При правлении эмира Муллы Хасана страна наслаждалась мирной жизнью, длившейся двадцать лет. Первые шаги этого правителя были умными и эффективными, хотя и не всегда гуманными. Хасан благоразумно избавился от клана Абенсеррахов, приведших его к власти, с помощью ставшей уже классической уловки: пригласил их главных представителей в свой дворец и перебил во время пира. Таким варварским, но полезным способом он на время устранил опасность новых переворотов. Следующие несколько лет эмир энергично занимался благоустройством своего государства и сделал немало доброго для страны, проложив новые дороги и пополнив казну набегами на соседнюю Кастилию, где в это время полыхала гражданская смута.

Но дальше произошло событие, которое можно назвать несчастьем для любой монархии: Хасан без ума влюбился в свою рабыню. Его фавориткой была Изабелла де Солис, дочь кастильского дворянина, захваченная в плен во время набега мавров. Попав в гарем эмира под именем Зорайя, эта гранадская Роксолана настолько завладела сердцем Хасана, что он выгнал из дворца свою первую жену Аишу и женился на рабыне. Потеряв голову от любви, эмир забросил все государственные дела и вручил бразды правления своему вазиру, который оказался человеком жадным и корыстным. Заботясь только о своем кармане, он начал притеснять всех, кто мешал ему наживаться на своей должности, и подавлял вспышки недовольства казнями и репрессиями, вызывавшими ненависть гранадцев.

У Зорайды к тому времени появились собственные дети, и опальная жена Аиша, боясь, что она расправится с двумя ее сыновьями, решила устроить заговор. Момент был удобный: Хасан отправился на войну с Кастилией, уведя с собой большую часть армии. Война шла довольно успешно, и эмир как раз разгромил христиан под Лохой, когда из столицы пришла весть о восстании его сыновей Мухаммеда и Юсуфа. Гранадцы, раздраженные жадным вазиром и высокими налогами, перешли на их сторону и провозгласили новым эмиром старшего из братьев – Мухаммеда XII, получившего прозвище Боабдил (так звучал исковерканный христианами вариант его куньи – Абу Абдаллах).

В Гранаде началась новая, на этот раз последняя гражданская война. Боабдил сравнительно легко захватил власть в столице, но Хасан отступил в Малагу и не собирался прекращать сопротивление. Одновременно продолжалась война с испанцами, которые к тому времени объединили свои силы благодаря браку арагонского короля Фернандо II с кастильской королевой Изабеллой I. Появление этого союза сразу склонило соотношение сил в пользу христиан – в битве под Лусеном войска Боабдила были полностью разбиты, а сам он попал в плен.

Дальнейшие события излагаются и толкуются разными историками по-разному. Оставшись без Боабдила, гранадцы снова выбрали эмиром его отца Хасана, но тот отказался от власти в пользу своего брата аз-Загаля – то ли потому, что был болен эпилепсией, то ли просто свергнутый им силой. Дело еще больше осложнилось тем, что король Фернандо неожиданно выпустил Боабдила на свободу, признав его законным правителем Гранады. Ходили слухи, что мать Аиша обменяла его на своего внука, но нет сомнений, что в этом шаге был и политический расчет. Очевидно, в плену с Боабдилом заключили какую-то сделку, которая давала ему жизнь и земельные владения в обмен на сдачу Гранады. Эмират сразу раскололся на две части: сторонников Боабдила и его дяди. Даже внутри столицы разные кварталы города поддерживали разных кандидатов.

Боабдил вернул власть в стране и вынудил аз-Загаля бежать в город Гуадикс, но по пятам за ним шла испанская армия, которая один за другим захватывала принадлежавшие маврам города, как будто они принадлежали не союзнику, а врагу. В ожесточенных сражениях пала сначала Ронда, потом Малага – жемчужина эмирата, без которой существование независимой Гранады уже теряло всякий смысл. Осажденный в Гуадиксе аз-Загаль в конце концов тоже сдался и перешел на сторону испанцев. К 1490 году владения мавров съежились до размеров самой столицы и ее окрестностей.

Фернандо обратился к эмиру с предложением сдать Гранаду в обмен на большой выкуп и любой андалузский город по его выбору, но Боабдил отказался. Начавшаяся осада продолжалась несколько месяцев и, по рассказам летописцев, блистала героическими подвигами в рыцарском духе. Некий кастильский дворянин по имени Перес дель Пульгар ночью проник с товарищами в осажденный город и прибил к воротам мечети щит с молитвой Ave Maria. Арабский воин Тарфа привязал этот щит к хвосту своей лошади и прискакал в испанский лагерь, бросив вызов испанским рыцарям, и т. п.

Положение осажденных становилось все более отчаянным. Изабелла и Фернандо возвели возле города укрепленный лагерь, получивший название Санта-Фе, и полностью отрезали Гранаду от снабжения. Гранадцы еще рассчитывала на помощь Марокко, Каира или османов, но помощь не пришла. К январю 1492 года голод и болезни вынудили мавров капитулировать.

Условия сдачи были настолько почетными, насколько это вообще можно себе вообразить. Мусульмане продолжали жить в Гранаде так, словно ничего не произошло: они сохранили всю свою собственность, вероисповедание и даже должности. Мавры освобождались от любых дополнительных налогов, кроме церковной десятины, и получали гарантию неприкосновенности жилищ и личной безопасности. Испанским властям запрещалось входить в мечети и каким-либо образом принуждать мусульман к переходу в христианство, даже если речь шла о бывших христианах, принявших ислам. Гранадцы имели право свободно путешествовать по всей Испании, и никто не мог чинить им никаких препятствий и обид. Наконец, все желающие мусульмане могли продать свое имущество и перебраться в Северную Африку, причем испанцы обязались бесплатно доставить их туда на своих кораблях.

Несмотря на столь выгодные условия, многие мавры предпочли распродать свои дома за бесценок и эмигрировать в Магриб. Сам Боабдил получил богатые земельные владения и какое-то время жил в Гранаде, развлекаясь охотой и рыцарскими турнирами. Но король Фернандо продолжал видеть в нем опасность, поэтому испанцы, переманив на свою сторону его вазира, под разными предлогами вытеснили Боабдила сначала из столицы, а потом и из Испании. В конце концов, бывший эмир переехал к своей родне в Марокко, где прожил еще сорок с лишним лет. Он погиб в бою уже семидесятилетним старцем, защищая Фес от нападения берберов.

Сыновья Боабдила приняли христианство с именами дона Фернандо и дона Жуана Гранадских и взяли в жены знатных испанок. Король Фернандо даровал им титул инфантов, и их потомки до сих пор живут в Гранаде, сохранив герб своих арабских предков.