В прошлой главе мы отмечали, что в отличие от знания через присутствие, в котором знание и познанное едины (являются одной действительностью), в стяжаемом знании знание и познанное являются двумя отличными действительностями. Но это не означает, что они не взаимосвязаны. В том смысле, что одно из них (знание) неизбежно соответствует другому (познанному). Более того, соответствие есть одна из составляющих такого рода знания. Предположить стяжаемое знание, не соответствующее познанному, все равно, что предположить нечетную цифру четыре или тело, лишенное протяженности[99]. Следовательно, устроение стяжаемого знания зависит как от присутствия действительности знания при знающем, так и от соответствия знания познанному. Согласно мнению прежних философов, соответствие – это чтойностная идентичность (инхамани-е махуви) ума внешней действительности. Однако сам Садреддин Ширази уверен, что это воплощенная идентичность лучшего бытия чтойности ее частному бытию. Считаем своим долгом напомнить уважаемому читателю, что в этой главе мы будем использовать слово «соотнесение/предикация» (хамл) только как «соотнесение как таковое» (хамл хува хува), слово «знание» (’илм) как «стяжаемое знание», а слово «познанное» (ма’лум) как «познанное посредством стяжаемого знания», или, другими словами, как «познанное акцидентально», которое является действительностью, отличающейся от знания. Также стоит отметить, что в настоящей главе рассматривается стяжаемое знание человека.

Итак, допустим, что одна действительность, пусть это будет «A», является «знающим», другая – «B» – ее «познанным», третья – «K» – «знанием «A» относительно «B». Как, например, когда мы видим дерево или вспоминаем его, или представляем его целокупное понятие. Ведь во всех этих случаях мы являемся «знающим», действительность дерева является нашим «познанным», а действительность, осуществившаяся в нашей душе и соответствующая действительности дерева, – нашим «знанием». Иными словами, «A» – это мы сами, «B» – дерево, а «K» – наше знание относительно дерева «B». Возникает вопрос: что имеется в виду под словами «такая действительность как «К» соответствует другой действительности, как «B»? В чем заключается истина соответствия?

Ответ простой. Когда мы представляем себе предмет и имеем относительно него стяжаемое знание, то соответствие в общих чертах интерпретируем примерно так: «То, что я представил, это то, что, существует вовне. Не бывает так, чтобы вовне существовала одна вещь, а я представил другую». Подобное выказывание указывает на действительность соответствия и говорит о том, что соответствие – это своего рода идентичность знания познанному. Но что это за идентичность? Какими особенностями она обладает? Здесь считаю целесообразным остановиться на подробном анализе мнения предшественников Садреддина Ширази.

Шаг первый

Истина соответствия сводится к идентичности соответствующего субъекту соответствия (мунтабик ва мунтабик ’алайхи), то есть к «соотнесению как таковому» (хамл хува хува). Следовательно, когда мы говорим «K соответствует B», то это означает, что «K есть B» и что «B есть K».

Но отнюдь не всякий вид идентичности есть соответствие. Например, после того, как дерево в процессе сгорания превращается в золу, можно сказать «эта зола есть прежнее дерево» или «прежнее дерево есть эта зола». Однако в этом случае нельзя считать, что дерево соответствует золе, или наоборот, и считать их «знанием» и «познанным».

Шаг второй

Истина соответствия сводится к идентичности и чтойностному единству между соответствующим и субъектом соответствия, в том смысле, что, если мы обозначим чтойность действительности «K», которую мы предположили как соответствующую «B», символом «K», то когда действительность «K» соответствует действительности «B» (являющейся чтойностью дерева), мы можем сказать, что «k есть дерево». По мнению Ибн Сины, чтойность познанного сохранена во вместилище познания[100].

Как уже было сказано выше, по мнению Ширази, не будет неправильно, если даже мы скажем, что «чтойность «Е» существует», но только в том смысле, что наличествует некая действительность в виде «R», к которой можно соотнести чтойность «Е». Это положение можно выразить и по другому Например, следующим образом: когда мы говорим, что «действительность R обладает чтойностью E», то это означает, что чтойность «Е» соотносима к действительности «R». В этом случае мы можем называть чтойность «E» «существом», а действительность «R» – «бытием». Исходя из вышесказанного, можно утверждать, что идентичность и чтойностное единство действительности «К» с действительностью «В», предполагают правдивость следующих трех предикатов: 1) «К есть к»; 2) «В есть дерево»; 3) «к есть дерево».

Согласно первому предикату, действительность «К» обладает чтойностью «к». Согласно второму предикату, действительность «В» обладает чтойностью дерева. Согласно третьему предикату, обе чтойности едины. Очевидно, что только содержание третьего предиката является чтойностной идентичностью, остальные два служат в качестве посылов для размышления по поводу третьего предиката.

Под чтойностной идентичностью двух действительностей («К» и «В») имеется в виду то, что одна чтойность, например, дерево, может быть соотнесена к двум действительностям. То есть можно сказать, что «действительность, осуществившаяся в моей душе («К») есть дерево», также «действительность, существующая вовне («В»), есть дерево». Исходя из этих двух суждений можно заключить: «Чтойность, существующая в моей душе с действительностью «К», существует также вовне с действительностью «В» и наоборот». Это и есть чтойностная идентичность, и объяснение суждению «к есть дерево». В этом случае «к» и дерево являют собой одну чтойность. Скажем ли мы дерево, или «к», не будет никакой разницы.

Однако следует иметь ввиду, что не всякий вид чтойностной идентичности есть соответствие. Так, например, индивидуумы всякой видовой чтойности имеют чтойностную идентичность. Мы можем сказать «чтойность, существующая с одной действительностью (например “Али”), существует и с другой действительностью, (например “Хасан”)». Однако мы не можем дать им соответствие друг другу, после чего назвать одного «знанием», другого «познанным».

Шаг третий

Соответствие – это чтойностое единство ума и воплощенности (зихн ва ’акл) и их идентичность». То есть для соответствия одной действительности другой, помимо единства их чтойности, необходимо, чтобы одна из них являлась ментальным бытием чтойности, другая внешним бытием. Таким образом, действительность «К» есть ментальное бытие дерева, а следовательно и ментальное бытие «к», а не его внешнее бытие[101]. Внешним бытием дерева является действительность «B». Исходя из этого, «к» мы будем называть «чтойность ментального бытия» (махийат вуджуд зихни) или просто «ментальная чтойность» (махийат зихни)[102]. А дерево – «чтойность внешнего бытия» (махийат вуджуд хариджи) или просто «внешняя чтойность» (махийат хариджи).

Очевидно, что под «ментальным бытием чтойности» имеется в виду любая действительность, к которой может быть соотнесена чтойность. Другое дело, что эта действительность не является источником ожидаемых от чтойности воздействий, каким является «внешнее бытие чтойности», к которому также может быть соотнесена чтойность.

Вообще же говоря, для того, чтобы одна действительность (скажем «К», обладающая чтойностью «к») соответствовала другой (пусть это будет «B», у которой чтойность – дерево), должны быть соблюдены два условия: 1) чтобы обе действительности имели единую чтойность, то есть чтобы суждение «k есть дерево» было правдивым; 2) чтобы «К» являлся ментальным бытием этой чтойности, а «В» – ее внешним бытием. Эти два условия можно свести в одно и сказать, что необходимым и достаточным условием для соответствия одной действительности, такой как «К», другой действительности, такой как «B», обладающей чтойностью в виде дерева, является то, чтобы суждение «К есть ментальное дерево» было правдивым. Потому что правдивость данного суждения означает, что, во-первых, «К» есть бытие дерева, так как чтойностное понятие дерева соотнесено к нему, во-вторых, «К» есть ментальное бытие дерева, потому что, как уже было сказано, под «ментальным деревом» имеется в виду дерево в уме, иначе говоря, существующее посредством ментального бытия. Помимо этого, прилагательное «ментальное» говорит о том, что для чтойности дерева, в данное время существующего посредством ментального бытия, представимо и внешнее бытие. Это прилагательное говорит также о чтойностном единстве ума и воплощенности.

Итак, мы убедились в том, что предшественники Садреддина Ширази по завершении трехступенчатого анализа пришли к выводу о том, что соответствие есть чтойностное единство ума и воплощенности, причислив его тем самым к разряду чтойностей, что, безусловно, является намеком на первоосновность чтойности.

Очевидно, что Ширази, будучи убежденным в первоосновности бытия и относительности чтойности, не мог согласиться с подобным анализом. Согласно его концепции первоосновности бытия, всякая чтойность есть лишь картина (тасвир) воплощенной действительности и не более того. Следовательно, ему нужно доказать, что соответствие, которое философы до него посчитали чтойностью, известной лишь уму, есть действительность, которой чтойность соответствует ментально, то есть отнести его к действительности знания (действительности «K»). Если выражаться философской терминологией, то, согласно концепции первоосновности бытия и относительности чтойности, «действительность знания является познаваемой самостно», а не «чтойность познанного». Чтойность познанного в действительности сама по себе является познаваемой акцидентально. Следовательно, источник соответствия нужно искать в модусе бытия знания, а не в ментальной чтойности познанного.

Шаг четвертый

Согласно философии Садреддина Ширази, истина соответствия сводится к воплощенному единству лучшего и частного бытий чтойности и их идентичности. В системе неодинаковости бытия каждая более совершенная степень соответствует менее совершенной степени. То есть модус бытия совершенного требует соответствия несовершенному. Так, например, когда человек имеет знание относительно дерева, то это происходит потому, что действительность знания (относительно дерева) есть действительность абстрагированная и в системе неодинаковости бытия располагается выше действительности познанного, которая есть материальное дерево и в конечном итоге соответствует ей. Это соответствие в уме отражается в том виде, что чтойность дерева соотносится к обеим действительностям и они обе являются бытиями дерева, а именно: материальная действительность (ваки’ат-е мади) является его частным воплощенным бытием (вуджуд ’айни хас), а абстрагированная действительность – превосходящим воплощенным бытием.