Марк

– Ну, ты чего? Какая ты ему дочка? – приторно ласковым голосом интересуется Лиза у Светы.

– Холошая и любимая, – скромно потупив глазки, малышка крепче прижимается ко мне.

– Что за вздор?! Ты не можешь быть его дочкой! – утверждает мэр.

– Я буду очень послушной, – уже заглядывая мне, в глаза упрашивает Света. – Буду убилать иглушки, помогать.

На короткий миг задумавшись, подкидывает еще варианты своей полезности:

– Мама научила плотилать пыль птляпочкой, колготки стилать и носки. Еще могу молковку телеть на телке. О! Я тебе плямо сейчас натлу молковку. Будет вкусно. Сахалом посыплю. Дай телку!

Меня коробит, что малышка рекламирует себя, словно какой-то товар. Причем, с воодушевлением и детской наивностью. Явно очень хочет, чтобы у нее был папа. Она в нем нуждается.

Негативных эмоций не проявляю. Нужно не обидеть девочку, все же ее желания искренние.

– Какие интересные у тебя навыки, – хмыкаю я. – Вокруг меня полно телок крутится, а морковку тертую с сахаром давно не ел. Последний раз мне ее мама в детстве готовила.

Света с удивлением оглядывается, пытаясь осмотреться и найти, где же вокруг меня полно терок. Еще и, чтобы те крутились.

– Вообще-то, – напоминает о себе Лиза воркующим голосом, – я тебе и так приготовила на вечер кое-что сладенькое.

Она эротично выгибается и чуть приоткрывает полы плаща, засвечивая часть стройной ножки в чулках и самый край ажурных трусиков.

Хорошо, что догадывается полностью не оголиться при ребенке, а малышка на мэра не смотрит. Света упрямо, но со скромностью проговаривает:

– А молковка все лавно вкуснее.

Меня от этого всего диалога отчего-то пробирает на сильный смех. Давно так не смеялся. Девочка, глядя на меня, тоже начинает сначала просто глупо улыбаться, а потом и хохотать. Видно, что сама не знает отчего, но ей тоже смешно.

И Тася, что «терлась» недалеко от нас, под видом уборки, и ждала от меня указаний, не сдерживает улыбку.

Не смешно только Лизе.

Она мигом становится красной. Лицо обиженное, оскорбленное, возмущенное.

– Я, вообще-то, готовилась к сегодняшнему вечеру! – гневно вскрикивает женщина.

Тяжело дыша через расширенные ноздри, резкими движениями огибает меня. Громко цокая каблуками направляется на выход из дома.

– Ты меня очень сильно расстроил, Громов! Жду извинений! – выкрикнув последнее, хлопает за собой дверью.

– А чего тетя лазозлилась? – недоумевает Света. – Я и ее бы молковкой угостила.

– У тети плохой день, – вздыхаю я. – Еще вниманием обделили. И выбрали не ее блюдо. А это страшный для женщины удар.

Треплю малышку по голове.

– Ну, раз Лиза ушла, нам больше морковки достанется, – хмыкаю. – Пойдем, покажешь, как умеешь готовить ее.

Что и где находится у меня на кухне понятия не имею. Для этого у меня есть Тася. Ее и назначаю помощницей Светы. После чего наблюдаю процесс работы шеф-повара и его су-шефа.

Малышка, пусть и не быстро, но старательно натирает морковку. Тася помогает поддерживать глубокое блюдо, чтоб не уехало, и придерживает терку.

– Ммм… Как вку-у-усно! – выдаю вердикт, когда пробую готовое блюдо. – У тебя хорошо получилось.

Света в этот момент старательно вытирает со стола кусочки моркови и крупицы сахара тряпочкой. Ее никто не просил, сама взялась. Отговаривать не стали. Интересно же посмотреть за ее действиями.

Лицо девочки, услышавшей мою похвалу, озаряется улыбкой. Малышка откладывает тряпочку и проводит тыльной стороной ладони себя по лбу, как бы вытирая пот.

– Фух, – выдыхает она.

Закидывает непослушную прядь волос за ухо. И тут же с воодушевлением предлагает:

– Я могу тебе много-много так готовить. Каждый день. Хоть тысю лаз. Хоть даже пицот.

А через секунду добавляет:

– А мама еще вкуснее готовит. Она очень много всего умеет. Она очень холошая. Очень-очень…

Блин, напомнила о Лене.

Старался, ведь, не думать о ней.

Для девочки мама, может и хорошая, но вот для меня… После того, что сделала…

Еще я кое-что понять не могу. Ладно, тогда она была со мной ради денег и изменяла. Таким никого не удивишь.

Остается вопрос, если Света действительно от меня, то почему Лена скрывала все это время? Могла же прийти с ребенком на руках и сказать, вот, твой, теперь обеспечивай. Считай, счастливый билет. Но, нет же, скрывала.

Боялась, что вообще отберу малышку и не дам видеться?

Похоже на правду. Тем более, Лена так и заявила – дочку не отдам.

Все равно не вяжется. У девушки нет ни богатого мужа, ни ухажера. Например, из-за того, что с «прицепом». Но, как правило, такие девушки, что ложатся под мужика ради денег, охотно идут на «сделку», подсовывая ребенка. А Лена нет.

Ладно. Чего голову ломать? Завтра сделаю тест на отцовство. И снова поговорить с Леной никто не запретит. Только нужно будет придерживать свои эмоции и не давить на девушку, чтобы ей снова хуже не стало. Не давить, пока не поправится.