеими руками, глубоко принимая внутрь, а потом, когда поток наконец стих, ещё пару раз облизала и пососала, не оставив ни капли.

Она встала с колен, вытерла уголки губ, посмотрела на меня пристально и чуть усмехнулась:

— Кать, я всё понимаю, аппетит приходит во время еды… Но ты тоже думай о последствиях. А если бы ты залетела? Если бы Вадим понял, что ребёнок не от него?

Слова ударили меня сильнее, чем любое движение Сергея Петровича. Я почувствовала, как холодный страх смешивается с остатками сладкой истомы. До меня дошло, что я только что едва не совершила самую грубую ошибку в своей жизни. Да, измена сама по себе ужасна. Но если бы я ещё и родила от другого мужчины…

Я тяжело вздохнула, слезла с коленей Сергея Петровича и, не зная, что сказать, просто крепко обняла Риту.