Арабелла Ридели сидела в любимом кресле у окна. В руках она держала платье – самое чудесное из всех, что видела в своей жизни.

Великолепное творение дизайнера Ларье. Она грезила о нем столько лет и, конечно же, заказала специально для Вальпургиева бала.

Нежное белое кружево, перья на рукавах, легкая, почти невесомая светло-голубая ткань.

Платье было великолепным.

В нем она будет прекрасной птицей, чудесным цветком, главным украшением бала.

О, она так мечтала об этом еще несколько дней назад.

Но все резко изменилось.

Теперь она – птица в клетке под названием «Нортенвиль».

Прозрачная слеза упала на светлый корсаж платья, затем вторая.

Арабелла чувствовала своего врага, знала: он где-то рядом, и он силен. Очень.

Нити показали бесконечную чернильную тьму из силы и ненависти.

Только где он прячется? Враг отлично использовал магию высших, нити не показали, где скрывается этот бессмертный.

– Проклятье, – выдохнула Арабелла. Сейчас в первый раз в жизни она вспоминала приют, откуда ее забрал Николас. Николас, который не желает помогать своей воспитаннице.

Неприятная мысль появилась где-то в глубине сознания: «Может, не стоило уходить из приюта к этому странному человеку в сером? Может, я совершила ошибку?»

Поздно… Слишком поздно. Белла кожей чувствовала ловушку, но не могла ничего сделать.

– Кар-р-р-р-р. – В открытое окно залетела черная птица.

– Привет, ворон, решил навестить? – усмехнулась Белла.

– Да, сейчас все готовятся к балу, а я ненавижу суету, вы же знаете, госпожа, – хрипло ответил ворон.

– Николас давал тебе какие-нибудь указания? Ты же его слуга.

Ворон продолжал смотреть на нее немигающими глазами-бусинами.

– Нет. Все как обычно. Я работаю в академии и слежу за порядком, – он тяжело вздохнул и в следующий миг превратился в коренастого мужчину с копной черных волос до плеч.

Мистер Кравцов всегда немного пугал Беллу своей неопрятностью и внезапными превращениями в птицу. «Странный русский», – так про себя называла его высшая.

– Мне страшно, Виктор, – прошептала она, – я боюсь встретить того, кто убивал школьников.

Арабелла отвела взгляд в сторону: ей было не только страшно, но еще и стыдно.

– Знаю, – Виктор положил руку ей на плечо, – помню вас еще совсем малышкой с испуганными глазами. Для меня вы совсем не изменились.

– Не продолжай, а то я расплачусь, – пробормотала Белла. – Виктор, если я умру, ты будешь сожалеть?

Он удивленно моргнул, а затем начал быстро говорить:

– Ну что вы, что вы. Вы совсем юная, все будет хорошо, мы поймаем убийцу, а леди Арабелла станет еще более великолепной в глазах других кланов.

– Хотелось бы верить, – прошептала она. – Спасибо, Виктор.

А затем бесцеремонно бросила прекрасное платье на кровать. К черту! Все равно Майкл больше не будет на нее смотреть, в платье или без. Платье – лишь тряпка, как и все ее дорогие безделушки.