В сочинении Джамал Ад-Дина Карши (XIII в.) впервые упоминается могила Асафа ибн Барахийя – визира Сулеймана ибн Дауда⁸⁶. Святой был очень популярен в прошлом, и только после XV века, когда в религиозную моду вошло поклонение «мечети Сулеймана», его культ отошел на задний план. Но изначально должна была быть какая-то причина, какой-то исходный толчок, благодаря которому второстепенный герой арабской мифологии, едва обозначенный в Коране, этакая «тень» пророка Сулеймана, стал в Оше важной фигурой. Чаще всего основой подобному явлению служит некоторое сходство героев, их атрибутов или действий, что можно увидеть на примере трансформации Джамшида в Сулеймана. Но рядом с Джамшидом нет фигуры, подобной Асафу, и, следовательно, невозможен перенос образа на мусульманского героя. Возможно, ответ надо искать в совершенно другом месте, а именно в христианстве.

Святого в ранних источниках называют по-разному: Асыф бен Бархъя⁸⁷, Асаф ибн Бархийя⁸⁸, Азуф-и Беркия⁸⁹ и в общем употреблении – Асаф ибн Бурхия, что означает «Асаф сын Бурхии». В иудейской литературе Асаф бен Бархийа бен Шам‘ийа – внук Иакова, один из сыновей пророка Самуила⁹⁰. По мусульманской версии, он мудрый и образованный советник царя Сулеймана. В одном из преданий рассказывается, как Асаф ибн Бархийа выступил против Дарьяды, одной из трехсот жен Сулеймана, поклонявшейся идолам⁹¹. В другом, где женщину зовут Джарада, он, не желая навлечь гнев царя, нашел способ дипломатично намекнуть на идолопоклонство его жены, которую после немедленного развода выгнали за ворота дворца⁹². В мусульманской мифологии Асаф ибн Бархийа знаменит еще тем, что знал главное и великое Слово (Имя) Аллаха, произнеся его, он в мгновение ока доставил Сулейману трон царицы Билкис⁹³. Тем не менее в ошских преданиях знаменитый визирь повсюду сопровождает пророка, совершенно не вмешиваясь ни в какие дела.

Известное в настоящее время здание, называемое в источниках «мазар», или «мавзолей», Асаф ибн Бурхия, возведено на цоколе погребального сооружения XI–XII вв.⁹⁴ Возможно, это могила чем-то знаменитого в прошлом христианина Барахии, чье имя могло послужить толчком к развитию культа на основе соотнесения имен героев разных религиозных культур. Намек на такую связь подсказывает имя отца Асафа – Бурхия (Бархъя, Бархийя, Беркия), созвучное с именем известного в прошлом среднеазиатского христианского священника Барахии. О нем упомянул Абурейхан Бируни в списке несторианских календарных праздников: «Хазиран… Двадцать первого – поминовение Барахии – священника, который принес в Мерв христианство приблизительно через двести лет после смерти Мессии»⁹⁵, и далее уже об одноименном святом: «Двадцать четвертый день от начала поста – поминовение святого Берахии»⁹⁶.

На то, что захоронение Асафа ибн Бурхии не совсем соответствует сложившейся в Фергане мусульманской похоронной традиции, указывает странное положение⁹⁷ погребального сооружения: портал обращен к юго-востоку, а задняя стенка – к северо-западу. На особенность расположения могилы указано в ошском предании: святого похоронили «у подножья горы на солнечной стороне». Захоронения других святых произведены, согласно другим преданиям, на южной стороне горы. Нам не известно, была ли изначально могила устроена на линии север-юг, как принято у ферганских мусульман, или ее положение соответствовало современному направлению здания мазара. Не вызывает сомнения то, что здание неоднократно перестраивалось и, возможно, когда-то ему придали современную ориентацию – в первую очередь для того, чтобы к нему было удобнее подходить паломникам, проходящим по тропе, огибающей подножье горы.