На следующий день утром вся семья Муценек собралась на кухне за столом. Конфетная мама испекла на завтрак сырники со сметаной, а также открыла банку помидорного джема.

– Вчера я очень испугалась, – призналась Марута. – Когда собака к нам подбежала, я думала, она нас сейчас укусит.

– Доберман узнал нас по запаху, мы ведь тоже были ночью в музее, – сказал Маркус, откусывая кусочек сырника.

– Собака искала не нас, а настоящих грабителей – тех, которые украли картины, – слизывая сметану с тарелки, пояснила Эмилия.

– Да, но грабители удрали у неё прямо из-под носа, – сказал папа Ивар. – Похоже, теперь полиция не сможет их найти.

– Я знаю, кто украл картины! – загадочно улыбаясь, сказала Конфетная мама.

– Мама, тогда нужно срочно звонить в полицию и всё им рассказать! – сказал Маркус.

– Ну уж нет, – усмехнулась Конфетная мама. – Тогда во всех газетах напишут, что это полицейские поймали грабителей, и вся слава им достанется, а не нам.

– А что ты хочешь сделать? – спросил папа Ивар. – Ты уже решила?

– Мы сами поймаем преступников! – заявила Конфетная мама. – Но для этого мне нужно отыскать в корзине одни волшебные носки. Пойдёмте, вы мне поможете.

Аусма перевернула плетёную корзину вверх тормашками. На пол высыпались сотни носков всех цветов и оттенков. Конфетная мама наморщила лоб, словно что-то вспоминая, а затем села прямо на пол и стала надевать по очереди то один носок, то другой. Собака Селёдка бегала вокруг мамы, виляя хвостом, и требовала, чтобы с ней кто-нибудь поиграл.

– Синий и красный? – сама себя спрашивала мама. – Нет, не то.

– Жёлтый и коричневый? – предложил папа Ивар.

– Нет, тоже не годится, – покачала головой Конфетная мама. – А если серый и фиолетовый?

– Мама, а что мы ищем? – спросил Маркус. – Какое именно волшебство ты хочешь найти?

– Секунду, скоро всё узнаете, – задумчиво произнесла Аусма. – Никак не могу вспомнить, какого же цвета были носки, которые однажды мне попались.

– Мама, а что это за цвет? – вмешалась Марута.

– Это жонкилевый, – ответила Конфетная мама.

– А этот оттенок как называется? – спросила Эмилия.

– Этот называется шарлах. О, давайте надену их вместе, посмотрим, что будет, – сказала Конфетная мама.

Аусма надела носок цвета шарлах и жонкилевый, встала на ноги и посмотрела по сторонам, словно прислушиваясь к своим ощущениям.

– Ага, вот, наконец-то я нашла то, что искала! – обрадовалась Конфетная мама. – Скажите, а кто из вас стащил все конфеты из буфета?

– Это я вчера их съела! Ой, зачем же я призналась? – схватилась за голову Эмилия.

– А кто из вас нарисовал курицу фломастером на обоях в нашей комнате? – продолжила мама.

– Это я сделал, – тут же ответил Маркус. – Ох, почему я это сказал?

– Потому что сейчас на мне носки, которые заставляют всех, кто стоит рядом, говорить правду, – пояснила Конфетная мама. – Я их как-то раз надела, вот и запомнила.

– Как будем действовать дальше? – спросил папа Ивар. – Какой у нас план?

– Делаем музыку погромче и начинаем бой подушками. Тот, кто сможет в меня попасть, получит шоколадку! – воскликнула мама и первой запустила в детей подушкой.

Детей уговаривать дважды не пришлось. Маркус схватил большую подушку и запустил её в Маруту. Та не осталась в долгу и кинула её в брата, но промахнулась и попала папе по голове. Эмилия запустила сразу две подушки – одну в маму, другую в Маркуса.

– Ага, промазала! – кричал Маркус, прыгая по дивану.

– Попал! – кричал папа Ивар.

– Мимо! – радовалась Эмилия.

Битва подушками была в самом разгаре, когда раздался оглушительный крик с верхнего этажа:

– Всё, моё терпение лопнуло, я вызываю полицию!

Это кричала фрау Штрудель. Она была в ярости.

– Алло, полиция, срочно приезжайте к кондитерскому магазину «Трюфелька»! – кричала в трубку фрау Штрудель. – Вы спрашиваете, что случилось? Мои соседи устроили в доме форменный бедлам – пол, потолок и стены скоро рухнут. Стены трясутся, подушки летают, дети кричат, собака лает – вам разве этого мало? Это безобразие, мои фикусы в смертельной опасности!

– Ну как? – спросила Агата Юханссон. – Что сказали в полиции?

– Сейчас будут, – потирала руки фрау Штрудель. – Этих детей давно следует проучить. Они совсем отбились от рук.

Через десять минут перед кондитерской «Трюфелька» остановилась полицейская машина, из которой вылезли капитан Флигель, сержант Штраус и доберман Бублик. Капитан был в ярости, он ужасно не любил, когда его отрывали от дел по пустякам. Он был занят поиском пропавших картин, а тут какая-то ерунда – ссора соседей.

Перед домом уже стояла целая толпа людей: фрау Штрудель, Агата Юханссон, повар Фабрицио, папа Ивар, Конфетная мама, дети и собака Селёдка. А ещё возле кондитерской собрались соседи из всех окрестных домов, потому что на этой тихой улочке скандалы происходили крайне редко.

– Что у вас случилось? – строго спросил капитан Флигель.

– Тут творится форменное безобразие! – сердито топнула ногой фрау Штрудель. – Этих детей нужно срочно арестовать: они своим шумом пугают мои фикусы.

– Каким образом дети могут напугать фикусы? – удивился сержант Штраус. – Что за ерунда!

– Они кричат, дерутся и кидаются подушками, – шипела от ярости фрау Штрудель. – А моим фикусам нужны тишина и покой. Я требую принять меры! Необходимо арестовать и посадить в камеру всю эту семейку!

– Уф! – Капитан Флигель вытер со лба пот.

– Что поделать, дети всегда балуются, – пожала плечами Конфетная мама. – На то они и дети, чтобы шалить и проказничать.

Офицер полиции хотел что-то ответить, но тут доберман Бублик, который был рядом, неожиданно навострил уши, принюхался и сердито зарычал, глядя на фрау Штрудель и её подругу Агату Юханссон.

– Так-так, любопытно, а почему собака рычит, глядя на вас? – спросил удивлённо капитан Флигель.

– Откуда я знаю! – попятилась назад фрау Штрудель. – Я не люблю собак, а они не любят меня. Уберите от меня этого ужасного зверя.

– Р-р-р-р-р-р! – оскалил зубы доберман Бублик.

– Это очень подозрительно, – нахмурил лоб сержант Штраус. – Наша собака так рычит только на тех, кто нарушает закон.

– Я кристально честная дама! – фыркнула фрау Штрудель. – Уберите от меня эту собаку, а иначе я за себя не ручаюсь.

– А может быть, она рычит потому, что это именно вы украли картины из музея? – спросила Конфетная мама, подходя как можно ближе к соседке.

– Я? – попятилась фрау Штрудель.

– Да, вы! – сверкая глазами, произнесла Конфетная мама.

Фрау Штрудель хотела сказать, что она вовсе не виновата и вообще она тут ни при чём, но вдруг неожиданно для самой себя произнесла:

– Да, это мы с Агатой украли картины из музея!

– Вы?! – изумился сержант Штраус.

– Да, это сделали мы, – ответила фрау Штрудель.

– Но зачем? – Капитан Флигель чуть не сел от удивления на тротуар. – Вы же не грабители, а две солидные дамы в почтенном возрасте.

– Мы это сделали ради наших фикусов и кактусов! – гневно ответила Агата Юханссон. – Разве вы не знаете, что растения любят тишину, удобрения, чистую воду и солнечный свет?

– Но этого недостаточно! – быстро добавила фрау Штрудель. – Растения должны слушать классическую музыку и смотреть на картины гениальных художников.

– Зачем? – выпучил от удивления глаза капитан Флигель.

– Профессор Мирослав Комарек пишет, что рядом с картинами великих художников комнатные цветы растут в два раза быстрее, – ответила Агата Юханссон.

– Вот мы и решили украсть из музея две картины, – пояснила фрау Штрудель. – Надели маски, перчатки и ночью проникли в музей.

– Но как вы открыли дверь? – удивился капитан Флигель. – Ведь музей каждый вечер закрывают на огромный висячий замок.

– Мой ключ от чулана как раз подошёл к замку, – нервно пожала плечами фрау Штрудель. – Я взяла из дома целую связку ключей, и один из них подошёл.

– В таком случае вы арестованы! – строго сказал капитан Флигель.

– Мы будем жаловаться бургомистру! – тут же закричала фрау Штрудель. – Вы не имеете права сажать нас в тюрьму. Мы украли картины ни ради наживы, а ради фикусов и кактусов.

– Мы украли картины ради научного эксперимента! – гневно добавила Агата.

– Вы нарушили закон и должны за это ответить. Признавайтесь: где вы прячете картины? – сурово спросил сержант Штраус.

– Картина Ван Гога здесь, на третьем этаже, в квартире фрау Штрудель, а картина Сальвадора Дали у меня дома, в окружении моих кактусов, – понурив голову, ответила Агата Юханссон.

Фрау Штрудель и её подругу увезли в полицию, а картины и в самом деле были там, где указали грабительницы, – среди кактусов и фикусов.

– Интересно, почему они сказали нам правду? – удивлённо спросил капитан Флигель. – Я мог подумать на кого угодно, только не на них. Эти старушки были вне подозрения.

– Нам помогли мои волшебные носки, – пояснила Конфетная мама. – Сегодня все, кто стоит рядом со мной, говорят правду.

– Я не верю в волшебство! – засмеялся сержант Штраус. – Наверное, преступниц просто замучила совесть и потому они во всём сознались.

– Интересно, а чья картина висела в музее на месте картины Ван Гога? – спросил капитан Флигель.

– Моя, – признался папа Ивар. – Я хотел, чтобы люди узнали про меня, – поэтому и оставил картину в музее.

– А вы-то как оказались ночью в музее? – продолжал допрос капитан полиции. – Неужели вы тоже хотели что-то украсть?

– Мы хотели поймать преступников, – ответила Конфетная мама. – Но грабители оказались хитрее нас и украли картины раньше, чем мы очутились в музее.

– Но благодаря вам мы их всё-таки поймали! – улыбнулся капитан Флигель. – Так что к вам у нас нет никаких претензий.

– А что же будет теперь с их фикусами и кактусами? – спросила Марута. – Если их не поливать, они же погибнут.

– Не волнуйтесь, мы все эти растения отвезём сегодня в ботанический сад, пусть за ними там ухаживают ботаники, – успокоил детей сержант Штраус.

– Дело раскрыто! – радовался капитан Флигель. – Я прямо сейчас верну картины в музей. Спасибо, дорогая фрау Муценек, вы настоящий сыщик!

– Благодарю, – улыбнулась Конфетная мама. – А теперь прошу всех к нам – Фабрицио приготовил угощение: пирог с огурцами и помидорами, джем из арбузных и апельсиновых корок и йогуртовый торт.

– С удовольствием! – обрадовался капитан Флигель. – Я, честно говоря, очень люблю всякие десерты и сладости.

– Я тоже! – признался сержант Штраус. – Особенно лимонный пирог!

Конфетная мама широко распахнула двери кондитерской и угощала в этот день всех желающих совершенно бесплатно. А разве можно отказаться от такого сказочного угощения?

– А я, пожалуй, пойду напишу новую картину! – тихо произнёс папа Ивар, почесал кисточкой за ухом и отправился в мастерскую рисовать очередной шедевр.

Дело в том, что у папы Ивара был один секрет, о котором никто не знал, – он совсем не любил сладости. Но зато он очень любил свою жену Аусму и поэтому всегда хвалил её десерты. А Конфетная мама ничего не понимала в современной живописи, однако всегда восхищалась картинами мужа. А ведь это и есть настоящая любовь. Правда?

Конец