Таллид

– Считаю, нужно обсудить произошедшее между нами в ванной, – серьезно сказал Максимус, зайдя ко мне в комнату.

На нем был лишь базовый костюм, который на Веруме использовали вместо халата, а с длинных, плохо высушенных волос изредка падали завораживающие взгляд капли.

– Не пойми меня неправильно. Я не пытался соблазнить тебя или сделать что-то, что ты мне можешь предъявить, – не глядя на меня, тараторил он.

– Все в порядке, – прервала я, укутавшись в одеяло. – Не думай, что, если у меня никогда не было мужчины, я растаю от любого приятного слова, – сказала я, намеренно указав на свою невинность.

Максимус застыл, как я и предсказывала, уставившись на меня.

Думаю, сам факт его, главного развратника проекта, общения со мной, одной из самых неопытных участниц, заиграет для него новыми красками. Наше сочетание было бы экспрессивным и нетипичным. Я улыбнулась, гадая, каково его отношение к невинным девушкам… Он мог восхищаться моей сдержанностью или же, наоборот, насмехаться над явной неопытностью.

– Ты не шутишь? – уточнил Максимус, присев на диван напротив меня.

– О чем? – глупо переспросила я, намереваясь услышать его вопрос целиком.

Он разлегся во весь рост на диване, подперев голову рукой. Распахнувшийся верх его костюма выставил напоказ рельефную грудь и горделивые ключицы. Не подавая вида, я смущалась, но ласкала его взглядом, не в силах уделить внимание чему-то одному… Что бы я ни говорила вслух, конечно, его признание кардинально изменило мои догадки об истинной причине его ежедневных визитов.

– Для кого ты хранишь свою верность? – Голос Максимуса звучал тепло и без осуждения.

Я присела поверх одеял, чтобы лучше видеть его.

– Для особенного человека, – прибегая к полуправде, ответила я.

Разглядывая мужчину перед собой, я шла на риск, позволяя себе странную откровенность. Он привлекал меня, но я не могла заявить об этом вслух. Максимус был тем, кто поначалу невероятно смущал и отталкивал меня своим поведением, но, узнав его получше, я увидела в нем мужчину, которого мне хотелось бы покорить. Его взгляд блистал при общении с другими участницами, он был всегда таким открытым и несерьезным на публике. Но при личной встрече, один на один, я видела его другим. День ото дня я замечала красоту его спокойного голоса, когда он не пытался строить из себя ловеласа, и силу характера, стоило ему погрузиться в рассказы о прошлом. Со мной он мог позволить себе быть таким, какой он есть на самом деле: задумчивым, простым, искренним и добрым.

Кажется, он стал моей головоломкой. Никогда прежде не увлекалась подобным, но теперь поиски ключа к его сердцу стали моим наваждением, в котором было стыдно признаться даже самой себе.

Заполучив его любовь, могла бы я раствориться в его ласке и внимании?

Разузнав, как он на самом деле относился к своим партнершам, я, признаться честно, была впечатлена. Подмечая его внимательность и искреннюю заинтересованность при обсуждении со мной девушек с Земли, я могла лишь гордиться им. Узнав серьезность его намерений найти настоящую любовь, пусть и на таком нелепом проекте, я убедилась в его решительности.

Он был готов работать над собой, работать над отношениями, чтобы своими силами подарить другому истинную любовь.

– И кто он? Кто-то с Земли? – надув губы, предположил Максимус.

– Необязательно, – тихо ответила я.

Он заправил волосы за ухо.

– И кого ты хочешь, Таллид?

– Достойного мужчину, – уколов его в больное место, ответила я. – Боюсь ошибиться.

– Ошибиться?

Я решила быть честной:

– Как понять свои чувства? Я ведь не знаю, что должна испытывать рядом с тем, кто нравится. Что, если я приму симпатию за любовь или любовь за похоть? – Я развела руками. – Как понять, что рядом со мной тот самый особенный человек?

За плечами у меня всего пара поцелуев и нелепых ухаживаний. Упустив возможность построить какие-никакие отношения во время учебы, я лишилась времени и возможности для романтики, устроившись на работу в социальный сектор.

– В этом тебе поможет опыт. Когда тебе будет с кем сравнить, ты сможешь смело отличить особенные чувства от посредственных, – поучительно объяснил Максимус.

– Но даже поцелуи… Это ведь все так интимно.

Прикрыв глаза рукой, он раскатисто рассмеялся.

– Разве? – не унимаясь, спросил он. – Ты такая очаровательная, – добавил Максимус, смутив меня.

– Видишь… – с обидой в голосе начала я. – Каждый, кто услышит о моих переживаниях, непременно их обсмеет. – Я прикусила нижнюю губу. – Пусть ты и сделал мне пару комплиментов… мне ведь не удастся завоевать сердце одного из холостяков, верно? – опустив взгляд, спросила я.

Я обобщала, но все мои мысли сходились на одном конкретном холостяке, во внимании которого я теперь нуждалась. Может, мне показалось, что он заинтересован во мне? Что, если под властью собственного влечения я восприняла все неверно? Разглядела симпатию в словах, которые для Максимуса совсем ничего не значили…

– Ты слишком много думаешь, – подметил он, приподнимаясь с дивана. – Я мог бы сказать, что хочу заставить тебя дрожать подо мной, но не стану. Мог бы сказать, что уже сотню раз представлял, как наматываю твои волосы на кулак, но не стану, – перечислял он, вернувшись к своей привычно развратной манере поведения. – Таллид, я мог бы сказать, что совратить тебя будет честью для меня.

– Максимус, что ты… – Я осеклась, когда он поднял меня на ноги, встав перед кроватью.

Ноги утопали в мягкой постели, пока я хваталась за Максимуса, чтобы удержать равновесие. Его рука собственнически обвила мою талию, тогда как наши взгляды поравнялись благодаря высоте кровати, на которой я теперь стояла.

– Я не заслуживаю тебя, – прошептал он мне прямо в губы, из-за чего мои колени подогнулись. – Но я хочу тебя, – добавил он, прежде чем нашим губам суждено было соприкоснуться.

Задохнувшись, я трепетала в его объятиях. Он был так нежен со мной, будто слова о моей уникальности имели для него реальный вес. Я чувствовала его запах, не забывая делать вдохи во время нашего бережного поцелуя. Он был моим в этот миг, несмотря на любые обстоятельства. Пробуя его на вкус, я ощущала, как по мне блуждали его настырные руки, приводившие мое тело в восторг.

Поддавшись исключительности момента, я таяла в его сильной хватке, предаваясь мечтам о большем. Несмотря на мою невинность, я хотела его… именно его…

– Максимус, – прошептала я, подняв на него взгляд. – Что ты делаешь?

Его губы блестели, а глаза пылали. Мне захотелось лично поблагодарить генетика, причастного к созданию богоподобных людей силами науки. Мои глаза никогда прежде не видели и, я уверена, никогда в будущем не увидят мужчину, подобного Максимусу. Все в нем было идеально, что нелестно отзывалось на моей сдержанности и здравомыслии.

– Срываюсь, – сказал он, прежде чем припасть к моей шее… ключицам… и опуститься к декольте.

Я не сопротивлялась, позволяя ему развязать широкий пояс моего костюма. Ослабнув, я опустилась на кровать, утягивая его за собой. Нависнув надо мной, он казался мне еще прекраснее. Чертовски привлекательный мужчина, страсти которого хватило бы на двоих, прямо сейчас бережно стягивал с меня штаны.

– Знаешь, я… – Мой голос сорвался, утопая в сладком поцелуе.

Не знаю, что именно заставило Максимуса перейти черту, но я была счастлива. Чувствовать его, наслаждаться им, утопать в нем. Не думая больше ни о ком, я была намерена прочувствовать все, что он был готов мне дать.

Впервые ощутив его прикосновения между ног, я всхлипнула. Пусть я и хотела этого, мое неопытное тело пылало, испытывая новый спектр чувств.

– Расслабься, – сказал Максимус, прежде чем оторваться от моих губ, чтобы опуститься ниже. – Я буду нежен, позволь мне это. – Он без усилий раздвинул мои бедра. – Умничка, – добавил он, уже исследуя губами мою невинность.

Я вспыхнула и прикрыла лицо руками. Кусая губы и сдерживая стоны, я не переставала выгибать спину. Максимус делал все, чтобы свести меня с ума. Никогда прежде не испытывая подобной нежности, я была готова задохнуться от истинного наслаждения. Его язык медленно скользил по мне, раскрывая весь потенциал моей женственности и сексуальности. Волны удовольствия накрывали меня с головой, из-за чего я безвозвратно теряла контроль над своим телом. Максимус был первым мужчиной в моем мире страсти, которому я осмелилась доверить свою самую уязвимую суть.

– Ах…

Я потеряла рациональность мыслей, чувствуя, как напряжение внутри меня нарастало.

Даже не мечтая о подобном, я не могла поверить, что его старания преследовали цель навсегда влюбить меня в себя. Была ли я способна выдержать его жаркие скользкие прикосновения? Была ли я готова раскрыться перед ним так, как ни перед кем прежде?

Я выкрикнула его имя, ощущая, как мир вокруг меня растворился в блаженстве. Максимус ослабил напор, лишь наполняя пространство между нами жаром своего дыхания. Я не могла поверить в случившееся. Все казалось сном или видением. Может, это лишь мое воображение?

Пустив по мне новую волну электрических разрядов, Максимус оставил на мне неповторимой нежности поцелуй. Мои пальцы снова сжали постельное белье, тогда как ноги невольно подогнулись.

– Умничка, – подытожил он, пустив череду легких поцелуев по моему бедру. – Отныне ты моя, Таллид, – нависнув надо мной, добавил он.

– Твоя? – кротко переспросила я, мечтая услышать больше.

– Такой могу видеть тебя только я, – шептал он, нежно поглаживая мою кожу. – Никто не должен даже заподозрить, как ты выглядишь под властью страсти. – Он поцеловал меня, словно подтверждая серьезность сказанных им слов. – Согласна? – спросил он, не отрывая от меня взгляда.

– Нет, – удивила его я. – Без любви мне все это не нужно, – глубоко очарованная им, пролепетала я.

– Ты должна согласиться, – требовательно произнес Максимус, чуть навалившись на меня.

– Не могу. – Я отрицательно покачала головой.

Мои мышцы напряглись, когда я почувствовала давление между бедер. Это была интимная и полная смысла угроза.

– Если сейчас же ты не скажешь мне отступить, я намерен убедить тебя согласиться на мое предложение, – витиевато сказал он, прежде чем одной рукой, проскользнув между нами, освободить доказательство своего возбуждения. – Ты чувствуешь? – спросил Максимус, упершись в меня.

– Да, – прошептала я, и мой голос звучал как мольба.

Не в силах больше произнести ни слова, я молча приняла условия своего проигрыша.

Я всхлипнула, стоило Максимусу, сбросив последние остатки сдержанности, слиться со мной, оставляя в прошлом мою невинность.

– Правильный выбор, – прошептал он, остановившись глубоко во мне.

Секунды замедлились, пока, привыкая к новым ощущениям, я чувствовала всепоглощающую дрожь. В этот момент я забыла обо всем, кроме нас двоих.

– Умничка, Таллид, – похвалил меня Максимус, прежде чем поцеловать.

Я чувствовала, что каждая клеточка моего тела откликалась на его прикосновения.

Стоило мне расслабиться, как он принялся нежно исследовать мой мир. Плавными движениями бедер он ласкал меня, балуя своим желанием.

Какой я была в его глазах? Кого он видел перед собой? Достаточно ли я красива? Достаточно ли чувственна?

– Ты особенная, – прошептал он, впиваясь в мои губы.

Его руки блуждали по моему телу, взращивая еще большее удовольствие. Чередующиеся поглаживания, нежные хватки, облизывания, дразнящие шлепки и даже аккуратные укусы сводили меня с ума. Я не знала, что мне нужно было делать, чтобы быть достойной его, но, даже понимая это, мое тело было не готово слушаться. Я рассыпалась на тысячи частей, открывая новую себя.

Пошлую.

Страстную.

Вожделеющую.

– Тебе не больно? – с волнением в голосе уточнил Максимус.

– Нет… – подняв на него глаза, уверенно ответила я.

– Тебе приятно? – широко улыбнувшись, спросил он, и его голос был настолько возбужденным, что, казалось, его слова касались меня гораздо глубже, чем прикосновения.

– Да… – только и смогла выговорить я, забыв обо всех сомнениях и страхах.

Максимус прижался ко мне сильнее, продолжая двигаться плавно и нежно. Позволяя себя обнимать, он уделил особое внимание моей груди, а затем и скучающим по нему губам. Приподняв мои бедра свободной рукой, он чуть сменил угол проникновения, из-за чего я почувствовала трение там, где мне его, оказалось, не хватало.

Когда я почувствовала, что больше не могу выдержать этого сладкого мучения, Максимус улыбнулся, словно понимая каждую вибрацию моего тела. Я закричала, высвобождая все накопившиеся чувства.

– Отныне ты моя, Таллид, – повторил он снова, зарываясь в мою шею. – Только моя.

Не в силах возразить, я лишь содрогалась под ним, навсегда выжигая его имя у себя в сердце. Я была счастлива, мечтая об этом мужчине, в объятиях которого познала невероятное удовольствие. Не теряя времени и возможности, он заполучил меня в свое распоряжение, чему я была несказанно рада. Надеюсь, впереди нас ждали глубокие, честные, чистые чувства…