Здравый смысл – это собрание предрассудков, приобретенных к восемнадцати годам.

Я играла в настольную игру Clue[144] с дочерью и ее подругами. Мы раздавали детективные тетради и помещали веревку, свинцовую трубку и другое оружие в комнаты миниатюрного особняка.

Я спросила у Кайли, которая играла за профессора Плам:

– Почему бы тебе не пойти первой?

Девушки посмотрели на меня так, словно я попросила их принять душ в раздевалке для мальчиков.

– Мама!

– Что? Что я сказала?

– Все знают, что мисс Скарлет всегда ходит первой.

Кроме того, они объяснили, что для того, чтобы выдвинуть обвинение, персонаж должен находиться в комнате, где произошло убийство, а если вы хотите совершить тайный ход, вы можете сделать это только между комнатой и кухней или библиотекой и консерваторией.

– Кто это придумал? – спросила я.

– Таковы правила. Тут так написано.

Одна из них сунула мне под нос листик с аккуратно напечатанными правилами.

Эти «выгравированные в камне правила» напоминают мне о том, как мы «играем в жизнь». Кто-то решил, что именно так «работает» мир, и поскольку мы все согласились увидеть это таким образом, то сделали этот свод примитивных правил реальностью.

Оказывается, нас всех, мягко говоря, обманули.

Почти все концепции и суждения, которые мы принимаем как должное, являются грубыми искажениями настоящей картины мира.

Все, что мы считаем «реальным», является просто отражением правил игры в Clue, которые все договорились соблюдать. Тот мир, что мы, как нам кажется, видим, – просто проекция наших собственных «правил игры».

Так, может быть, пришло время взять эти «правила», разрезать их и использовать в качестве конфетти? Пока мы этого не сделаем, пока наконец не поймем, что «всецело любимы, привлекательны и способны любить», мы будем продолжать чувствовать себя опустошенными, ставить под сомнение нашу цель и удивляться, почему мы «здесь».

Вот почему мы должны попросить совершенно новый объектив, чтобы смотреть на мир.