Когда Фатиму засватали, зажили «веселее». Меня поглотили бесконечная уборка, готовка, сбор приданного. Муж отдавал все до копейки матери, чтобы та докупила необходимое, его сестру никто не должен упрекнуть. Под приданное выделили отдельная комната, где стояли многочисленные сундуки, коробки, пакеты, чемоданы… К нам потянулась родня, соседи. Женщины приходили посмотреть купленное, оценить, обсудить, сравнить с «дарами» других невесток.
А мне было не до этого. Адам стал требовать все больше внимания, а свекрови и теткам в эти дни было не до него. Спасали родственницы, которые с удовольствием нянчали его, пока я носилась по дому, выполняя нескончаемые поручения: вымыть предстояло все! Даже ворота и плитку во дворе. Провели экстренный косметический ремонт. Дом вычистили так, что он блестел, убрали двор, за двором. Перемыли все запасы посуды, а это ящиков двадцать разнообразных тарелок, сотни стаканов, тысячи вилок с ложками. Выстирали все занавески, ковры. Перемыли окна, люстры. Одним словом, не скучали. Вставали до рассвета и падали после полуночи. Благо, работала я не одна. Помогали многочисленные сестры мужа, двоюродные, троюродные. Даже соседские дочки участвовали в приготовлениях. А женщины постарше поддерживали свекровь покупками, готовкой, и присмотром за детьми.
Я так закрутилась, что пропустила приход Зухры. Оказалось, что Фатима пригласила и ее. А она не постеснялась прийти. Это стало сенсацией. Впервые на глазах родни столкнулись две жены и я проигрывала бывшей сопернице. Она явно явилась из салона: в брендовой одежде, вся в золоте. Идеальные мейк, прическа, маникюр. Сама грация. А я как цыганская лошадь на празднике: голова в цветах, а попа в мыле. Но я так устала, что не успела позавидовать, лишь криво улыбнулась на прожигающий до костей черный взгляд и, задрав хвост, поскакала дальше.
Слава Аллаху, гостья не засиделась. Видимо, даже ее броня не выдержала обилия косых взглядов и ядовитых шепотков. Скандальный уход и скорый развод стали легендой. Такое на Кавказе не прощается и не забывается. Никогда. Отвлеклись от обсуждения бывшей невестки только когда приехали за Фатимой. Свадьба началась. И я вообще забыла про отдых, ребенка, мужа… От дел отрывалась исключительно на кормежку Адама. Освободилась глубокой ночью, чтобы через пару часов встать к плите и мойке. К вечеру собрались в ресторан. Идти не хотелось, я мечтала просто лечь и задрать ноги повыше, побыть с ребенком, просто полежать. Но не пойти нельзя. Адама пришлось оставить с одной из взрослых родственниц.
Свадьба проходила без спиртного, но с музыкой, которая гремела так, что закладывало уши. Глазам тоже досталось. Они слепли от богатства убранства и от количества надетых на женщин украшений. Золото. Везде оно. На людях, в интерьере, даже столовые приборы были приторно-золотыми.
Люди расселись и занялись любимым делом – общением. Женщины сидели отдельно от мужчин, я прибилась к Аише и ее сестрам, девочки меня встретили с улыбками, но потом игнорировали. Я не переживала, даже обрадовалась возможности спокойно поесть, не отвлекаясь на вопросы и пустые улыбки. Просто расслабилась, вкусно поела, посмотрела на свадебные обычаи. Выдавали невесту красиво, многие адаты были не только прекрасны, но и трогательны, особенно мне понравился танец вокруг невесты и снятие платков. Даже позавидовала, но потом вспомнила о предсвадебной беготне, передернулась и продолжила наслаждаться вечером.
Когда свадьба отгремела и лихорадка утихла, жить стало легче. Я перестала страдать по прошлому и научилась наслаждаться каждой минутой покоя. В доме стало тихо. Спокойно. Я окончательно обжилась.
Окружающим надоело меня обсуждать. У людей появились новые темы для разговоров. И, главное, мне наконец-то дозволили гулять за пределами двора. Поэтому я старалась поскорее справиться с домашними делами, упаковывала мелкого в коляску и шла на прогулку. Гуляли мы подолгу и с удовольствием. Ходили как в центр поселка, так и на окраины, где начинался лес и протекала ворчливая горная речка. Так я отдыхала от людей, наслаждалась красотой творений Всевышнего, впитывала покой гор. Прогулки стали сродни подзарядке, я старалась не пропускать ни дня.
Амир с нами не выходил, не понимали здесь подобного. Это не по-мужски, не по-кавказски. Да и уставал он на работе, приходил поздно вечером, ужинал, мылся и мгновенно засыпал. Вставал, молился, кормил скот и уезжал на работу.
Сегодня он обещал вернуться пораньше, и я решила устроить романтический вечер. Сходила в центр, купила фруктов и шоколад, взяла диск с новым фильмом. Адам уснул, и я решила продлить прогулку, чтобы малыш поспал подольше. Потихоньку пошла в сторону леса.
Катила коляску со спящим сыночком, думала о предстоящем вечере… И вдруг меня словно толкнули в спину, я испуганно обернулась и в ужасе увидела несущуюся на нас машину. Единственно что успела – оттолкнуть коляску. А потом удар, боль с хрустом и темнота.