Вопрос о месторасположении (джихат) Аллаха является разновидностью проблемы антропоморфизма. Месторасположение (джихат) предполагает, что Аллах находится в какой-то стороне, в каком-то направлении. Согласно вероубеждению Ахль Сунны, Всевышний Аллах превыше того, чтобы находиться в какой-то стороне, каком-то месте, превыше всякой нужды в чем-либо.

Ибн Таймийа, отделившись в этом вопросе от вероубеждения Ахль Сунны, выдвинул свою версию о месторасположении Аллаха. Понимая буквально одни аяты, выводя свой собственный смысл из других, Ибн Таймийа утверждает, что Всевышний Аллах находится в определенной стороне, в определенном месте: наверху, на Троне.

Есть написанное еще в 773 году хиджры прекрасное послание Алламе Шихабуддина Ахмада из Алеппо, в котором содержатся аргументы против версии Ибн Таймийи. Алламе так отвечает всем антропоморфистам и Ибн Таймийе в частности:

«Ибн Таймийа утверждает, что он не говорит ничего, о чем бы не говорили Всевышний Аллах и Его Посланник, первые мусульмане из числа мухаджиров и ансаров. После этого приводит какие-то слова и речи, которые не произносили ни Аллах, ни Его Пророк, ни первые мусульмане из числа сподвижников Пророка. Таким вступлением он хочет предотвратить возможные возражения и заставить людей некритически воспринимать излагаемое им.

Да, он хочет воспользоваться Книгой Аллаха и сунной Пророка, но он не стоит на том, на чем стоят Аллах и Его Пророк. Ибн Таймийа говорит:

«Толкование (та’вил) аятов и хадисов недозволенно, их смысл надо принимать буквально». Но между тем он сам, в том числе и приводя двусмысленные (муташабих) источники (нас) о недозволенности толкования (та’вил), идет путем толкования, прибавляя свои слова к словам Аллаха и Его Пророка. Он не приводит ни одного слова из слов первых мусульман.

Чтобы заставить людей поверить в правдивость своих утверждений и заслужить доверие, вознеся кое-какие приветствия Пророку аляйхиссалям, Ибн Таймийа начинает хулить мусульманских ученых, в том числе и самых великих из них. Он ставит им в вину то, что они сами признавали свое бессилие постичь Аллаха[16]. Между тем сам Посланник Аллаха воздавал хвалу своему Господу словами: «О Господь, у меня нет слов, чтобы восхвалить Тебя! Ты таков, каким Ты сам воздаешь Себе хвалу!» Так он признавал, что не в силах должным образом воздать хвалу Аллаху. Также известны слова Абу Бакра Ас-Сиддика: «Признания своего бессилия постичь Аллаха уже постижение».

Но этот гордый человек, Ибн Таймийа, претендует на то, что смог постичь Вечного Аллаха таким, каким Он является в действительности. Может ли быть невежество и заблуждение более глубокое, чем это?»

Ибн Таймийа, имеющий наглость мазхаб всех мусульман, дорогу Ахль Сунны представить как всего лишь следование философам Древней Греции и заимствование из вероубеждений иудеев, так раскрывает вопрос месторасположения (джихат) Аллаха:

«Вся Книга Аллаха от начала до конца, вся сунна нашего Пророка, все высказывания сподвижников (сахаба) Пророка, следующего за ними поколения (табиин), речи всех муджтахидов просто полны очевидных фраз (нас), которые самым явным образом дают нам понять, что Аллах находится на Троне, наверху, на небесах».

Как мы видим, Ибн Таймийа утверждает, что имеются очевидные источники (нас) – аяты, хадисы и другие доказательства, которые подтверждают его версию о пребывании Аллаха в каком-то одном направлении. Напомним, что в шариате именуется очевидным источником – нас. Нас – это ясный текст, который никаким образом не нуждается в толковании и который и невозможно толковать как-то иначе. Где же такой очевидный источник, подтверждающий высказывания Ибн Таймийи? Который аят? Хадис? В каком произведении?

Первым своим доказательством он приводит аят:

«Кто желает величия, то у Аллаха все величие; к нему восходит слово доброе и дело благое, которое Он возвышает» (35 /10).

Является ли этот аят насом? Есть ли в нем слова, явно и очевидно говорящие о существовании месторасположения (джихат) Аллаха? Ибн Таймийа желает слово йас‘аду («восходит») показать как доказательство существования такого месторасположения. Арабский глагол су‘уд «подниматься», когда применяется по отношению к материальным предметам, телам, то имеет смысл движения в определенном направлении «восходить, подниматься наверх». Но когда он применяется по отношению к нематериальным понятиям, то такой смысл уже неприемлем. В данном аяте глагол су‘уд применяется по отношению к слову «слово». Но ведь «слово» – это нематериальное понятие! Поэтому здесь глагол су‘уд уже обретает иной смысл – «быть принятым». Здесь нет и речи о каком-то направлении и месторасположении.

Алламе Шихабуддин, написав пространный ответ Ибн Таймийе, говорит о недозволенности придавать двусмысленным (муташабихат) аятам буквальное значение:

«Ибн Таймийа придает двусмысленным (муташабихат) аятам и хадисам буквальное значение. Воспользуемся же и мы его оружием и начнем руководствоваться буквальным значением таких аятов и хадисов. Что же у нас получится? Перед нами предстанет нечто имеющее множество глаз (в 37-м аяте суры «Худ» ‘уйун «глаза» – во множественном числе[17],один бок (в 54-м аяте суры «Аз-Зумар» джанб «(один) бок»), множество рук (в 47 аяте суры «Аз-Зарий-ат» айди «руки» во множественном числе), одну ногу (в 42-м аяте суры «Аль-Калам» сак «(одна) нога»). Существо, на единственном лице которого расположено много глаз, имеющее один бок и одну ногу, а на этом боку – множество рук. Прибегаем к Всевышнему Аллаху, чтобы представлять Его в таком образе! Да сохранит Аллах!

Опять же, если мы примем буквальное значение аята «Аллах – свет небес и земли» (24/35), то будем вынуждены признать, что всякий свет, который мы наблюдаем в небе и на земле, является – да сохранит нас от этого Аллах – Всевышним Господом.

Таким образом, по причине того, что это может привести к нелепым и небезопасным выводам, буквальное значение двусмысленных (муташабихат) аятов и хадисов не принимается в качестве доказательства. Таким аятам и хадисам следует стараться или придать приемлемый смысл, или же оставить со словами «Аллах знает лучше».

Далее Алламе Шихабуддин продолжает:

«Ибн Таймийа утверждает, что принцип «Аллах превыше того, чтобы находиться в какой-то стороне», которого придерживаются большинство ученых, а, следовательно, и большая часть исламской общины (умма), заимствован из вероубеждения евреев и многобожников (мушрикин), в частности, у Лябиба бин Аль-А‘сама – еврея, наводившего порчу на нашего Пророка аляйхиссалям. Это злостная клевета, за которую придется отвечать. Потому что все религиозные ученые и даже простые люди знают, что вероубеждение евреев – это антропоморфизм (таджисм и ташбих). Евреи придают Всевышнему определенный облик, представляя Его в виде человека[18]. А многобожники же, поклоняясь идолам, считают Господа бездушным истуканом. Таким образом, объект их поклонения оказывается и сотворенным из какого-то материала, и имеющим и форму, и вид, и месторасположение.

В таком случае, какая может быть связь между вероубеждением мусульман, считающих Всевышнего превыше формы и образа, места и направления, и вероубеждением неверных (кяфир), которые представляют своего Создателя, свой объект поклонения какой-то фигурой, находящейся в определенном месте? Вероубеждение, опирающееся на и‘тикад евреев и многобожников, вдохновленное ими, это вероубеждение тех, кто приписывает Создателю направление и месторасположение. Только два этих вероубеждения неразрывно связаны между собой.

Ибн Таймийа утверждает, что не говорит ничего, чего бы ни говорили первые мусульмане из сподвижников Пророка мухаджиры и ансары. Между тем он не приводит ни одного из слов не то что первых мусульман, но и самых последних из числа сподвижников Пророка. Единственно он цитирует фразу Ауза‘и[19]: «Мы говорили, что Всевышний Аллах таков, что словословие (зикр) Ему (пребывает) на Троне». Не говоря уже о степени достоверности этого предания, оно никоим образом не подтверждает версию Ибн Таймийи о нахождении Аллаха в какой-то стороне».

Как мы видим из отрывков «Раддийа» Алламе Шихабуд-дина, Ибн Таймийа утверждает, что Всевышний находится наверху, точнее, на Троне. Досточтимый Имам Малик в книге «Минхаджу-с-сунна» («Дорога сунны»), обращаясь к толкованию аята «[Он] – Милостивый, который возвысился (истива) на [небесном] троне» (20/5), пишет: «(Факт) возвышения (истива) известен, каково оно – неизвестно, верить в это – обязанность, спрашивать об этом – ересь (бид‘ат)». Ибн Таймийа понимает эти слова так: «То, что Аллах сидит на Троне – известно, но как сидит – неизвестно». Так он явно демонстрирует свою приверженность вероубеждению, согласно которому Всевышний находится в каком-то направлении и имеет месторасположение.

В своей книге «Аль-‘Арш» («Трон») Ибн Таймийа еще более явно показывает это. Как передает Абу Хаййан, в этой книге говорилось: «Всевышний Аллах восседает на Троне. Рядом с собой Он оставил место для Своего Посланника».

Такийуддин Субки пишет: «Книга «Аль-‘Арш» самая отвратительная из книг Ибн Таймийи».