Когда-то, в давние времена, в землях Индии жили два человека, и они решили вместе отправиться в путешествие в Дели, посмотреть на тамошние красоты. Один из них был очень добросердечный и щедрый человек, другой же был прижимистый скряга.

Во время путешествия, когда бы ни пришлось платить за чай ли, за еду, это щедрый человек всегда развязывал кошелек. Когда бы ни подошел нищий, прося грошик, это он неизменно подавал подаяние. Скаредный всегда дожидался, пока за угощенье не будет заплачено или пока нищий не отойдет, прежде чем полезть за своим кошельком, но он никогда не раскошеливался. Он вовсю жил от щедрот тороватого человека, а тот даже не замечал.

Меж тем как они шли по дороге в Дели, настал такой момент, что вся провизия, вода и деньги у щедрого человека истратились. Когда они вместе уселись под деревом, чтобы передохнуть в теньке, щедросерд сказал: «Ну, боюсь, мое всё прикончилось. Не дашь ли мне выпить глоток воды из твоей фляги?»

«Нет, я не собираюсь делиться провизией и деньгами с тобой, – закричал скряга. – Тем ты больший дурак, если сам всё спустил по мелочи – вечно ты разбрасывался деньгами и водой. Троим старым бродягам, не меньше, ты давал приложиться к фляге. Так не пойдет – все, что у меня есть, я берегу для себя».

Он оттолкнул руку щедрого человека, которую тот протянул за флягой с водой, но сам отпил долгий глоток. Потом он вскочил и сбежал, бросив злополучного щедросерда томиться ужасной жаждой. Не имея ни еды, ни воды, бедолага сорвал былинку-другую травы и принялся жевать. А трава под этим самым деревом – как это ни покажется странным – имела то волшебное свойство, что могла наделить человека, который ее поел, способностью понимать звериный язык. И вот меж тем как, полеживая себе там с зажатыми в зубах травинками, он старался снова собраться с силами, щедрый человек увидел двух мангустов, игравших мертвой змеей.

«О брат, – один мангуст говорил другому, – взгляни на этого глупца, который валяется без еды и питья, когда колодец отсюда не дальше чем в пяти минутах ходьбы по дороге. По правде, эти люди не заслуживают того, чтобы жить в одном мире с нами, не так ли?»

Боясь поверить своим ушам, да и тому, что сказанное зверьком может быть правдой, щедрый человек поспешил дальше по дороге, воспрянувший от нечаянной новой надежды, и, конечно, нашел колодец. Испив долгий и освежающий глоток и наполнив флягу, он пустился в долгую дорогу в Дели, вновь обретя все свои чаянья.

Скоро он подошел к гробнице святого, за которой присматривал хранитель. Ему дали перекусить и снова проводили в путь. А скряга тоже останавливался у гробницы и был накормлен сразу, как только прибыл. Но, завидев пожертвования, которые верующие делали на поддержание этого места, скряга дождался, пока старик не уснул, и тогда своровал деньги из медной плошки. И удрал верхом на осле старика.

Тем временем, щедрый человек отдыхал под деревом у стены, идучи своей дорогой в Дели. Прилетели две совы и взгромоздились на самую верхнюю ветку дерева. Щедрый человек услышал, как одна из птиц говорит: «Где ты взяла эту золотую монету, что у тебя в клюве? Что-то я не видела у тебя раньше ничего подобного».

«Да, о подруга, – заговорила другая, – есть кое-что интересное, о чем я собиралась тебе поведать. Один крот, чья нора поблизости от этого дерева, наткнулся как раз на зарытое в землю сокровище, наверное, богатство сотни набобов, никак не меньше. Ты знаешь, какие они недальнозоркие, эти кроты, так что легко и просто перетаскать чуть не весь его клад прямо у него из-под носа». Сова гулко захохотала, через то и выронив монету, которую держала в клюве.

Щедрый человек увидел, что это было настоящее червонное золото. Он стал осматриваться вокруг, пока не нашел кротовьего хода, и вырыл столько золотых, сколько поместилось в заплечный мешок. Потом пошел дальше своей дорогой.

Наконец он добрался и сразу накупил себе нового платья, поскольку старое на нем совсем обносилось и никак не годилось для такого города, как Дели. Потом он нанял комнату и снова стал жить в свое удовольствие. Он совершенно забыл поведение презренного скареды и, знакомясь с другими, похожими на него самого, вернулся к своей щедрой повадке, раздав много своего золота всем, кто мог бы нуждаться.

А так как вести о его поступках разносились молвой и о них заговорили по всему Дели, скоро это дошло до ушей и скареды, который жил в жалкой хибарке неподалеку. И вот он отправился к королю Дели с жалобой, говоря: «О счастливейший из монархов, сиятельнейший король, меня ограбил один человек из моего родного города, с которым я вместе путешествовал некоторое время назад, и я прослышал, что теперь он здесь в городе и швыряется моими деньгами. Молю, чтобы правосудие свершилось, и он был брошен в темницу, и мое достояние вернулось ко мне. Вечно здравствовать тебе, о король, услышь же мою мольбу».

И вот щедрого человека повязали нецеремонные руки и засадили в узилище. «Что такое случилось? – хотел он узнать. – Что со мной собираются делать?»

«Ты лучше всех знаешь, в чем тут дело, о вор! – закричал на него тюремщик. – Тебя бросят на съеденье стервятникам, после того как завтра повесят».

Злосчастный щедросерд пытался изложить свою сторону дела, но его никто не хотел и слушать. В ту ночь, пока он лежал во мраке своей темницы, он дрожмя задрожал, услышав, как из угла вылезают крысы и шебуршатся среди костей, оставленных там прежними камерниками. Две крысы принялись верещать между собой, и через несколько мгновений щедрый человек осознал, что понимает их писк.

«Слышала, какие новости нынче? – спрашивала одна крыса. – Жаль-жаль, что такому было случиться с королевской дочкой. Она наипрекраснейшее создание во всем королевстве».

«Ну, а что же случилось с ней? – спрашивала другая. – Я сама ее никогда не видела, ведь не часто подвернется нам случай попасть во дворец. Но ты и сама знаешь, как обстоят эти дела».

«Да, так вот – отвечала первая крыса, – я слышала, что она ослепла и отемнела очами и что все придворные медики, будь они какие ни есть ученые, не могут узнать, как возвратить ей зрение».

«А можно его возвратить? – спрашивала вторая крыса, продолжая себе грызть кости. – Несомненно, должен быть способ. Можешь себе представить, как был бы король благодарен. Может, он бы распахнул все темницы и выпустил бы всех узников из благодарности», – и крысы шумно засмеялись.

«Ну, – сказала первая крыса, – способ ее исцелить имеется, и так оно вышло, что я его знаю. Старый Хаджи Мулла, у кого возле Голубой Мечети маленький дворик, а во дворике – черный козлище, вот он имеет противоядие от того, чем страждет принцесса. Если кто-нибудь срезал бы волоски с хвоста у того черного козлищи, сжег их на угольях и пеплом потер веки принцессе, то тогда наверняка она вновь прозрела бы».

Как только щедрый человек это услышал, он забарабанил в дверь своего узилища, и он барабанил и пинал эту дверь, пока не пришел тюремщик.

«Выпустите меня, я лекарь, – закричал он. – Я могу сделать так, что к принцессе вернется зрение. Я должен лицезреть короля. Выпустите меня, и я докажу, что это правда».

Гам поднялся такой, что король сам спросил, что там такое внизу творится.

«Это всего лишь один из жуликов старается привлечь к себе вниманье, о государь, – доложил великий визирь, уведомившись, в чем причина всего переполоха. – Он, дескать, может вернуть принцессе зрение с помощью некоего особого средства, которое знает он один».

«Немедленно подать его сюда», – повелел король, и щедрого человека втащили в тронную залу и швырнули к его ногам.

«Итак, – заговорил Его величество, – вот теперь ты здесь, и что ты можешь поделать со слепотой моей дочери? А тебе придется с этим что-то поделать, или с тобой поступят очень немилосердно, если твое притязание окажется не по праву».

«Оно совершенно по праву, Ваше величество, – отвечал щедрый человек. – Позвольте лишь мне пойти и достать ингредиенты, и я разом верну зренье принцессе».

Скоро, скорее, чем сказка сказывается, щедрый человек добыл волоски с хвоста черного козлищи старого Хаджи Муллы, спалил их над углями жаровни и вот уже держал пепел в руке, готовый потереть им веки слепой принцессы. Вся придворная свита прислуживала, когда производилась эта деликатная операция. Принцесса легла на диван, простершись навзничь, и щедрый человек склонился над ней.

Он втер чуть-чуть серого пепла в веки принцессы, и вот, и двух минут не прошло, как она открыла глаза. «Я вижу, я вижу!» – воскликнула она радостно, и все придворные свиты в их одеждах, играющих радугой, как павлиний хвост15, от радости заплясали на задних лапках.

«Ну что же, надень покрывало и закрой лицо, и сию секунду», – сказал ей король, и скромница-принцесса послушалась. Радость короля не знала границ, и щедрый человек получил назад всё свое золото от подлого скареды. И это еще не все, принцесса влюбилась в своего исцелителя в ту минуту, как у нее открылись глаза, так что король отдал щедрому человеку руку прекрасной принцессы в брачном союзе.

И они жили долго и счастливо, ибо нет лучшего мужа, чем человек добрый и щедрый.