Коран – фундамент ислама, то же, что Библия у христиан. Коран не сотворен и существует изначально как Божье Слово: это подлинная и прямая речь Аллаха, переданная Мухаммеду на арабском языке через ангела Джабраила. Каждая буква в нем неизменна и священна, ни одну из них нельзя переставить или поменять. Вопрос переводов в исламе решается просто: подлинный Коран – только арабский, лишь на этом языке можно его цитировать и использовать в молитвах.
Ислам считает Коран итоговой религиозной книгой, дополняющей и отменяющей все предыдущие. Для того, чтобы постичь волю Бога и спасти свою душу, можно не читать и не знать ничего, кроме Корана. В нем полнота всех знаний и решений, ответы на все вопросы и образец для всех возможных действий и поступков. Коран во всех смыслах – исключительная и неповторимая книга, не имеющая никаких подобий. «Если бы объединили усилия люди и джинны, чтобы сочинить нечто, подобное Корану, это им бы не удалось, если бы даже они и помогали друг другу» (сура «аль-Исра», 17:88).
Коран в халифате был везде и во всем. Мусульманское обучение начиналось с Корана и часто им же ограничивалось. Во всех случаях и во всех областях жизни использовались прямые и косвенные цитаты из Корана, отсылки и намеки на коранические фразы и сюжеты. На Коране клялись, на нем гадали, им лечили (сурой «аль-Фатиха» излечивали от сумасшествия), его использовали в юриспруденции, политических речах и повседневной жизни. Коран изучали со всех возможных точек зрения, включая орфографию, стилистику, деление на части, варианты декламации и прочее. Несколько сотен объемистых трудов посвящены только способам чтения Коран вслух (традиционно их насчитывают ровно сто). Богословы говорили, что читать Коран – все равно что беседовать с самим Аллахом. Знание и чтение Корана настолько важно, что каждому, кто научит своего ребенка читать Коран, простятся все прошлые и будущие грехи. А в загробном мире сам Коран в образе человека заступится за тех, кто его читал и следовал ему.
Толкование каждого стиха Корана с точки зрения богословия, философии или истории составляло отдельную науку – тафсир. Одно такое толкование могло состоять из нескольких томов. Самым знаменитым и авторитетным считается тафсир великого историка ат-Табари, насчитывающий тридцать книг. Но писали и больше – по 120 и 300 томов комментариев. Один толкователь написал такой огромный труд, что не смог найти даже переписчика, который согласился бы его переписать. Тогда он отдал его в единственном экземпляре в библиотеку, где тот так и остался лежать непрочтенным.
Деление Корана. Коран написан рифмованной прозой и состоит из 114 сур (глав), каждая из которых делится на аяты, или «стихи». Расположение сур в Коране в порядке уменьшения – от самой длинной к самой короткой – до сих пор является предметом дискуссий. Некоторые богословы считают, что этот порядок сам по себе священен и послан с неба, другие находят ему разные «земные» причины. Для удобства восприятия и чтения Коран часто делят на 30 равных частей – джузов, включающих два хизба, – и печатают в 30 томах. Во время поста в месяц Рамадан в каждую из 30 ночей читается по одному джузу. Иногда Коран разделяют на семь частей – манзилей, – чтобы каждую часть можно было читать в течение дня, а весь хатим (то есть чтение Корана от начала до конца) совершать за неделю.
Ислам любил подчеркивать, что Мухаммед был таким же человеком, как и все, со своими слабостями и недостатками. В то же время его считали образцом и эталоном во всем, вплоть до того, какой рукой Пророк мыл бороду. Любой его шаг, слово, движение приравнивались к религиозному закону. Поэтому хадисы – воспоминания окружавших его людей о поступках и словах Пророка – быстро приобрели огромную важность для мусульман. Зная, как поступил Пророк в той или иной ситуации, можно было понять, какое поведение благочестиво и угодно Аллаху, а какое – нет.
Каждый хадис сопровождает иснад – список людей, которые последовательно, из уст в уста, передали его от сподвижника, лично знавшего и слышавшего слова Пророка, вплоть до человека, записавшего хадис. Иснад так важен, что в исламе составлялись подробные описания биографий каждого из свидетелей в цепочке передатчиков: от их надежности зависела надежность и самого хадиса. Цепь надежных передатчиков в хадисах называлась ривайа, а сомнительных – дирайа. Хафиз аль-Хатиб славился тем, что мог доказать подложность хадиса, указав на анахронизмы в цепочке иснада.
За первые двести лет ислама было собрано несколько сотен тысяч хадисов (по другим подсчетам, их больше миллиона). В IX веке аль-Бухари и его ученик Муслим тщательно отобрали два самых достоверных сборника с одинаковым названием – «Сахих» («Здоровый»). Составитель первого, аль-Бухари, говорил, что знал 600 000 хадисов, запомнил 200 000, но признал только 7397. Оба «Сахиха», особенно первый, считаются главным фундаментом ислама после Корана. Позже к ним добавили еще четыре каноничных, но не столь авторитетных сборника хадисов, составляющих вместе с двумя первыми основу мусульманского предания – сунны. После них появилось еще множество хадисов, однако их происхождение считается сомнительным, а содержание – ненадежным.
Хадисы классифицировались, сопоставлялись и проверялись по содержанию, методике отбора, тематике и пр. Существовала особая шкала оценки подлинности хадисов, которые в самом простом варианте делились на «сильные» (или «совершенные» – сахих), «хорошие» (хасан) и «слабые» (заиф). В более сложных системах таких классов было больше: надежный (сика), точный (муткин), солидный (сабт), авторитетный (худжжа), свидетельствующий о хорошей памяти (адль хафиз), достоверный (дабит), правдивый (садук), склонный к правдивости (махаллуху ас-сидк), не внушающий опасения (ла бас бихи) и т. д.
Хадисам уделяли не меньше внимания и усилий, чем самому Корану. Изречения Пророка изучали в специальных школах, ими наполняли целые библиотеки, им посвятили даже отдельную науку – усул аль-хадис. Многие ученые всю жизнь занимались только тем, что изучали и толковали хадисы или комментарии к хадисам. Считалось, что каждый мусульманин должен знать не меньше сорока хадисов, поэтому выпускались популярные сборники по сорок штук, а также всевозможные сокращения и извлечения из многотомных книг.
К хадисам испытывали такое благоговение, что многие отказывались их озвучивать и передавать, боясь брать на себя такую ответственность. Кто-то считал, что нельзя преподавать хадисы, пока тебе не исполнилось 70 лет, другие думали, что чтение хадисов равносильно богослужению и вели себя соответственно: совершали омовение, окуривали себя, причесывали бороду и пр.
Многие ученые были «охотниками за хадисами» (мухаддисами): они ездили по городам, собирая неизвестные высказывания Пророка и привозя их десятками, а порой и сотнями. Самый знаменитый, Ибн Манди, привез из своих странствий 1700 хадисов. Хадисы не только записывали, но и заучивали на память. Абдаллах ибн Сулайман знал наизусть 30 тысяч хадисов, Ибн Уква – 52 тысячи, а один кади из Мосула – 200 тысяч.
В VIII–IX веках в Багдадском халифате начало формироваться государственное право – фикх, изучением которого занимались исламские юристы – факихи.
Самая идея создания исламского законодательства многим мусульманам казалась сомнительной и противоречащей исламу. Приверженцы «чистой веры» считали, что создавать никакого мусульманского права не надо: достаточно знать только Коран и хадисы и опираться на них. До появления фикха в халифате существовали «передатчики» Корана и сунны, которые сами ничего не толковали и не считали нужным толковать, а лишь передавали то, что сообщил Пророк или его сподвижники. Они говорили, что аят или достоверный хадис – это откровение и для него не требуется никаких разумных оснований или обсуждений: довольно того, что это сказано. Самая мудрая и полная вера – наивная, «детская», она по наитию сама выберет правильный путь: с верой в сердце невозможно ошибиться.
Но мусульманских государственников и правоведов это не устраивало. Они считали, что обществу нужны строгие правила, что можно делать и что нельзя, и эти правила должны быть обязательны для всех. А для этого их нужно в первую очередь четко сформулировать. В человеческой жизни встречается много сложных практических и юридических вопросов, никак не озвученных ни в сунне, ни в Коране. Задача фикха – разложить все возможные ситуации и действия «по полчкам», определив, насколько они соответствуют или противоречат исламу. Факихи постарались создать своего рода юридическую сеть, которая просеивала все многообразие жизни через несколько четких категорий: обязательного (ваджиб), желательного (мустахаб), дозволенного (халяль), нежелательного (макрух) и запретного (харам).
По учению ислама, фикх имеет четыре основы (усуль) или «корня»: Коран, сунну, иджму и кийас. Последние два используют только в тех случаях, когда недостаточно двух первых. В конечном счете, все общественные законы выводятся из Корана и хадисов, и каждый юрист одновременно является и богословом. Но если возникают вопросы, не отраженные в этих источниках, допускается метод «подобия» или «сравнения» – кийас (от «каса», сравнивать). В кийасе проблему решают по аналогии с уже существующими установлениями: берут сходные ситуации из Корана и сунны и приспосабливают их к новым условиям.
Но одного кийаса явно недостаточно. Кто должен определять, насколько такие уподобления справедливы и оправданы? Один человек легко может ошибиться. Поэтому для более полного и надежного решения проблемы требуется согласование всех авторитетных факихов. Этот принцип называется «иджма» – единодушное решение, или согласование. Чтобы правильно разрешить вопрос, факих поочередно обращается сначала к «иджме» сподвижников Пророка, потом их последователей (табиинов) и последователей их последователей (таби ут-табиинов). Иджма напоминает современный судебный «прецедент» – принятое на практике соглашение по какому-либо вопросу, часто нигде не озвученное, а просто установившееся по факту и не вызывавшее возражений.
Но и это не исчерпывает всех проблем. Правила применения иджмы и кийаса сами по себе нуждаются в правилах. В каких случаях вообще допустимо прибегать к таким методам, а в каких – нет? Насколько свободно можно интерпретировать тексты Корана и хадисов? Разрешается ли прибегать к личным толкованиям, аллегориям, сравнениям? Какие мнения считать авторитетными, а какие лучше отвергнуть? Решением этих и других головоломных вопросов занимались разные юридические школы, или толки, фикха – мазхабы.
Корни и ответвления. Кроме общепринятых четырех «корней», в некоторых мазхабах существуют и другие источники фикха. Например: ар-рай (единоличное мнение сподвижника), истихсан (предпочтение), урф (обычай людей данной местности), амаль (обычай мединцев), истисла (более подходящее решение), истисхаб (поиск связи).
Мазхабы различались по степени консерватизма и строгости подхода к толкованиям. Самые ортодоксальные обращались только к Корану и хадисам, избегая иджмы и кийаса. Мазхаб захиритов, например, вообще не признавал никаких толкований Корана и сунны, опираясь только на их буквальный смысл. Захариты говорили, что первым толкователем Корана был дьявол – Иблис. Можно лишь удивляться, как им удавалось разрешать сложные проблемы, не освещенные в двух этих источниках. Видимо, из-за этих трудностей захиризм со временем исчез.
По легенде, до IX века существовало 500 правовых школ, которые потом пропали и забылись. Долгое время мусульмане были фанатично преданы каждый своему мазхабу и не признавали все остальные, считая их чуть ли не еретическим. Сторонники одного толка отказывались молиться с имамом из другого и т. д. В мекканской мечети даже отвели разные уголки для разных мазхабов. Правителям тоже было удобней следовать правилам какой-то одной школы, а не учитывать их все, поэтому они выбирали самую «подходящую» и объявляли ее единственно правильной.
Со временем проблема разных толков потеряла остроту. Различия между мазхабами свелись к личным особенностям шариата: как совершать омовение, делать дополнительные намазы и т. п. Приверженность той или иной школе стала больше вопросом традиции и этнографии, чем веры. В Магрибе стал особенно популярен маликитский толк, в Египте – шафиитский, в Ираке – ханафитский и т. д. Шииты-имамиты придерживались своего джафаритского мазхаба (VIII век), а хариджиты-ибадиты – своего.
До наших дней дошли только четыре суннитских мазхаба: ханафитский, шафиитский, маликитский и ханбалитский. Эта четверка, по мнению историков, осталась не потому, что была лучшей, а в силу разных косвенных причин, но мусульмане считают, что они объединяют лучшие условия всех суннитских школ.
Ханифитский толк, в честь Абу Ханифа, считается наиболее мягким и свободным: он допускает личные толкования священных текстов, часто прибегает к сравнениям и т. д. Маликитский, в честь Малика ибн Анаса, намного более строгий и предпочитает буквально понимать Коран и опираться на хадисы. Шафиитский, в честь аш-Шафии, занимает между ними промежуточное положение, «золотую середину». К этой школе относились такие крупные ученые, как аль-Ашари и аль-Газали. Ханбалитская школа, в честь ибн Ханбала, – самая жесткая и консервативная: в ней нет никаких толкований, кийас допустим очень редко, иджма – только от самых старых и ранних авторитетов и при полном их единодушии.
Сегодня все четыре суннитских школы признают друг друга как допустимые и правоверные, определяя единый для мусульман свод законов – шариат.
Шариат на арабском значит «правильный путь». Он объединяет все правила, которые управляют жизнью мусульманина, начиная с государственных законов и кончая семьей и бытом. Это универсальный кодекс, основанный на Коране и сунне и определяющий любые действия людей в отношениях между собой и с Богом. Шариат регламентирует жизнь сверху до низу, не обходя своим вниманием ни одну из ее деталей и частей. Что бы ни делал мусульманин: торговал, вступал в брак, судился с соседом, платил налоги, отправлялся в путешествие, закалывал барана, – он следует множеству подробных предписаний и оговорок, обусловленных толкованиями и традицией. Для любого действия и поступка существует свой набор правил, который верующий должен знать, а если не знает – выяснить прежде, чем предпримет это действие.
Если у мусульманина возникает вопрос или проблема в рамках шариата, он идет к муджтахиду – специалисту по исламскому праву. Процесс поиска и принятия правильного решения муджтахидом называется итжтихад. Чтобы ответить на заданный вопрос, муджтахид обращается, в порядке важности, сначала к Корану, затем к сунне (хадисам), потом к иджме и кийасу. В зависимости от мазхаба, которого он придерживается, а также широты своих познаний, способности к рассуждениям и других факторов, муджтахид дает решение, максимально соответствующее духу и букве ислама.
Считается, что итжтахид – процесс, требующий не столько святости, то есть правильности жизни, сколько знаний. Каждый, хорошо знающий арабский язык, Коран, хадисы, все предшествующие толкования и исторические обстоятельства, может вынести правильное решение. Но если у человека нет таких способностей, то он – «простец», мукаллид, который должен следовать муджтахиду. Муджтахид – тот, кто принимает решение, а мукаллиды – те, кто следует им, не рассуждая. Безусловное следование фетвам (разъяснениям) муджтахида называется таклидом. Правда, есть промежуточные варианты, когда кто-то может принимать решения не по всем вопросам, а только по определенным специальностям, в которых он хорошо разбирается.
Каждый раз, когда мукаллид не знает, как поступить в каком-нибудь конкретном случае, он выбирает авторитетного муджтахида, которому доверяет, и следует его решению. Но бывает, что два муджтахида принимают разные решения по одной и той же проблеме: тогда кто из них прав? Это трудный вопрос. Если они оба были добросовестны, то на его нельзя ответить однозначно. Оба могут заблуждаться, или прав кто-то один, но кто – неизвестно, или правы оба, но каждый в своем смысле. Разумеется, если чье-то мнение утвердил шариатский суд, то оно становится единственно верным.
Обязанности перед Аллахом есть не только у каждого мусульманина (их называют фард уайн), но и у общины в целом (фард кифайа). К первым относятся молитва, пост и пр., ко вторым – обязанность похоронить умершего, участвовать в джихаде, помогать больным. Достаточно, чтобы это сделал кто-то один, но если это не будет сделано вообще, то грех падет на всю общину.
Шариат и государство. Шариат был создан как идеальная система, сотворенная раз и навсегда и не подлежащая никаким изменениям. Поэтому в шариатском государстве невозможны никакие реформы и новшества: все и так уже совершенно, любая перемена – это отклонение от пути ислама и воли Аллаха. Это относится не только к государственному праву и религии, но и к семье, культуре и вообще ко всем сторонам общественной и личной жизни. В то же время, шариат в своем полном и идеальном виде не существует ни в одном современном исламском государстве. Ближе всего к нему самые консервативные из мусульманских стран – Саудовская Аравия и Иран, где законодательство почти целиком основано на шариате. В большинстве других шариат касается только семейных отношений и вопросов наследования имущества. В некоторых государствах (Тунис, Турция) нормы шариата сводятся лишь к вопросам веры, а в целом в обществе действует светское законодательство.
Шариат содержит сотни правил и норм, касающихся всех сторон жизни, от посещения мечети до интимного туалета. Соблюдение некоторых из них желательно, других – необходимо, и это разделения тоже надо знать и иметь в виду. Приведем некоторые из правил шариата, основанные на аятах и хадисах.
Омовение – неотъемлемая часть шариата. «O вы, которые уверовали! Когда вы встаете на молитву, то мойте ваши лица и руки до локтей и обтирайте голову и мойте ноги до щиколоток» (сура «аль-Маида», аят 6).
«Когда раб Аллаха совершает омовение и ополаскивает свой рот, то грехи выходят изо рта. Когда он очищает нос, то грехи выходят из носа. Когда он моет свое лицо, грехи покидают его лицо, даже если они находятся под ресницами. Когда он моет руки, грехи выходят даже из-под ногтей. И когда он протирает голову, грехи выходят из головы, пока не выйдут из ушей. Когда он моет ноги, грехи выходят из ног, даже если они находятся под ногтями».
Омывать тело надо именно в том порядке, в каком указано в Коране: нельзя вымыть сначала руки, а потом лицо. Голову нужно обязательно обтирать, а не мыть.
«Если кто-нибудь из вас совершает омовение, пусть втянет воду в ноздри, а затем выдует ее». Подносить воду к носу нужно правой рукой, а выдувать из ноздрей – левой.
«Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, прочесывал пальцами бороду».
«Когда делаешь омовение сделай так, чтобы вода проникала промеж пальцев рук и ног».
В хадисе, переданном ат-Табарани, женщина спрашивает: «O посланник Аллаха, должен ли чистить рот беззубый?» Он ответил: «Да». Она спросила: «А как?» Он сказал: «Пальцем».
Когда омываешься, надо тщательно растирать руки и ноги. Начинать омовение следует с правой стороны.
«Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, во время совершения омовения протер свою голову и уши изнутри и снаружи. Он также вставил свой палец во внутрь уха»
Надо также обтирать чалму и кожаные носки. Тут есть свои нюансы. «Джарир ибн Абдуллах справил малую нужду, затем совершил омовение и обтер кожаные носки. Его спросили: «Ты делаешь это после того, как справил малую нужду?» Он сказал: «Да, я видел, как посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, справил малую нужду, затем совершил омовение и обтер свои кожаные носки». Точно так же можно обтирать и обычные носки, и даже сандалии.
Правила омовения следует соблюдать точно так, как они даны, ничего не убавляя и не прибавляя. «Таким является омовение: а кто сделал сверх этого, поступил неправильно, переступил границы и злоупотребил».
От правильного омовения напрямую зависит судьба мусульманина в будущей жизни. «Если кто-то совершит омовение должным образом и помолится в два раката с сердцем и лицом, полностью обращенным к молитве, Рай станет для него обязательным».
«Если кто-то из вас совершит омовение должным образом, а затем скажет: «Свидетельствую, что нет бога кроме Аллаха Единого, у которого нет сотоварищей, и свидетельствую, что Мухаммед Его раб и Посланник», то для него откроются восемь ворот Рая, и он сможет войти в любые из них, которые пожелает».
«Отличайтесь от многобожников, – говорил Пророк, – отращивайте бороды и сбривайте усы. Тот, кто с усами, – тот не из нас». На самом деле, усы не сбривали полностью, а только укорачивали. Какой же длины должны быть усы? Чтобы на них не застревала пища. А какой длины должна быть борода? Чтобы не выглядеть ни неряшливой, ни бритой. Халиф Омар брал бороду в кулак, и если часть ее торчала снаружи, сбривал лишнее.
Кроме волос на лице, надо выбривать или выщипывать волосы на лобке и под мышками. Не дозволяется оставлять неподстриженными или непобритыми волосы на лобке и подмышках более сорока дней. Необходимо также стричь ногти, ухаживать за волосами, пользоваться зубочисткой, выглядеть опрятно, а не как шайтан. Надо красить волосы, потому что христиане их не красят.
Пища – дар Аллаха, поэтому не следует терять зря ни одной крошки. Пророк призывал после еды облизывать пальцы и очищать тарелку: «Поистине, вы не знаете, в какой частичке еды содержится баракат (благодать)» («Сахих Муслим», хадис 2033).
«Я видел, как Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, отрезал часть туши овцы и поел от него. Затем, когда прозвучал призыв на молитву, он отложил нож и не совершая омовения встал на молитву». Ан-Навави сказал: «Из этого следует, что мясо можно резать ножом».
Справлять нужду надо, укрывшись от взоров других людей, – именно так делал Пророк. В отхожем месте нельзя стоять лицом или спиной к Мекке, нельзя вносить в него ничего, на чем есть имя Аллаха. Находясь в нем, нельзя говорить с другими. Нельзя мочится в норки животных: Пророк объяснил, что в них обитают джинны.
Аиша говорила, что Пророк мочился только сидя. Но Хузайфа утверждал, что видел, как Пророк мочился стоя. Поэтому можно делать и то, и другое (но сидя все-таки предпочтительней).
Нельзя забрызгаться мочой – в хадисах сказано, что большинство людей именно из-за этого мучаются в аду. Чтобы подтереться после большой нужды, надо использовать не меньше трех камней, причем делать это следует левой рукой. Выходя из отхожего места, следует говорить: «Прошу твоего прощения», – именно так делал Пророк.
Омываться целиком нужно при любом семяизвержения, связанном с возбуждением, или когда мужчина входит в женщину, даже без семяизвержения. Женщине – во время месячных. С месячными нельзя находиться в мечети. Но был и такой эпизод: «Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал мне: «Передай мне мою одежду из мечети». Я сказала: «У меня месячные». Он сказал: «У тебя месячные не на руке». (Хадис от Аиши).
«Когда Пророк, да благословит его Аллах и приветствует, купался после полового осквернения, он прежде всего мыл кисти рук, затем левой рукой мыл половые органы, поливая их водой из правой пригоршни, затем совершал омовение, какое совершается перед молитвой, затем брал немного воды и прочесывал пальцами корни волос, чтобы убедиться, что вода достигла корней волос, затем выливал на голову три пригоршни воды, затем наливал воду на тело».
Барана в праздник Жертвоприношения должен закласть каждый взрослый мусульманин, который обладает «612,36 грамм серебра или имуществом, равноценным стоимости данного количества серебра, сверх базовых потребностей человека и его долгов в любой из трех дней курбани».
Однако если он странник (мусафир), то может этого не делать. А кто считается странником? Тот, кто вышел в путь с намерением пройти не менее 78 кум (90 км). Но если он задержался в каком-то месте дольше 15 дней, то это уже не странник.
В качестве курбани разрешается приносить в жертву коз, баранов (овец), коров (быков), бизонов и верблюдов. Возраст коз, овец, баранов должен быть не меньше 1 полного года, коров, быков и бизонов – 2 лет, верблюдов – 5 лет. Одной коровы, быка, бизона или верблюда достаточно для принесения в жертву от семи человек, козы или барана хватит только для одного человека.
Жертвенное животное нужно покупать за несколько дней до закалывания, чтобы человек успел к нему привязаться. Ведь Курбан Байрам – праздник в честь Авраама, который принес в жертву собственного сына, поэтому убивать нужно не что-то безразличное, а дорогое сердцу, близкое.
Животные курбани не могут быть увечными, одноглазыми, потерявшими «больше трети уха» (но с маленькими ушами – можно), с отломанными ногами, без ноги и т. д. Впрочем, если оно сумеет дохромать до места забоя, то годится для жертвы.
Большинство богословов и факихов считает, что из музыки в исламе допускается только чтение нараспев Корана. Все остальное прямо или косвенно запрещено Кораном и сунной. «И появятся в моей общине люди, которые будут считать дозволенным прелюбодеяние, шелк, вино и музыкальные инструменты». «Поистине, Аллах запретил мне вино, азартные игры и барабан. И все, что одурманивает – запретно». «Колокольчики являются свирелями шайтанов». Пророк называл среди признаков приближения конца свете широкое распространение музыкальных инструментов и певиц. Несмотря на это, некоторые богословы полагают, что по этому вопросу в исламе нет твердого мнения, поэтому музыка допустима.