Проснулась я от заливистого пения птиц, помятая и усталая. Весна пришла быстро и неумолимо. Всего за один день растаял снег. Теперь поют птицы.

В этот раз во сне я тоже спала или была без сознания, не помню. Помню цокот копыт и порывы холодного ветра. Жутко. Я поежилась и взглянула на Эвелин, которая сопела, завернувшись в одеяло.

На часах было семь тридцать.

– Эвелин. – Я подошла к спящей соседке и слегка оттянула край одеяла. – Вставай, скоро уроки.

Лицо соседки было непривычно бледным, она снова натянула одеяло на голову и хрипло пробормотала:

– Уйди… Я посплю еще, прогуляю урок, нездоровится.

– Может, позвать врача?

– Не надо! – Эвелин ответила даже громче, чем следует. – Мне уже лучше, надо только поспать немного.

Больше я не услышала от нее ни слова. Этим утром было непривычно тихо. Даже сидящий в кольце Аим Лерай не подавал голоса.

Я надела школьную форму и вышла в гостиную. Там на стенде с расписанием висело объявление:

«На уроке физкультуры планируется прогулка на каноэ. Просьба надеть теплые вещи и дождевики. Мистер Кравцов выдаст ученикам спасательные жилеты».

Школьницы, стоящие рядом, тыкали в стенд пальцами и обсуждали объявление:

– Но сегодня холодно! У меня и так зуб на зуб не попадает, – говорила одна.

– Да ладно, прогулка на каноэ – это так мило, – спорила с ней другая.

Мне абсолютно не хотелось плыть по реке с ледяной водой в окружении тумана, который наверняка окутал окрестности Нортенвиля.

В столовой вся школа обсуждала предстоящую поездку, а на уроке биологии миссис Уинстон с трудом удалось угомонить одноклассников, которым никак не хотелось слушать о строении глаза.

Даже мистер Берри укоризненно качал головой при виде этой возбужденной толпы.

Стив говорил, что сядет в каноэ с Лизой, которая в последнее время не делала резких попыток уклониться от его знаков внимания.

Среди всех этих радостных школьников выделялся только один. Майкл Корнер. Он мрачно глядел на макет глаза, даже не пытаясь улыбнуться. Выглядел он уставшим, словно не спал всю ночь. Интересно, чем Корнер был так занят?

Словно почувствовав мой взгляд, Майкл резко обернулся. Я быстро сделала вид, что смотрю на мохнатые уши сидящего на окне мистера Берри. Сердце невольно пропустило пару ударов. Бедное мое сердце, сколько всего ему пришлось пережить за последние два дня!

* * *

На улице было ветрено и весьма холодно. Я надела теплые брюки и куртку, затем, немного подумав, положила в карман пачку орехов, купленных в столовой, взглянула на зеркало и помахала рукой своему отражению.

Надеюсь, все пройдет гладко, и мы хотя бы не попадем под дождь.

Эвелин, судя по всему, спала. Она мирно сопела, зарывшись под одеяло. Наверное, не стоит ее тревожить.

– Чувствую этот запах, – проворчал Аим Лерай. – Похоже, на одну ведьму стало больше, берегись, смертная!

Я резко остановилась, пытаясь побороть желание устроить джинну очередной допрос. Что за манера говорить загадками!

И все же стрелка часов почти доползла до двух. Надо торопиться, мне не хотелось попасть в черный список мистера Кравцова. С этими мыслями я быстро спустилась по лестнице, вышла из замка и направилась к берегу нортенвильского озера.

Прохладный ветер дул в лицо, у берега столпились ученики, они с блеском в глазах разглядывали деревянные лодки.

– Эй, школьники! В очередь за спасательными жилетами! – громкий голос мистера Кравцова заставил меня вздрогнуть.

Где-то вдали кричала чайка. Шум прибоя и запах свежести внушал какое-то странное чувство опасности. Я с детства не любила холодную воду, Эрни постоянно смеялся над моими безуспешными попытками научиться плавать.

– Очнись, Райн! – учитель злобно сверкнул глазами и сунул мне в руки оранжевый жилет.

По крайней мере, с ним я не утону. Наверное…

– А теперь разбейтесь на пары! Живо!

Мистер Кравцов наблюдал, как школьники берут деревянные весла и садятся в неустойчивые лодки, которые раскачивались на волнах.

Мне в пару досталась угрюмая девчонка с пепельно-серым хвостом на макушке, та самая, которая застала нас с Майклом на балконе.

Она смерила меня презрительным взглядом и, поджав губы, молча села в каноэ.

Весло показалось мне непривычно тяжелым, а в сочетании с громоздким спасательным жилетом и завываниями промозглого ветра прогулка не предвещала ничего хорошего.

Учитель занял свое каноэ и подул в свисток:

– А теперь плывем вперед и синхронно гребем веслами!

Мы с моей соседкой, имя которой я забыла, переглянулись и начали грести.

Получалось у нас не очень, каноэ то и дело поднималось на волнах, заставляя мое сердце учащенно биться.

И с чего вдруг мистер Кравцов решил устроить прогулку по воде в такую погоду?

Я нашла взглядом учителя. Тот поравнялся с лодкой Арабеллы и Майкла и о чем-то тихо говорил дочке ректора. Та заливисто смеялась, положив ногу на ногу. Казалось, прогулка ей нравится, несмотря на промозглую погоду.

Оно и неудивительно: пока Арабелла царственно сидела на своей половине лодки, Майкл греб за двоих.

Увидев это, я невольно улыбнулась. Могу представить, как он сердито ворчит.

В это время небо затянуло тучами. Кажется, надвигался дождь. Волны стали больше, нам с трудом удавалось грести. Наконец я почувствовала первые капли. Они брызгами падали мне на куртку, а холодная вода то и дело забиралась в каноэ.

То еще удовольствие. Похоже, дождь усиливался.

– Разворачиваемся и плывем к берегу. Быстро! – Громкий голос мистера Кравцова звучал взволнованно.

Мы с соседкой переглянулись и начали грести усердней вдвойне. Каноэ, танцуя на волнах, со скрипом развернулось, и я увидела серую полоску берега. Надо постараться доплыть без приключений.

Наверное, из-за этих мыслей я не увидела, как лодка Арабеллы и Майкла поравнялась с нашей.

– Мари! – Шум волн перекрывал мелодичный голос Арабеллы. – Как настроение?

Точно, эту девчонку зовут Мари!

Моя соседка, увидев Арабеллу, отпустила весло и расцвела в улыбке:

– Нормально, Белла. А ты как?

– Великолепно! – Ридели рассмеялась. – Я просто обожаю шторм!

И тут она поднялась с деревянной скамейки и раскинула руки вперед:

– Правда, здорово?

Ее длинные светлые волосы развевались на ветру. В этот миг Арабелла была похожа на дикую русалку, я невольно залюбовалась статной фигурой школьной королевы.

– Хочешь сесть со мной рядом, Мари? – Арабелла внезапно подмигнула соседке, и та радостно закивала. Видимо, Мари редко перепадало внимание местной знаменитости.

– Эй, это опасно! Тем более нам надо грести к берегу. – Мои слова, похоже, остались незамеченными.

Мари отбросила весло и, поднявшись на ноги, протянула руку Арабелле. Та со смехом схватила ее, и через несколько секунд Мари оказалась в другой лодке.

Я поймала недовольный взгляд Майкла. В груди возникло нехорошее предчувствие. Неужели мне придется грести к берегу одной?

– Так нечестно! – крикнула я.

В этот миг большая волна откинула мою лодку назад. Арабелла продолжала стоять в центре своего каноэ, держа за руку Мари. Она пристально на меня глядела, склонив голову набок.

От этого взгляда по коже прошел мороз.

Вспомнились слова Аим Лерая:

– Ведьму звали Арабелла.

Словно прочитав мои мысли, она улыбнулась, в глазах появился лихорадочный блеск, они словно начали сиять в темноте бушующих волн.

Арабелла махнула рукой в мою сторону и что-то тихо сказала. Я смогла прочитать ее слова по губам:

– Cadere [7].

Я услышала шум воды совсем рядом, обернулась и увидела большую волну, нависающую над моим несчастным каноэ. Дальше были плеск, брызги, странный треск дерева и холод озерной глади.

Каноэ с противным скрипящим звуком перевернулось, и меня поглотила темная пучина.

Где-то далеко засвистел мистер Кравцов. Кто-то закричал, но мне было уже все равно.

Вода попадала в нос, тянула ко дну, обжигающая и холодная.

Я начала беспомощно барахтаться, вспоминая, как Эрни в детстве учил меня плавать.

Хорошо, что на мне жилет, он не давал утонуть. Ноги свело от холода.

Волнами меня относило куда-то вдаль. Неужели это конец? Как же холодно!

Я расслабила руки, не в силах двигаться дальше. Закашлялась и вспомнила, как мы с братом играли в нашем саду под яблоней. Он считал до десяти, а я пыталась спрятаться.

Голос Эрни становился все ближе:

– Шевелись, малявка Нина, я уже иду искать!

– Шевелись! – Другой голос прозвучал над моим ухом. Я вздрогнула, чуть не захлебнувшись снова.

Рядом со мной была голова Майкла Корнера.

– Хватайся за мой жилет, быстро!

Озябшими руками я обхватила его спину и попыталась шевельнуть ногой. Это удалось с трудом. Меня трясло от холода, зубы стучали. В лицо плескала вода, периодически попадая в рот, и все-таки мы плыли. Точнее, он плыл, а я мертвым грузом вцепилась в его спину, вяло бултыхая ногами.

– Старайся дышать носом и не вздумай отключиться. Поняла?

Голос Майкла доносился как будто издалека:

– Скажи «да» или «нет»!

– Д-д-да, – с трудом ответила я. Казалось, одно слово выдавило весь воздух из легких.

Волны тащили нас куда-то в сторону. Везде была вода, она накрывала сверху, забивалась в рот, темная пучина словно пыталась нас поглотить.

Наверное, мы так и погибнем здесь, в этой холодной толще. И все же вдвоем умирать не так страшно.

Сквозь шум волн до меня донесся голос Майкла:

– Все не так плохо!

Я изумленно распахнула глаза и увидела берег совсем близко. Только за серым пляжем не было остроконечных башен Нортенвиля. Похоже, мы приплыли на другой берег озера.

Холодной воде не удалось нас одолеть. Осознав это, я облегченно вздохнула и почти успокоилась, почувствовав ногами камни на дне.

Когда мы вышли на берег, я рухнула на землю, не в силах пошевелиться. Слишком устала.

– Надо согреться, – голос Майкла снова вернул меня в реальность. Я кивнула и попыталась встать, снова уцепившись за его плечо.

Ни за что бы не позволила таких вольностей на том берегу, а на этом уже все можно. Плевать, главное – выжить!