Я ждал Изадору. С большим нетерпением. Расхаживая по гостиной, я взглянул на настенные часы. Сегодня утром я отправил ей СМС, и она ответила, что постарается зайти. Когда я заглавными буквами добавил «МНЕ НУЖНО, ЧТОБЫ ТЫ ПРИШЛА», ведьма прислала в ответ смайлик.

Вероятно, она решила, что я снова хочу трахнуть ее так, чтобы у нее перед глазами появились звезды, что я бы и сделал. Но главная цель приглашения состояла не в этом.

Я посмотрел на своего нового соседа по комнате, он бродил вместе со мной по гостиной. Его карие глаза частично заслонял растрепанный пучок рыжих волос.

– Не уверен, что она придет, приятель.

Арчи тявкнул, и тут до меня донесся стук.

Через секунду я распахнул заднюю дверь, и мое сердце, как всегда, подпрыгнуло при виде Изадоры. Сегодня на ней были поношенные джинсы, свободная футболка и тонкий желтый кардиган. Я редко видел ее в джинсах и на мгновение подумал, что так она лишает меня той легкости доступа к ее телу, которую давали короткие платьица и прозрачные ночные рубашки. Но это ведь глупо, правда? Прошлой ночью у нас был самый яркий секс за все время. Я знал, что она пережила произошедшее не менее остро, чем я. Она кончила так сильно, что потеряла сознание.

А я влюбился так сильно, что понял: Изадора должна быть моей. До тех пор, пока бьется мое сердце.

Ее магия в моем имени. Вернувшись домой, я достал тот лист бумаги, провел пальцем по буквам и прижал их к губам. Изадора влюбилась в меня; об этом свидетельствовал мощный заряд энергии, исходивший от моего имени. Из обрывка пергамента сквозили глубокие, собственнические чувства, желание и тоска. И не только. Но я не мог думать об этом слишком много, потому что у меня начинала болеть грудь.

Сомнений не было: ведьма тонула в противоречиях. Она хотела меня, но сдерживалась. А я собирался сделать все, что в моих силах, чтобы завоевать ее сердце. Потому что на меньшее, чем вечность, проведенная вместе, я не желал размениваться.

Изадора натянуто улыбнулась, и ее взгляд упал на маленького пса у моих ног. Тот в знак приветствия наклонил голову и завилял коротким хвостиком. Он вел себя так, будто прожил здесь всю жизнь, а не несколько часов.

– Арчи! – взвизгнула она и упала на колени прямо на пороге.

Он залаял, восторженно закружился и положил обе лапки на колени ведьмы, пока она осыпала его любовью. Мое сердце заныло, когда я присел рядом с ней, наслаждаясь чистой радостью на ее милом лице.

– Как? – Изадора рассмеялась, когда Арчи лизнул ее руки и метнулся к ее сумочке, намереваясь в нее залезть. – Как он здесь оказался? Какими судьбами? – Она с недоверием смотрела на меня, продолжая его поглаживать.

– Хотите верьте, хотите нет, мисс Савуа, но я добропорядочный гражданин, и люди считают меня достаточно ответственным, чтобы завести собаку.

– Но я… Мне не верится, что он здесь. – Она подхватила его на руки, крепко обняла и с любопытством посмотрела на меня. – Я и не знала, что ты любишь собак.

Я пожал плечами.

– Ты многого обо мне не знаешь.

Поглаживая Арчи, она добавила:

– Но кто позаботится о нем, когда ты будешь заниматься делами Стигорна? Или съемками в Болливуде?

Гм-м. В ответе на этот вопрос скрывается много всего интересного, милая Изадора.

Я присел на корточки рядом с ней и почесал пса за ухом.

– Я не сомневаюсь, что найду кого-нибудь, кто временно присмотрит за моим щенком.

– Значит, куда бы ты ни переехал, тебе везде придется искать кого-то нового, чтобы за ним присматривать? Думаю, для такого, как ты, это задача из разряда трудновыполнимых.

– Что значит «для такого, как я»?

Я пытливо всматривался в лицо Изадоры, пока она избегала моего взгляда.

– Это значит, что ты всегда жутко занят. Частые переезды вызывают у животных стресс. Знаешь ли ты, что от двадцати до сорока процентов собак страдают от страха разлуки? Арчи к тебе привяжется, а ты уедешь по делам, в отпуск или куда-нибудь еще, и я бы не хотела, чтобы ему было одиноко. В «Ангельских лапках» у него, по крайней мере, были друзья-собаки, да и я навещала его каждую неделю.

Черт возьми. Она сама вгоняла себя в панику.

– Ну, это легко исправить. Тебе придется чаще нас навещать, не так ли?

Наконец ведьма подняла на меня глаза. Я сидел на корточках, прикладывая все усилия, чтобы не схватить ее и не зацеловать до смерти с целью остановить безумный поток «что, если».

Она грустно усмехнулась, как сделала накануне вечером, перед тем как я от нее ушел.

– Конечно. Я могу вас навещать. Пока ты не переедешь в Боливию, в Непал или куда-нибудь еще.

– Зачем мне переезжать в Непал?

– Я уверена, что в таких местах, как Непал, полно злых вампиров, которых нужно изловить.

Я едва не улыбнулся, услышав названия невероятно далеких мест. Изадора и правда верила, что я улечу от нее за тысячи миль в экзотические страны.

– Значит, мне придется остаться здесь, в Новом Орлеане.

Ее глаза округлились.

– Зачем тебе это?

– А ты не догадываешься?

Ее пульс участился, она смотрела на меня и хмурилась, приоткрыв в замешательстве рот. Почему ее это смущало? Разве она не знала, что я от нее без ума? Я не готов к тому, чтобы все закончилось в ближайшее время. Мне нужно, чтобы она тоже согласилась рискнуть. Ради нас.

– Деврадж, мы друг другу не подходим… в долгосрочной перспективе.

Боль обожгла мой желудок. Но это не шло ни в какое сравнение с тем, что ее слова сделали с моим сердцем, разрезав его на кусочки.

– Почему?

– Ты серьезно? – Изадора приподняла бровь и посмотрела на меня как на ребенка. Она рассеянно гладила Арчи, который доверчиво свернулся калачиком у нее на коленях, и смотрела через гостиную куда-то в холл. – Ты ездишь на дорогущих автомобилях стоимостью в миллион долларов, коллекционируешь древние реликвии и мраморные статуи и тусишь с кинозвездами. Черт побери, да ты и сам кинозвезда. А я люблю сажать анютины глазки, делать пучки из целебных трав и навещать собак в приютах. То есть, – она недоверчиво усмехнулась, – ты говоришь ерунду.

– Хочешь сказать, что я слишком поверхностный и материалистичный? – Возможно, я и выбрал резкие слова, зато сохранял свой голос мягким и спокойным, хотя внутри бушевала буря.

– Нет! – Она нахмурилась еще сильнее. – Я не это имела в виду. Мы друг другу не подходим, разве не видишь?

– По-моему, очень даже подходим.

– Это просто секс, Деврадж.

– Правда? Правда?!

Ее лицо вспыхнуло. Она смутилась и залилась густым румянцем.

– И он хорош.

– То, что происходит между нами в постели, гораздо лучше, чем просто «хороший» секс, – убежденно произнес я.

Она кивнула.

– Согласна. Но в конце концов тебе все наскучит. Сейчас это захватывает, потому что все для тебя ново, но со временем ты увидишь, что наши отношения не выходят за рамки спальни.

Она буквально разрывала мою душу на части. Я чувствовал, как внутри меня что-то ломается. Тогда до меня дошло, что ведьма не знает меня так хорошо, как я знаю ее. Да, я поведал ей о своем прошлом, но не рассказал о настоящем. Что причина, по которой я таскал с собой по миру древние реликвии, заключалась в том, что я тосковал по дому, по месту, где всегда чувствовал бы себя желанным гостем и где мне не было бы одиноко. Так я почувствовал себя в тот вечер, когда встретил ее.

Моя карьера болливудского актера завершилась несколько лет назад, но Изадора об этом не знала. Я не потрудился ввести ее в курс дела, поскольку был слишком занят тем, чтобы соблазнить ее. Я любил так поступать с женщинами, которых хотел заполучить. Мне нужно было, чтобы она знала: то, что между нами возникло, – гораздо больше чем короткая сексуальная связь.

Чтобы она мне наскучила? Да она, блин, не в своем уме. Наши отношения не выходят за пределы спальни? Значит, прошлой ночью она была невнимательна. Как и в любой другой момент, когда мы терялись друг в друге. Но выслушать мои доводы она была не готова. Изадора не верила, что я могу остаться. Что я останусь. И это являлось самым главным препятствием. Не сама правда. А ее восприятие реальности.

А иногда это имело решающее значение.

Пора прояснить ситуацию. Я был терпелив, и я бы доказал, что она ошибается. В конце концов, поступки говорят громче слов.

– Но мы даже не добрались до спальни. – Я выгнул бровь и усмехнулся.

Она улыбнулась в ответ.

– Верно. Но чья это вина?

– Полностью твоя. Ты слишком неотразима. Соблазняешь меня своими ведьминскими штучками.

Изадора рассмеялась.

– Точно. Такая уж я. Соблазнительница.

– Ты даже не представляешь какая. – Я взял ее за руку, встал и увлек за собой.

Арчи спрыгнул на пол и понесся на кухню, громко постукивая по деревянному полу коготками. Вероятно, он решил полакомиться из своей миски, которую мне пришлось наполнять не меньше двенадцати раз с тех пор, как он поселился в моем доме.

– Любимая, давай выйдем из дома. Я хочу тебя кое-куда сводить.

Изадора посмотрела в сторону кухни.

– А как Арчи? Он приучен к домашнему лотку?

– Иди сюда. – Я потащил ее на кухню и указал на заднюю дверь, в которой недавно установили отверстие для собак. Оно обеспечивало свободный выход на закрытый двор с довольно-таки просторной травяной поляной. – Он прекрасно справится и без лотка.

– Ничего себе! А ты все продумал. – Ведьма ослепительно улыбнулась, окончательно уничтожив мое намерение держать ее на расстоянии.

Я притянул ее к себе и поцеловал, сначала сладко, а потом яростно. Я просунул руку под водопад ее волос и сжал ее затылок, скользнул губами вниз по ее шее, лизнул и поцеловал отметину, которую она пыталась прикрыть волосами. Она застонала, вцепилась в мою футболку, выгнула спину и прижалась ко мне всем телом.

– Как я и говорил, – беспечно произнес я и потянул ее через дверь в сторону гаража. – Я гораздо более ответственный, чем ты думаешь.

– Я никогда не называла тебя безответственным.

– Да. Только поверхностным и меркантильным, – поддразнил ее я.

– Я и этого не говорила! Господи, я понятия не имела, насколько ты чувствителен. Подожди! Куда мы идем?

Я уже открыл дверцу своего «Ламборгини».

– Мы просто куда-нибудь поедем на моей машине «за миллион долларов».

– Я не люблю автомобили.

– Я прекрасно об этом осведомлен. А ты в курсе, что у модели «Диабло» распределение веса между передними и задними колесами составляет 43/57 процентов, что с точки зрения аэродинамики делает его более устойчивым на дороге? Он оснащен четырехколесными дисковыми тормозами Brembo с сервоприводом, что также повышает его безопасность. Я могу остановиться мгновенно.

– Что это за тормоза, Brembo?

Я прикусил щеку, чтобы не рассмеяться.

– Brembo – итальянский производитель автомобильных тормозов, специализирующийся на мощных автомобилях. Они лучшие из лучших, любимая.

– Ты загружаешь меня статистическими данными в надежде произвести впечатление?

Да, блин, так и есть.

– Я произвожу на тебя впечатление? – Я придержал для нее дверь.

– Вроде того.

– Пожалуйста, сядь, а я безопасно и ответственно доставлю нас к месту назначения.

Изадора посмотрела на меня, затем на мою машину так, как будто перед ней был демон, тяжело вздохнула и юркнула внутрь, поставив сумку на пол.

Я захлопнул дверцу и прошептал:

– Попалась.

Пришло время показать ей, что она может вырваться из безопасной и несколько душной клетки, которую сама для себя построила.