«Узнав о кончине Посланника Аллаха, ансары собрались под навесом бану Саида. Это произошло в тот же день, в понедельник 12 числа месяца раби-аль-авваль 11 года хиджры. Собравшись, они начали обсуждать вопрос о том, кто должен стать преемником Посланника Аллаха и новым главой мусульманской общины. Ансары сплотились вокруг лидера племени хазрадж Саада ибн Убады. Узнав о собрании ансаров, мухаджиры, которые собрались в другом месте, желая обсудить с Абу Бакром ас-Сыддиком тот же вопрос, сказали: «Пойдемте к нашим братьям-ансарам, поскольку у них тоже есть право участвовать в этом деле».

Умар рассказывает: «И мы пошли к ним. Когда мы были уже близко, нас встретили два праведных человека из их числа. Они рассказали нам, о чем договорились ансары. Они спросили: “Куда вы идете, о собрание мухаджиров?” Мы ответили: “К нашим братьям-ансарам”. Они сказали: “Лучше бы вам не ходить к ним. Занимайтесь своими делами”. Я сказал: “Клянусь Аллхом, мы обязательно пойдём к ним!” И мы пошли к ним, нашли их под навесом бану Саида. Мы увидели, что они собрались там, и среди них был один человек, завернувшийся в плащ. Я спросил: “Кто это?” Мне сказали: “Саад ибн Убада”. Я спросил: “Что с ним?” Мне сказали: “Лихорадка”. Мы посидели немного, потом их оратор произнёс слова свидетельства, воздал хвалу Аллаху должным образом, а затем сказал: “Мы – помощники (ансары) Аллаха и войско ислама, а вы, о мухаджиры – одни из нас. Пришла к нам небольшая группа из вашего числа, и вот, они хотят отодвинуть нас в сторону от этого дела”. Когда он замолчал, я хотел было заговорить, поскольку уже заготовил речь, однако меня опередил Абу Бакр, который сказал: “Подожди”. Я не хотел гневить его, а потому уступил. Абу Бакр заговорил, а он был более выдержанным и терпеливым и держался более спокойно и с большим достоинством. И, клянусь Аллахом, он не оставил неупомянутым ни одно из тех слов, которые нравились мне в заготовленной мною речи. Он произносил фразы так же, как собирался произнести я, и даже лучше, и так продолжалось, пока он не замолчал. Он сказал: “Что касается тех достоинств, которыми, согласно вашим утверждениям, вы обладаете, то вы говорите правду. Что же касается этого дела, то никогда не будет оно принадлежать по праву никому, кроме жителей этого курайшитского квартала. Они занимают срединное положение среди арабов по своему происхождению и месту проживания. Я буду доволен, если вы выберете одного из этих двух мужчин. Присягните тому из них, кого вы сами выберете”. С этими словами он взял за руку меня и Абу Убайду ибн аль-Джарраха – он сидел между нами. Из всего сказанного им мне не понравились лишь эти слова. Клянусь Аллахом, лучше бы мне отрубили голову и я избежал греха, чем стать мне правителем людей, среди которых есть Абу Бакр. Никогда не было у меня подобного желания – может, перед смертью появится в душе моей что-то такое, чего я не ощущаю сейчас… Тогда один из ансаров сказал: “Давайте так: правитель из нас и правитель из вас, о курайшиты”. После этого поднялся шум. Я побоялся, что между людьми начнутся разногласия, которые послужат причиной раскола, и сказал: “Протяни руку, о Абу Бакр”. И он протянул руку. Тогда я присягнул ему. Затем присягнули мухаджиры, а после них и ансары».