К тому времени, как мы оделись, Изадора снова стала отстраненной и тихой. Мне это не нравилось.

Слишком расстроенный, чтобы обсуждать все сейчас, я открыл дверцу, намереваясь вернуться на водительское место. Вдруг раздался звук, и меня словно ударили кулаком в грудь.

– Что такое? – спросила она.

Я застыл на месте с открытой дверцей, слушая знакомый перезвон церковных колоколов из воспоминаний Эммы.

– Деврадж?

Я достал телефон и позвонил Рубену. Кровь бешено бурлила, подталкивая меня к охоте. Дюбуа ответил после первого же гудка, и я рухнул на водительское кресло.

– Отследи мой телефон и приезжай сюда немедленно. Захвати с собой троих.

– Уже еду, – отчеканил он и отключился.

Я завел двигатель и рванул с места, опустив стекла.

– Что происходит, черт возьми? – пристегиваясь, спросила Изадора.

– Церковные колокола. Они находятся недалеко от того места, где держат других девушек.

– Откуда ты знаешь?

Изадора мгновение смотрела на меня, но замолчала, поняв, что мне не до разговоров. Я вырулил со стоянки и рванул в сторону колокольного звона по Сент-Чарльз-авеню. Я резко свернул и остановился перед небольшой католической церковью как раз в тот момент, когда звон затих.

– Ты уверен, что это те же самые колокола?

– Уверен. – У меня был такой острый слух, что я различал резкий звон третьего колокола в каждом ударе. Звук был точно такой, как в воспоминании Эммы. – Он держит их где-то здесь. Полагаю, к северо-западу отсюда.

Мы выпрыгнули из машины, встали на тротуаре перед церковью и начали озираться по сторонам. Я закрыл глаза и глубоко вдохнул, уловив слабый, знакомый аромат.

Дженнифер. Молодая женщина, которая пробыла в плену дольше всех.

Инстинкт подсказывал мне бежать, но я не мог оставить Изадору одну возле логова похитителя. Я посмотрел на нее, и она словно прочитала мои мысли.

– Дай мне ключи. Я запрусь изнутри. Это не такой уж опасный район.

– Я беспокоюсь не о том, что к тебе будут приставать студенты колледжа, и ты это знаешь.

Она протянула руку.

– Дай мне ключи. Со мной все будет в порядке.

Как только я это сделал, рядом возник Рубен. Сопровождающий его появление порыв ветра подхватил волосы Изадоры и едва не сбил меня с ног. Затем появились Габриэль и двое других охранников, Роланд и Сэл.

– Как раз вовремя. Мне нужно, чтобы один из вас остался с Изадорой.

– Я сама справлюсь, – выпалила ведьма, собираясь скрыться в машине.

Я сердито посмотрел на Дюбуа.

– Оставь с ней кого-нибудь. Логово этого негодяя слишком близко, чтобы бросать ее здесь одну.

Возможно, я поступал неразумно, ведь эти преступники обычно не хватали девушек на улице. Но я не хотел рисковать.

– Роланд. Ты останешься с Изадорой.

Роланд был крупным и сильным парнем с бритой головой, на первый взгляд самым устрашающим из людей Рубена. Я вздохнул с облегчением и свернул в переулок, из которого доносился запах. Там я остановился. Рубен, Габриэль и Сэл следовали за мной.

Все вампиры обладали экстраординарным чутьем, но они не чувствовали запахи так, как это делали Стигорны. На следующий день после приезда в Новый Орлеан я запомнил все ароматы пропавших, так что группе придется полагаться на меня, пока мы не подойдем к злодею вплотную.

Они молча наблюдали и ждали, пока я брал след. Как только я его нашел, я снова двинулся вперед, медленно, чтобы они успевали за мной. Слабый запах Дженнифер стал сильнее, и вот мы остановились перед высоким невзрачным зданием.

– Похоже на общежитие, – заметил Габриэль и заглянул в окно. – Заброшенное.

На двойных дверях висела оранжевая табличка «Идет ремонт». Похоже, ремонт отложили из-за недостаточного финансирования или из-за каких-то бюрократических проволочек.

Мы с Рубеном переглянулись, и я кивнул.

– Это оно.

Габриэль с металлическим треском распахнул запертую дверь, и мы оказались в холе, затхлом и заплесневелом от длительного простоя. Справа и слева располагались двери, ведущие к лестницам. Вот и путь на верхние этажи.

– Мы с Рубеном пойдем направо, вы оба – налево.

Сэл и Габриэль кивнули и ушли. Я и Рубен прошли по коридору первого этажа, поднялись на второй и повторили процесс. Я ощущал ее присутствие. Дженнифер была совсем близко. Когда мы достигли лестничной площадки четвертого этажа, я остановился как вкопанный.

Рубен подошел ко мне.

– Что ты?..

Он взглянул на лестницу и раздул ноздри. Теперь и он уловил запах находящихся в здании людей.

– Пятый этаж.

Мы рванули с места. Как по команде, мы взлетели наверх и направились к открытой двери. Комната за ней оказалась пустой. Ни света, ни признаков жизни. Впрочем, мы отлично видели в темноте.

– Сюда. – Рубен присел на корточки, поднял одеяло и поднес его к носу.

Я сделал то же самое.

– Это она. Дженнифер.

На краю одеяла осталась капля темной крови. Рубен подошел к кровати и поднял прикованный к ней цепью кожаный наручник.

– Ради всего святого.

Беллинграт держал их прикованными. В моей груди заклокотала ярость. Я представил, какой страх этот засранец вселял в девушек, забирая то, что ему не принадлежало по праву. Рубен вышел и направился в соседнюю комнату.

Он зарычал, и я поспешил к нему.

Пустая коробка из-под супа валялась на полу рядом с пустой бутылкой из-под воды. Краска, отколотая от стены чьим-то ногтем, заставила глаза Рубена сиять от бешенства. Пленница написала свое имя: Кара.

– Я изобью урода до полусмерти, как только мы его поймаем, – пообещал Дюбуа. И я ни секунды в этом не сомневался.

Это была территория Рубена, и его обязанность – защищать людей и следить за тем, чтобы представители нашего вида не выходили из-под контроля. Поступок Беллинграта и его шайки – не просто преступление по отношению к девушкам, но и вызов его авторитету. Я не сомневался, что, как только мы найдем Блейка, Дюбуа накажет ублюдка, и его дело станет назиданием и предостережением для всех, у кого в голове имеются недобрые замыслы.

Я обшарил всю комнату, но ничего не нашел и перешел в следующую, где ощутил остаточный запах Эммы. Помимо старых матрасов на односпальных кроватях, я обнаружил под одной из них полупустой стакан с газировкой.

Я понюхал его содержимое, когда Рубен спросил, находясь у меня за спиной:

– Что это?

– Кола. Но не только.

Я глубоко вдохнул, пытаясь разобрать запах. Потом меня осенило, и я выругался себе под нос. Я уже сталкивался с этим запахом, общаясь с мерзавцами из низших слоев общества по всему миру. Большинству вампиров он был не нужен. Они могли использовать чары или паралич от укуса, чтобы подчинить себе жертву, но некоторые по-прежнему баловались наркотиками.

Рубен взял у меня стакан и понюхал. В его глазах промелькнул серебристый отблеск.

– Рогипнол, – процедил он сквозь зубы.

– Под его воздействием жертвы спокойно и тихо покидали места, откуда их похищали.

Потому что они, скорее всего, были без сознания. Но они продолжали использовать вещество даже тогда, когда жертвы уже находились в плену. Скорее всего, женщины сопротивлялись. Отлично.

В дверях вдруг появились запыхавшиеся Габриэль и Сэл. Должно быть, они завершили обыск своего крыла и примчались нам навстречу.

– Он их куда-то переместил, – заявил Габриэль.

– Надо отдать ему должное. Беллинграт осторожен, – сказал я, глядя на Рубена.

– Да. Достаточно, чтобы не оставаться с девушками слишком долго на одном месте. Возможно, он не хочет, чтобы его клиенты знали, где находятся девочки после кормления.

Я не мог удержаться от усмешки при мысли о том, что этих перепуганных женщин таскают за собой, как скот.

– Идем назад.

Один вид этого места, мысли о пленницах заставляли моего зверя рваться обратно к Изадоре. Мне не нравилось, что она находится так близко к притону, пусть и заброшенному.

Через две минуты мы оказались у машины. Роланд стоял, прислонившись спиной к авто, и сканировал взглядом улицу, параллельно болтая с Изадорой через полуопущенное стекло.

– Не везет? – осведомился он.

– Да, есть такое, – ответил Рубен.

Изадора выскочила из машины.

– Ты нашел место, где он их держит? – Ее зеленые глаза округлились от ужаса.

– Держал, – подчеркнул я. – Их куда-то увели. – Я повернулся к Рубену, мы все уже собрались у машины. – Вероятно, у Беллинграта есть несколько проверенных мест и он их меняет.

– Жаль, что сегодня не суббота. Пора поймать этого мерзавца, – пробурчал Рубен, его глаза были черно-синими, как грозовое небо. – Ты готова, Изадора? Все еще хочешь нам помогать?

Моя милая девочка посмотрела на каждого из нас, на суровых вампиров, и решительно вздернула подбородок.

– Да, черт возьми. Я готова.

В тот момент я окончательно убедился, что глубоко и бесповоротно влюблен в эту женщину. Как только операция завершится, я сделаю все, чтобы Изадора поняла, что я уже никуда от нее не уеду.