Пророк, философ, оратор, законодатель, борец,
покровитель душ, новатор идей, имам,
государственный муж, создатель духовных империй
в двадцати районах земного шара – вот кто
Мухаммед (да благословит его Аллах и приветствует).
С каким великим человеком его сравнить?
Неужели его величие соизмеримо?
Утром все рано встали и с нетерпением ждали важной встречи. Больше всех суетились Вахид и Абубакар. Сурхо отдавал кое-какие указания и наставления.
– Ну что, вроде мы готовы, – сказал Сурхо.
– Мы пойдём пешком. Это недалеко. За скотиной и вещами, пока нас нет, присмотрят наши люди, – сказал Вахид. – Нас встретит Абу-Бакр со своими людьми. Именно он проведёт вас к посланнику Аллаха.
– Тогда в путь, – сказал Абубакар и пошёл вперёд, в сторону центра города, за ним потянулись и все остальные.
Народу в городе было много, почти со всех здешних краёв. Представители разных племён, которые, по разговорам, уже побывали у посланника Аллаха и приняли ислам.
С любопытством и стар и млад, а некоторые и с приветственными возгласами встречали гостей из далёкого края. Как Вахид и сказал, навстречу им пришли знаменитые сподвижники Мухаммеда (да благословит его Аллах и приветствует): уже знакомый им Абу-Бакр, Умар ибн аль-Хаттаб[93] и Усман[94] – в сопровождении многочисленных сторонников, мухаджиров[95], ансаров[96], асхабов[97] и других. После приветствия все направились к посланнику Аллаха.
Долгожданная встреча состоялась…
Ближе к полудню, после завершения встречи, нахские послы в сопровождении верного спутника Абубакара направились к месту стоянки. Некоторое время все молчали, никто толком не мог прийти в себя от увиденного и услышанного. Молчал, как и все, и Абубакар. Он заметил, что люди вышли от посланника Аллаха под сильным впечатлением. Он был доволен: его дело увенчалось успехом, славные представители народа, которым он всегда восхищался, теперь станут его братьями по вере.
Первым заговорил Сурхо – дрожащим от волнения голосом. Какая-то невидимая сила давила на горло, глаза увлажнились.
– Братья, прошу меня простить, – Сурхо замолчал и не торопясь вытер лицо. – Я вижу и ваше состояние, и ничего унизительного в этом нет. У меня такое чувство, что я разговаривал с самим Делой[98]. Я поздравляю каждого из вас с этим важным днём не только для нас с вами, но и для всего нашего народа. Надеюсь, что будущие потомки вспомнят нас добрым словом и благодарностью. Посланник Аллаха объяснялся на понятном нам языке. Мы ещё в пути слышали, что этот язык называют здесь древним арамейским. Отсюда вывод, что подтверждается и то, что эти места в своё время осваивали наши предки. Для нас это большая честь и гордость, а особенно то, что нам удалось пообщаться с самим посланником Аллаха. Не сомневаюсь, что нам придётся очень трудно при отстаивании истины у себя дома. Полагаю, что и число врагов у нас на родине увеличится. Я очень рад, что среди нас нет того, кто сомневался бы в нашем походе и в нашей цели. Верю в то, что дух нашего народа с именем Аллаха и Его посланника Мухаммеда (да благословит его Аллах и приветствует) станет ещё сильнее.
Крики, вырвавшиеся непроизвольно, эхом нарушили долгое молчание. Волнение охватило всех, особенно старших, никто не мог удержаться от слёз, а то и рыданий. Выплеск чувств после затишья в виде молчания набирал обороты. Люди стали обниматься, поздравлять друг друга.
Сурхо отрадно было наблюдать, как радуются люди. Абубакар подошёл и поздравил сначала Сурхо, затем и каждого брата по вере с успешным завершением похода.
Сурхо сделал знак Шадиду, тот сразу же подошёл к нему, а следом за ним – и Алимбек с Дадашем.
– Я думаю, надо организовать забой скота, – сказал Сурхо. – Накормите людей и устройте небольшой праздник. Сегодня мы можем немного расслабиться, а завтра у нас много дел.
Тем временем все только и обсуждали прошедшую встречу.
– Мухаммед (да благословит его Аллах и приветствует), когда говорил, всё время на меня смотрел.
– И вовсе не на тебя, а на меня…
– На всех поочерёдно смотрел, а в основном на Сурхо. Это вам хочется, чтобы так было.
– Я сразу понял, как увидел Мухаммеда (да благословит его Аллах и приветствует), что он святой.
– И откуда у тебя такой дар? – пошутил кто-то.
Вдруг кто-то крикнул:
– Едут! По-моему, это наши братья едут.
Вдали показалась второй карарван. Впереди на верблюде восседал Канташ, следом – кто на чём – ехали остальные. Встреча оказалась неимоверно радостной для всех. Можно было подумать, что они не виделись целую вечность. Как потом выяснилось, путь Канташа оказался немного сложнее. Сначала на них напал Юнус со своими разбойниками. Затем, не доезжая до Табука, на одном из привалов у них чуть не угнали лошадей, но бдительность дозорных сорвала разбойникам вылазку. Произошло сражение, в котором нападавшие, не ожидавшие такого исхода события, потеряв двоих убитыми, так же быстро удалились, как и появились. Трое горцев были ранены. Все думали и были готовы к тому, что грабители снова нападут, но всё обошлось. Их тоже встретили Геха и его люди и дали в сопровождение двух молодцев. Как и людям Сурхо, им тоже пришлось некоторое расстояние пройти по очереди пешком из-за нехватки лошадей. Жадные местные торговцы не уступали в цене.
Канташу пришлось долго объясняться с отцом. В конце концов, когда он передал слова Доку, Сурхо успокоился. В душе он был рад видеть сына здесь, но показывать это не имел права по законам суровых гор Кавказа. Не откладывая, несмотря на усталость, было решено, что они завтра же пойдут на приём к посланнику Аллаха. Абубакар занялся устройством этой встречи.
На второй день посланник Аллаха принял и Канташа с его воинами. Вместе с ними пошли Сурхо, Олхазар, Алимбек, Шадид, Дадаш и Чика. Они тоже дали обет принятия ислама. Прибывшие с обоими караванами нахи все до единого стали мусульманами. Каждый с тоской думал о родном доме. Представлялась радостная встреча с родными и близкими. Не просто встреча после долгой разлуки, а встреча настоящих героев, которые стали первопроходцами в поиске истинной веры для своего народа.
В сопровождении многочисленных представителей разных племён и сподвижников посланника Аллаха новоявленные мусульмане вернулись к месту стоянки. Людям было интересно всё о прибывших с далёкого Кавказа горцах, они задавали им вопросы, а Абубакар с удовольствием переводил. По указанию Сурхо забили ещё и верблюда, так что получился воистину пир на весь мир.
Люди веселились, изъяснялись, кто как мог. Местные были удивлены, что гости раздавали милостыню небольшими порциями мяса, приговаривая, что это ради Всевышнего Аллаха. После рассказывали, что, когда об этом узнал Мухаммед (да благословит его Аллах и приветствует), он остался очень доволен.
Так прошло две недели. Почти каждый день Сурхо и его соратники встречались с Пророком Мухаммедом (да благословит его Аллах и приветствует). Сам Мухаммед (да благословит его Аллах и приветствует) также побывал на месте стоянки нахов. Посланник Аллаха появился неожиданно. Все поднялись с мест, молодые стояли с особой выправкой. Когда их спросили, почему они встали, когда вокруг представители других племён сидят, то Сурхо ответил, что у нохчи принято вставать, когда подходит старший, когда подходит кто-то и здоровается, как же можно сидеть, когда подошёл сам посланник Аллаха? Позже они узнали, что посланник Аллаха остался доволен почтением нахов, их гостеприимством, уважительным отношением к старшим, в целом их традициями.
Каждый раз после прихода Сурхо от посланника Аллаха люди ждали от него свежих новостей. Им всё было интересно. Каждый старался узнать и увидеть как можно больше. Многие уже открыто давали понять, что стали тосковать по Кавказу. И вот в один прекрасный день после возвращения от Мухаммеда Сурхо попросил всех собраться для серьёзного разговора.
– Братья мои, как вы сами убедились, мы выполнили великое предназначение, – начал Сурхо. – Нам предстоит решить, как быть дальше. Как вы помните, мы обещали дома на заседании Мехк-кхела, что сразу отправим трёх гонцов обратно в путь. Уверяю вас, да вы и сами понимаете, что дома ждут всех нас. Пока мы все ехать не можем. Нам предстоит тяжёлый труд. Теперь по воле Аллаха мы все мусульмане. Уверен, что в будущем и весь наш народ пойдёт по этому пути. Так вот, мы тут посовещались и пришли к мнению, что в путь должны отправиться Олхазар, Алимбек и Канташ, теперь его имя Мухаммед. Канташ решил принять имя Великого Пророка. Это его желание, и я не стал этому препятствовать.
Раздались возгласы одобрения и удивления. Больше всех был удивлён Солта, который вспомнил слова Доку, что Канташ вернётся другим. Вот, оказывается, что он имел в виду!
– Всем остальным предстоит нелегкий труд. Пока мы здесь, должны очень многое познать в новой вере. Некоторые из нас, я потом назову имена, будут изучать Коран. Остальные же, кто хорошо держит в руках оружие, станут защищать интересы ислама вместе с нашими братьями по вере. Здесь предводитель войска, соратник Пророка, турпал[99] Али ибн Абу Талиб[100], мы будем в его распоряжении. Часть из нас будет служить в личной охране Пророка, это большая честь для нас.
У вас, наверное, возник вопрос, почему поедут именно те, кого я назвал. К сожалению, от разных гонцов и торговцев из дома поступают печальные вести. Я долго думал и понял: чтобы весь наш народ начал исповедовать ислам, понадобится не один десяток, может, и сотни лет.
Дело в том, что, проводив нас в путь, кто-то изо всех сил проповедует дома разные вероучения, об иудеях мы знаем, а теперь весьма оживились и христианские проповедники, не без помощи некоторых наших сородичей. Я, конечно, понимаю, чьих это рук дело, но пока с выводами воздержусь. Надеюсь, что мы все рано или поздно попадём домой и, что бы ни случилось, будем проповедовать ислам. Постараемся убедить всех заблудших, если надо будет, применим силу. Теперь это дело и цель каждого из нас – убеждать и убеждать.
В основном сторонники христианства – это аккинцы и гIалгIай. Вот и поручим Алимбеку в противовес им начать проповедовать ислам. Канташ, то есть теперь Мухаммед, приступит к своим обязанностям мехк-да, а в помощь ему, как свидетель исхода нашего пути, отправится Олхазар, чтобы рассказать людям, что мы здесь видели и слышали, как мы все приняли ислам с обетом самому посланнику Аллаха Мухаммеду (да благословит его Аллах и приветствует). Думаю, с ними можно отправить и Эрзи. Если Оуш всё правильно поймёт, то тоже начнёт проповедовать ислам.
– Поддерживаем, это правильное решение, – высказались собравшиеся.
– Общаясь с нами, посланник Аллаха и его приближённые были приятно удивлены нашими традициями и обычаями. Мы должны сохранить, а то и приумножить эти ценности. Это очень трудная задача, но это наш долг. Долг перед Аллахом и Его посланником Мухаммедом (да благословит его Аллах и приветствует).
– Поддерживаем, Сурхо, – раздались голоса одобрения. – Если и были у нас кое-какие сомнения, то теперь они рассеялись. Это действительно наша вера. Говори, что нам дальше делать, мы готовы ко всему.
– Спасибо, братья, за поддержку. Прежде чем отправим в путь наших товарищей, мы должны совершить хадж в Мекку, к священной Каабе. Мы уже договорились об этом с посланником Аллаха, более того, это его пожелание. К великому сожалению, Пророк сейчас чувствует себя нехорошо, иначе он возглавил бы наш хадж. Хадж с нами со своими людьми совершит знаменитый Абу-Бакр ас-Сиддик. На рассвете выезжаем. К нам присоединится и Салман с его воинами. Это будет хороший подарок для старца Гехи.
– Мы готовы. Это очень правильное решение, – поддержали люди Сурхо.
– Хочу посоветоваться с вами ещё в одном вопросе, – продолжил Сурхо с некоторым волнением.
– Говори, слушаем тебя.
– Дело в том, что, когда Пророк увидел удручающее состояние некоторых наших товарищей после нашего тяжёлого пути и особенно разбитые ноги, то распорядился выдать нам для обуви каракулевые шкуры. Что будем делать? Как мне кажется, будет неправильно из шкур, подаренных самим посланником Аллаха, шить обувь.
– А что, есть другие предложения? – задал кто-то вопрос.
– Есть, – ответил Сурхо решительно. – Предлагаю сшить из этих шкур папахи. Обувь можно и купить. Поверьте, это будет достойный сурум-куй[101]. Кроме того, говорят, что каракулевые шкурки недостаточно прочны для шитья обуви.
– Правильно, Сурхо. Это очень хорошая мысль, – первым высказал своё мнение Алимбек.
– Поддерживаем, по-другому и быть не может, – послышались возгласы согласия.
Историческое решение было принято. Все нахи совершили хадж в Мекку и вернулись в Медину.