Я думаю, всем нам знакомы рассказы о людях, которые принимали ЛСД или другие наркотики и говорили, например: «Со мной разговаривало дерево». Это называется «обманом восприятия», отравлением, при котором в работе органов чувств – слуха, осязания, зрения, цветовосприятия – происходит короткое замыкание, и люди «слышат» цвета и т.п.

Будучи ложным, этот феномен все же дает представление о природе специфической коммуникации, которая может иметь место в гораздо более продвинутом состоянии. Даже в ситуации никак не связанной с наркотиками, люди могут рассказывать такое, и подобная практика абсолютно нормальна. Допустим, кто-то вечером идет на концерт, проходящий на природе – для повышения качества восприятия музыки и наибольшего комфорта это мероприятие организовано особым образом; это нормальная ситуация, в ней нет ничего странного, все естественно и понятно. Однако в контексте Традиции мы не просто преследуем цель создать особую атмосферу или привнести световые и звуковые эффекты с тем, чтобы достичь измененного состояния сознания – мы стремимся к формированию гибкого сценария.

Речь идет о возможности воссоздавать подобную обстановку в себе, поняв и оценив тот эффект, который она производит в человеке. Не обязательно отправляться в какое-то определенное место, чтобы обрести способность воспринимать конкретное музыкальное произведение. Допустим, человек несколько раз ходил на концерт – теперь он может воссоздать знакомую обстановку и получить усиленное восприятие той же музыки, слушая ее в записи. Если человек сумеет это сделать, то, как на групповом занятии, так и в одиночестве, он сможет начинать каждое упражнение на одном и том же или на более высоком уровне, и для его достижения не потребуется снова и снова проходить через все предыдущие низшие стадии. Человек начинает упражнение (насколько это возможно) с того места (или уровня), на котором он остановился в прошлый раз.

Это не значит, что создание или выбор особой, специфичной внешней обстановки для определенных занятий или выполнения упражнений вообще не имеет значения. Существуют особые точки, места, где заряд энергии выше, поэтому возрастает и сила ответной реакции. Есть места и ситуации, в которых учитель, ваши действия, цвет, освещение и другие элементы усиливают эффект и улучшают полезную взаимосвязь с деятельностью. А в некоторых ситуациях объединяется все перечисленное: место, цвет, обстановка, событие и люди. Такие вещи накапливаются, и, по мере того, как человек узнает различные функции мест, людей, цвета, звука и других компонентов ситуации, он может воссоздавать в памяти реальное и осязаемое воздействие всех перечисленных элементов. И человек действительно должен стремиться делать это.

Кто-то может сказать: «Да, но ведь есть еще и фактор времени». Совершенно верно, я говорил раньше, что никакая деятельность не остается неизменной, потому что фактор времени постоянно ее изменяет; но если фактор времени проявляется параллельно с намеченным ходом деятельности, то проблемы не возникает. Не стоит говорить: «То было тогда, а это сейчас», – если человек настроен на деятельность и находится в гармонии с ней, она будет развиваться с учетом фактора времени.

Но не пытайтесь воспроизводить каждый элемент полученного опыта во всех подробностях. Это может завести вас в тупик – человек говорит: «Так, в такой-то момент времени я был там-то и там-то», а потом начинает заполнять пробелы. «Какого все было цвета, что там было, кто присутствовал, что на них было надето, где я сидел», – пока человек заполнит все возможные пробелы, наступит следующий день. Существует грань, за которой вспоминание и воссоздание общей ситуации или атмосферы теряет свою полезность. Вспоминая ситуацию, не нужно пережевывать бесконечные детали, если только вас специально не попросили об этом, – иначе вы никогда не начнете действовать.

Говоря о воссоздании обстоятельств, я имею в виду воспроизведение деталей до тех пор, пока ситуация не станет достаточно знакомой, чтобы использовать ее как отправную точку для выполнения упражнений, прослушивания музыки или других требуемых действий. Человек (насколько возможно) подготавливает ситуацию, и это вполне разумно, но данная процедура не должна превращаться в самоцель, она является лишь частью подготовительного процесса, предшествующего совершению определенного действия.

В противном случае эта деятельность не только замыкается на себя, – бесконечное заполнение пробелов, расставление точек над «и», – но и порождает раздражение: «Я не помню вот эту мелочь, или вон ту деталь; стояла ли пепельница слева или справа, и во что именно я был одет» – если вы концентрируетесь на излишних подробностях, ничего не получится. В данном случае мы имеем дело с таким известным явлением как негативное действие – это саботаж и фактор бегства, который всегда присутствует.

Когда я говорю о негативе, не забывайте, что это не какая-то ужасная угроза вроде того, что «негатив найдет вас». Негатив – это коварная и ленивая часть характера. Если у нее есть возможность самым легким движением, едва заметной сменой направления отвлечь ваше внимание от чего-то позитивного, она так и сделает. На самом деле, угроза не столь уж велика, однако чаще всего люди поддаются собственному внутреннему напряжению, лености, нетерпению и т.п., и таким образом позволяют негативу вести их в неправильном направлении. Это направление не всегда губительно, оно может быть просто глупым, и приведет к усилению нетерпеливости в человеке. А потом люди понимают, что проявили нетерпение и становятся нетерпимы к себе за то, что были нетерпеливыми – и мы получаем геометрическую прогрессию.

Вопрос заключается в том, как сконцентрировать свое внимание и энергию на определенной деятельности или упражнении, используя все доступные позитивные потоки энергии и влияния. Существует ужасное американское слово «максимизация» (извлечение максимальной выгоды) – именно об этом мы и говорим. В каком-то смысле, максимизация означает тщательное припоминание – уже знакомое нам упражнение.

Есть еще один знакомый тип усилий для достижения максимизации: «я воссоздам все детали, которые, насколько я помню, были функциональны в определенных обстоятельствах, и попытаюсь использовать их». В результате человек оказывается там же, где и раньше: «Как это использовать?», «Что я знаю?» и т.п. Возможна и чрезмерная максимизация (доведение до предела): «О, я обязательно должен сделать это» – «Я должен сделать» и «Я хотел бы сделать» могут оказаться разными вещами.

Максимизация означает припоминание тех деталей, которые вы способны достаточно точно воспроизвести в памяти и применять в рамках того, что вы считаете своей компетенцией, не привередничая и не выбирая. Если человек соберет все указанные детали, то те фрагменты, которые можно разумно, полезно и функционально использовать, найдут друг друга и свяжутся между собой. Если какие-то детали нельзя сразу с чем-то соотнести и использовать, если они выпадают из общей картины, не нужно внедрять их в узор насильно – они сами гармонично присоединятся, если в этом будет необходимость, если это возможно, если вы можете им помочь. Не принуждайте их, не прибегайте к их насильственному использованию. Элементы, оказывающие гармонизирующее влияние на ситуацию, неизбежно создадут свой собственный узор. Их нельзя разделить или связать насильно. Они гомогенизируются естественным образом – такова их задача.

Ваша задача – попытаться их вспомнить, объединить, и обращаться с ними как с частью единого узора. Они не используют вас, вы не используете их, вы становитесь частью узора вместе с ними. Если вы сможете позволить себе несколько отстраниться от собственных предвзятых мнений и меньше ориентироваться на какие-то схемы, это поможет вам. Важны и исходные предпосылки. Допустим, человек в силу собственных предпочтений, обусловленности и прошлого опыта считает какой-то предмет или цвет хорошим, плохим, нейтральным, «своим» цветом, «его» цветом, «их» цветом и т.д. – это в какой-то степени ограничит его и может стать камнем преткновения.

Например, я родом с гор, и, честное слово, в ванне у меня начинается морская болезнь. Я не люблю море, я считаю его противоестественным и предосудительным. Тем не менее, если я, например, считаю море зеленым и, следовательно, «не люблю зеленый», у меня могут возникнуть проблемы, потому что одновременно я – урожденный мусульманин, а один из флагов Пророка был зеленым. Возникнет дилемма: либо я считаю зеленый цвет проклятием, либо «я просто без ума от него», но тогда, по определению, я и море должен буду «обожать». Меня будут раздирать постоянные внутренние противоречия. Таким образом, предопределенные, пристрастные, обусловленные взгляды и подходы могут стать препятствиями в Традиции.

Традиция очень редко вступает в противоречие с тем, что можно назвать нормальными разумными взглядами, ценностями, суждениями, правилами поведения и мышления. Человеку никогда, или почти никогда, не приходится делать выбор между поступком, соответствующим требованиям общества, и тем, который нарушает принятые нормы поведения, но удовлетворяет требованиям Традиции. На самом деле здесь нет противоречий.

А поскольку здесь нет столкновения, необходимо просто научиться отделять одно от другого – допустим, вы слушаете музыку как «музыку, относящуюся к Традиции». Будучи музыкально грамотным человеком, вы, скажем, отметите фальшивое исполнение или даже подумаете, что это просто какофония, но никто не заставляет вас замалчивать свое мнение, не заставляет, слушая, как толпа дервишей стучит по старым жестяным чайникам, улыбаться и думать, как все это прекрасно и возвышенно. Вы скорее всего подумаете: «Как странно! Даже и не знаю, как к этому относиться», – но никто ведь не просит вас сравнивать подобную музыку с Элгаром или Бахом. Да, возможно, вам придется приостановить в себе действие обыденного мышления и привычных исходных предпосылок, но конфронтации быть не должно.

Конфронтация – это подавление, диктатура, насилие или напряжение; это противоестественная ситуация. Она возникает время от времени, но не должна происходить регулярно. Травмирующих ситуаций, когда человек, так сказать, разрывается между одним и другим, быть не должно. Если такая ситуация возникает, ее необходимо беспристрастно рассмотреть, предполагая, как это ни печально, что раз возникло некоторое замешательство, значит человек в чем-то ошибается. Может быть, он пытается исказить что-то так, чтобы оно приняло форму чего-то другого, и это создает напряжение и давление. При возникновении подобного столкновения, непонимания или противоречия, человек, прежде чем перекладывать вину на требования Традиции или общества, должен изучить собственную точку зрения, мотивацию, области замешательства и обусловленность.

Это не синдром mea culpa,4 «я всегда неправ». Вы всего лишь позволяете себе признать, что леность мысли, жадность, неточность мышления и другие человеческие недостатки и слабости обязательно где-нибудь да проявят себя. Закон Мерфи гласит: если есть возможность совершить какую-то глупость, человек, скорее всего, ее совершит. Это прискорбно, но осознавая этот факт, человек способен рассмотреть его, проанализировать и обратить себе на пользу.

Изучите ситуацию, насколько возможно, беспристрастно и не напрягаясь. Поймите, что случилось, в результате чего возникло такое состояние внутри вас и вовне – в плане взаимодействия с другими людьми и обстоятельствами, – и постоянно помните о том, что вы пытаетесь сделать и каково ваше намерение. Если вы будете об этом помнить, в вашем распоряжении окажется своего рода компас, путеводная звезда, на которую можно будет ориентироваться. Тогда во время выполнения упражнения или в ходе какой-либо деятельности, если ваше внимание отвлечется, его можно снова сфокусировать или вернуть к направлению, определенному вашим намерением. Если, прежде чем начинать какое-либо дело, человек не определил четко свое намерение, то вполне возможно, что в процессе выполнения запланированных действий его внимание может обратиться к чему-то, что ему покажется более интересным, ценным или захватывающим – в этом случае мы получаем «разум-бабочку», который порхает бесцельно.

Есть направление – намерение, – и вы следуете ему спокойно и бесстрастно; не «вопреки всему», потому что это только усиливает напряжение. Не зависайте на одном месте и не блуждайте, идите коротким путем. Есть возможность сократить путь – с помощью различных видов деятельности или разного рода упражнений, которые дают новый опыт и увеличивают способность человека пользоваться определенными энергиями. Эти короткие пути не используются систематически, один за другим, снова и снова, поскольку в этом случае не остается ничего, кроме сокращения пути; но если ваша цель – попасть из пункта А в пункт Б, почему бы не «срезать угол»?

Существующие в Традиции возможности сокращения пути предписываются каждому человеку в соответствии с его индивидуальной ситуацией. Лишь в редких случаях возможность сделать путь более коротким может быть указана целой группе – в конце концов, группа состоит из отдельных людей. Обычно бывает так: кто-то решает, что человеку не нужно так долго идти из пункта А в пункт Б, и что существует наиболее рациональный способ выполнения какого-либо упражнения и получения опыта через конкретную деятельность, рекомендованную именно этому индивиду. По мере движения вперед вы поймете, что здесь кроется одна из причин, по которым вам стоит, как чумы, избегать так называемого «синдрома приемной врача». Группа людей сидит в приемной у врача, из кабинета выходит пациент, и его спрашивают: «Что вам прописал доктор?» Человек отвечает: «Стрептомицин» – и все идут, и покупают себе стрептомицин, даже тот, у кого сломана нога; просто потому, что это средство было рекомендовано одному пациенту.

Когда речь идет о групповых занятиях и упражнениях или об упражнениях, которые можно выполнять независимо от группы, – все это нормально, о них знают все. Но если какое-то занятие, упражнение, действие или текст для чтения были рекомендованы конкретному человеку, тот не должен об этом распространяться. Здесь нет скрытности, подразумевающей, что «у меня есть секрет»; это просто личная, особенная вещь, о которой не нужно знать остальным, потому что подобное знание либо побудит их самих практиковать то же самое, либо собьет их с толку. Ничего ужасного не произойдет, но, поскольку данный способ для них неприменим, он не будет полезным или продуктивным. В худшем случае это приведет к неразберихе, а кому нужно еще больше увеличивать собственное замешательство?

Вы фиксируете свое намерение на деятельности. Это не означает ригидности, отсутствия гибкости. Да, намерение должно быть к чему-то прикреплено, но, как говорится, со «спокойной целеустремленностью». Здесь не действует принцип «я должен сделать это, во что бы то ни стало». Просто человек знает, как это сделать; понимает необходимость действия, его полезность, и, учитывая наличие намерения, сможет осуществить его, если совместит все перечисленное и приложит необходимую энергию.

Учитель никогда не будет требовать от человека или группы больше, чем они способы сделать, то есть он не ставит невыполнимых задач; люди должны приложить лишь некоторое количество нормального и полезного усилия. Цель – не здесь, она всегда в некотором отдалении, поэтому необходим хотя бы минимум усилий. Человек, выполняющий функцию учителя, должен владеть правильным суждением, чтобы оценить, может ли ученик сделать необходимое для получения энергии, или на что он способен в целом.

В любом случае этого требует здравый смысл, поскольку ничто так не обескураживает и не ослабляет людей, как список заданий, которые они не в состоянии выполнить. Тогда они негодуют на себя – за нерадивость, или на Традицию – за непоследовательность. Итак, ставятся только такие задачи, которые слегка выходят за рамки опыта человека, но не превышают его способностей.

Человек постоянно должен развиваться, стремиться ввысь. Стремиться вниз всегда проще; вверх тянуться несколько более утомительно, но если цель находится в пределах способностей человека, ее можно достичь. Так и должно быть, потому что нет ничего полезного в стремлении к чему-то недосягаемому, которое сопроваждается постоянными неудачами в его достижении.