В эпоху господства Альмохадов у границ Сахары обитало берберское племя бану Марин – полудикие кочевники, жившие на грани нищеты. Когда альмохадская империя начала слабеть, во главе племени встал новый вождь Абд аль-Хакк, обладавший, по рассказам, невероятной физической силой. В поисках богатой добычи он решил совершить набег на соседние земли и укрепился в восточной части Марокко. К тому времени Альмохады потеряли здесь авторитет, и местные племена стали платить дань Маринидам.
После смерти аль-Хакка, убитого во время боевых действий, один за другим правили четверо его сыновей. Третий из них, по имени Абу Йахья, оказался одаренным политиком и упрочил положение Маринидов, превратив их в серьезную политическую силу. Продолжая экспансию на север, он придумал неожиданный психологический ход: разделил Марокко на несколько уделов и отдал их во владение своим племенам, как будто они уже были завоеваны.
Воодушевленные обещанной добычей, Мариниды немедленно начали наступление, но были разбиты Альмохадами и начали переговоры с халифом ас-Саидом. Во время переговоров халиф неожиданно был убит, попав в засаду, и бану Марин тут же напали на его отступающую армию и почти полностью ее уничтожили. Наемные тюрки и христиане перешли на сторону Абу Йахья. Через несколько недель он вошел в Фес и стал главой нового государства. В руках альмохадских халифов остался только Марракеш (1248).
После смерти Абу Йяхьи власть захватил его младший брат Абу Юсеф, четвертый сын аль-Хакка. Его описывали как воплощение благочестия и покровителя дервишей-марабутов, хотя на деле он проводил всю жизнь в войнах. Он разбил вторгшихся в страну испанцев, разгромил абдальвадида Янгморасана и, наконец, взял Марракеш, уничтожив последний оплот Альмохадов. Все альмохадские подданные принесли присягу Маринидам, а Абу Юсеф принял титул «повелителя мусульман», который носили только халифы.
Устроив дела внутри страны, он перенес войну в Испанию, где гранадские мусульмане просили его о помощи против христиан. Реконкиста была почти завершена кастильским королем Фернандо III, но его преемник Альфонс X Мудрый не пожелал закончить дело своего отца и предпочел углубиться в научные занятия и литературу. Воспользовавшись передышкой, Абу Юсеф высадился с большой армией на юге Испании и разгромил армию христиан под командованием Нуньо Гонсалеса де Лары.
Через два года он совершил новый поход, опустошив окрестности Севильи, Кордовы и Хереса. Но среди андалузских мусульман не было единства: в Гранадском эмирате шли бесконечные распри между членами правящей семьи Насридов, которые привлекали на свою сторону то христиан, то Маринидов, то Абдальвадидов. Абу Юсеф приходилось поочередно сражаться с испанцами, гранадским королем и Ягморасаном, бившем ему в спину.
В 1282 году он устроил третий испанский поход, но уже не против, а на стороне Альфонса X, который попросил его о помощи против собственного сына Санчо.
Наконец, во время четвертого похода Абу Юсеф заключил мирный договор с Санчо, на чем его «священная война» против христиан закончилась.
Продолжать ее пришлось его сыну Абу Йакубу (1286–1307), чей поход в Испанию не принес никакого успеха. Гранадский эмир снова перебегал от испанцев к Маринидам и обратно, расплачиваясь кусками своего королевства и ценными подарками. Одним из них был старинный экземпляр Корана, составленный халифом Османом (во всем мире существовало всего четыре таких книги): когда-то он принадлежал кордовским Омейядам, а потом перешел к Насридам.
Заключив очередной мир с доном Санчо, Абу Йакуб бросил все силы против своего строптивого соседа – Абдальвадидов. Война продолжалась 12 лет, из которых восемь ушло на осаду Тлемсена. Все закончилось неожиданной смертью Абу Йакуба, которого по каким-то личным причинам убил гаремный евнух (1307).
Его сын, двадцатитрехлетний Абу Тамит, больше года воевал со множеством своих родственников и других претендентов на престол, пока не умер от какой-то болезни. Он основал город Тетуан.
Его младший брат Абу-р-Раби тоже правил один год и тоже умер от болезни.
Султаном стал сын Абу Юсефа, Абу Саид Осман (1310–1331), прославившийся не столько как воин, сколько как строитель. При нем были возведены несколько крупных медресе в старом и новом Фесе и других городах. Процарствовав всего пять лет, он был свергнут своим младшим сыном Абу Али, который всегда считался его любимцем и которого он официально объявил своим наследником в ущерб старшим сыновьям. Но Абу Али решил не дожидаться передачи власти и изгнал отца из Феса, поставив его наместником в одной из провинций.
Через какое-то время неожиданная болезнь ослабила позиции Абу Али, и отец вернул себе власть, осадив сына в Фесе и заставив сдаться. Права наследника он передал другому сыну, Абу-ль-Хасану, а Абу Али отправил наместником в Сиджильмасу. Там мятежный сын завел собственный двор, казну и армию, создав что-то вроде государства в государстве – Тафилалет, где он был суверенным правителем. Спустя несколько лет он снова поднял восстание, захватил Марракеш, но был разбит отцом, который вновь его простил и оставил править в Сиджильмасе (1322).
Абу Саид не любил воевать, предпочитая решать дела дипломатией и переговорами. В конце своего царствования он женил своего сына Абу-ль-Хасана на дочери хафсидского правителя Абу Бакра. Во время свадебных приготовлений он умер от болезни, процарствовав 21 год.
Наследовавший трон Абу-ль-Хасан был полукровка, сын бербера и темнокожей абиссинки: за смуглое лицо его прозвали «Черным султаном». Он был очень благочестив и отличался большой работоспособностью. Про него говорили, что труды ему в радость. Большую часть дня он занимался чтением и обсуждением Корана, посещением могил святых и молитвами. В остальное время он решал государственные дела и принимал шейхов многочисленных племен, как писал хронист, «по очереди, согласно их рангу и установленному порядку».
Как и всем маринидским султанам, ему пришлось вести огромное количество войн, как внутри страны, так и за ее пределами. Он начал с того, что разгромил своего брата Абу Али, пытавшегося удержать власть в Тафилалете, захватил мятежный Сус и привел к повиновению кочевников в южных оазисах Дра.
Затем он отправился воевать в Испанию, где гранадский эмир снова звал на помощь Маринидов. Весной 1340 года флот Абу-ль-Хасана одержал крупную победу на море, а его сухопутные войска осадили христианскую Тарифу. Город едва продержался до прихода армии кастильцев и арагонцев, которые сошлись с мусульманами на Рио Саладо и одержали крупную победу. Маринидам пришлось уйти из Испании, и больше они туда не возвращались.
Потерпев неудачу в Испании, Абу-ль-Хасан выступил против Абдальвадидов и после долгой осады, наконец, захватил Тлемсен. На волне успеха он пошел дальше на восток, вторгся в государство Хафсидов и взял Тунис, но удержался в нем недолго: восстание местных арабов заставило его бежать в море, где он потерпел кораблекрушение и спасся на каком-то островке. В это же время его сын Абу Инан, обманутый ложным слухом о смерти отца, оставил захваченный Тлемсен и вернулся в Марокко, где провозгласил себя султаном.
Ничуть всем этим не обескураженный, Абу-ль-Хасан добрался до берега Алжира и возглавил одно из арабских племен, быстро сколотив из него новую армию. С своим импровизированным войском он отправился завоевывать Тлемсен, а когда поход провалился, стремительным рейдом захватил Сиджильмасу, став на время правителем Тафилалета. Абу Инан, узнав, что его отец жив, решил не отказываться от захваченного трона и объявил его мятежником. Тогда, бросив Сиджильмасу, Абу-ль-Хасан неожиданно появился в Марракеше, где у него нашлись сторонники, и попытался закрепиться в городе, но был разбит сыном в битве при Умм ар-Рабии и бежал в горы Атласа, где его приютили берберские кочевники (1350).
Абу Инан окружил отца со всех сторон и предложил отказаться от престола в обмен на деньги и одежду. Затравленный и измученный, Абу-ль-Хасан согласился, но прожил недолго: вскоре он умер от раны, которую сделал ему лекарь, чтобы пустить кровь. Говорят, Абу Инан очень переживал из-за его смерти и приказал похоронить отца в фамильной усыпальнице, где до сих пор показывают его могилу.
При Абу-ль-Хасане власть Маринидов достигла пика. На короткое время они снова объединили весь Магриб, создав огромное средиземноморское государство, влияние которого сказывалось во всем мусульманском мире. При этом султане построили мечети в Фесе и Тлемсене и множество медресе.
Абу Инан был высок, строен, неплохо образован, решителен и честолюбив. Устранив отца, он начал заново завоевывать все, что было уже захвачено и потеряно при Абу-ль-Хасане. Тлемсен снова пал после битвы на Ангаде, где султан проявил личную храбрость. Вернув Алжир, Абу Инан вторгся в Ифрикию и захватил города Буджая и Тунис. Но почти сразу во всех концах страны начались восстания, и Абу Инан, как и его отец, был вынужден вернуться в Марокко.
Вскоре после этого он заболел, и это стало началом конца Маринидов. Власть стали делить вазиры, выдвигавшие своих претендентов на престол. Один их них, не дожидаясь смерти султана, задушил Абу Инана.
После его гибели последовала сплошная череда заговоров, переворотов и убийств, когда новые правители сменялись каждые несколько месяцев или недель. В дело вмешались испанцы, поставившие на трон своего кандидата по имени Абу Салим. Его сменил слабоумный сын Абу-ль-Хасана, а затем его внук, Абу Зайан, за которым стоял могущественный вазир Омару ибн Абдаллах.
Абу Зайан попытался избавиться от своего всесильного опекуна, но Омар раскрыл заговор и задушил султана, а на его место поставил еще одного сына Абу-ль-Хасана – Абд аль-Азиза. Для этого пришлось сначала его освободить, поскольку он был заточен в собственном дворце.
Абд аль-Азиз, болезненный юноша, оказался неожиданно сильным правителем. Поняв, что Омар хочет от него избавиться, он приказал изрубить его на куски у себя на глазах. Через год он снова захватил многострадальный Тлемсен, а через два – и все государство Абдальвадидов. Почти сразу после этого он умер, оставив наследником малолетнего сына ас-Саида.
Страну раздирали сразу несколько противоборствующих сил, в числе которых были испанцы, гранадские эмиры и арабские кочевые племена. При султане Абу-ль-Аббасе на несколько лет наступил мир, но султан неожиданно умер, и в Марокко вторглись португальцы и кастильцы.
Кастильский король Энрике III объявил крестовый поход против неверных и захватил Тетуан, устроив в нем массовую резню, а оставшихся в живых продал в рабство (1400). Через пятнадцать лет португальцы высадились в Марокко, взяли Сеуту и оставили в ней мощный гарнизон, превратив город в свой форпост в Магрибе. В течение следующего столетия они взяли еще несколько крупных прибрежных портов и фактически захватили все западное побережье Марокко.
В 1420 году султан Абу Саид Осман III был убит своим хаджибом, и власть перешла к его годовалому сыну, которого звали Абд аль-Хакк – так же, как основателя маринидской династии. Но этот султан-младенец уже не имел никакой реальной власти – в государстве всем заправляли Ваттасиды.
Ваттасиды были боковой ветвью маринидской династии из племени бану Ваттас, которое возглавлял Абу Закария, вазир и опекун малолетнего Абд аль-Хакка.
Повзрослев под опекой Абу Закарии, маринидский султан Абд аль-Хакк не выразил никакого желания стать независимым правителем и предпочел предаваться удовольствиям и разврату. Только когда Абу Закария умер и опекуном стал его сын, слабый и неспособный Йахья, Абд аль-Хакк вдруг очнулся и приказал убить вазира и его семью. Так он стал настоящим султаном, но власть не пошла ему впрок: страна разваливалась на части, и у него не было сил ее объединить. У Ваттасидов, наоборот, нашелся новый сильный лидер – Мухаммед аш-Шейх, брат Йахьи. Бежав на запад, он собрал вокруг себя сторонников и обосновался в прибрежной крепости Арсиле.
Святой Фернандо. Абу Закарии удалось разбить португальцев, напавших на Танжер, и получить от короля Дуарте обещание передать ему порт Сеуту. Король согласился и в подтверждение сделки отдал в заложники своего брата дона Фернандо, но город так и не вернул. Следующие шесть лет дон Фернандо прожил в плену, подвергаясь постоянным издевательствам и пыткам. Позже его стойкость воспевали Камоэнс, Кальдерон и Лопе де Вега, а католическая Церковь причислила дон Фернандо к лику святых.
На юге тем временем набирало силу движение марабутов – суфийских святых, которые собирали людей в общинах и призывали к войне против неверных и вообще против всех, кто был не слишком благочестив и не охвачен пламенем веры. Атмосфера в стране была накалена: мусульмане верили, что святые суфии могут чудесным образом победить иноверцев.
Особенным авторитетом пользовали так называемы шерифы – потомки Мухаммеда, которые в это время вдруг в изобилии появились в Магрибе и превратились в суфийских наставников, привлекавших к себе множество учеников. Один из них, аль-Джазули, поднял восстание и собрал огромную армию, но был убит. Справедливо или нет, но в убийстве обвинили султана Абд аль-Хакка, и разъяренная толпа зарезала его во время мятежа. Так закончил свою жизнь последний из династии Маринидов.
Мухаммеду аш-Шейху удалось захватить Фес, и к власти снова пришли Ваттасиды, но их влияние в стране было очень невелико. По сути дела, они контролировали только столицу, а все остальное подчинялось марабутам-шерифам.
Ваттасиды пытались взять реванш и оседлать волну религиозного рвения, введя культ первого из мусульманского правителей страны Идриса – основателя династии Идрисидов, праправнука халифа Али и прямого потомка Пророка. В Фесе нашли могилу с его нетленным телом и возвели над ней мавзолей. Идрис стал как бы духовным руководителем всех шерифов Марокко.
Мариниды и их родственники Ваттасиды стали последней великой династией в Марокко. Они оказали влияние на религию, культуру и уклад жизни всех последующих поколений североафриканцев, которые до сих пор живут примерно так же и по тем же понятиям, что установились при последних маринидских султанах.
Силы Ваттасидов были слишком слабы, чтобы отразить вторжение неверных. В 1497 году испанцы захватили Мелилью, немного позже португальцы завоевали Танжер, Асилу, Агадир и еще несколько важных крепостей на берегу Атлантики. В 1515 году они едва не взяли на Марракеш, но тут им пришлось столкнуться с новой силой, которая возглавила войну марокканских мусульман с христианами и вскоре стала преемником недолговечных Ваттасидов: шерифской династией Саадитов.
Клан бану Саад был арабским племенем, кочевавшим в долине реки Дра. Считалось, что его возглавлял арабские шерифы, хотя некоторые утверждали, что они были потомками не самого Пророка, а всего лишь его кормилицы из того же клана бану Саад.
Получив от Ваттасидов благословение на джихад, Саадиты сумели отбить нападение португальцев на Марракеш и отобрать у них несколько приморских крепостей, чем завоевали себе огромный авторитет. Объединившись с суфийскими братствами, они выступили против ваттасидского султана Ахмеда и после долгой войны захватили Фес (1553).
Бану Саад не имели такой власти и авторитета, как Мариниды, но смогли решить несколько задач, которые оказались не под силу их предшественникам. Они вытеснили португальцев из Марокко, отстояли независимость от турков-османов и проникли вглубь Африки, захватив столицу исламского государства Сонгай – Тимбукту. Шерифская династия Саадитов просуществовала до XVII века, когда их сменила шерифская же династия Алавитов, правящая до сих пор.
Армия Маринидов. Ядро армии при Маринидах составляли всадники из кочевых племен арабов и берберов. Арбалетчиками в маринидском войске обычно были андалусцы, а лучниками – наемники из Азии. Кроме того, Мариниды широко использовали христианских наемников, для которых в Новом Фесе построили отдельный квартал.
Баталии в это время происходили примерно по одной схеме: перед началом битвы устраивали поединки между представителями враждебных армий, потом начинался обстрел из арбалетов луков, и под конец в бой вступали всадники, определявшие исход сражения.
Армия Маринидов не была регулярной: она больше подходила для набегов, чем для целенаправленных компаний. По отношению к неверным маринидские войска вели себя безжалостно и почти никого не оставляли в живых. Добычу они делили по справедливости, а что не могли унести, уничтожали.
Символом их власти было знамя из белого полотна, которое султан вручал своим полководцам: его несли впереди войска и водружали над завоеванными городами.
Маринидский султан Абу Йакуб возвел сорокаметровый минарет в Мансуре (Новом Тлемсене), а Абу-ль-Хасан – мечеть аль-Уббада с грандиозным входом, облицованным фаянсовой мозаикой. Посетителей этой мечети восхищали огромные колонны из оникса и причудливый орнамент в виде сложных переплетений. При Абу Инане была построена мечеть в честь святого Сиди аль-Хальви с «глазированными» стенами, почти сплошь покрытыми эмалью и терракотой.
Возле ворот Раббата до сих пор стоит фамильный некрополь Шеллы, где похоронены все маринидские султаны от Абу Юсефа до Абу-ль-Хасана. Последний правитель обнес его мощными стенами с двадцатью башнями и окружил ворота двумя бастионами, покрыв их каменной резьбой, разноцветным мрамором и мозаикой из фаянса. Свой собственный склеп он расположил в саду, богато украсив его изнутри.
Благочестивые Мариниды уделяли много внимания строительству мусульманских школ. Типичной постройкой в маринидском стиле было медресе ас-Сеффарин с расположенным во дворе бассейном и двумя ярусами келий, где жили ученики. В Новом Фесе в квартале парфюмеров построили медресе аль-Аттарин, которое считается наиболее красивой и изящной постройкой Маринидов. Но еще более роскошным было медресе Бу-Иннания в Фесе: в него вела двухстворчатая дверь, отделанная инкрустацией из бронзы, ступени и скамьи были облицованы ониксом и цветной керамикой, а занятия проходили в двух залах, перекрытых прозрачными куполами с витражами. Двор украшали мозаичный пол, вымощенный плиткой из белого и розового мрамора, и часовая башня, время в которой отбивали бронзовые колокола.
В архитектуре Мариниды далеко ушли от Альмохадов с их суровыми представлениями о величии и простоте. Для их стиля характерно скорее доведенное до предела изобилие орнамента, резьбы, мозаики и мелкой лепнины в удачном сочетании с точными пропорциями зданий. Они создали что-то вроде позднего барокко исламского искусства, со временем ставшего образцом не только в мусульманской Африке, но и на Востоке: ему следуют и подражают до сих пор.