Одновременно с завоеванием иранских владений арабы вели борьбу против Византии, стремясь захватить одну из наиболее богатых провинций империи Сирию. Дамаск, Тир, Бейрут и другие города были крупными центрами ремесла и торговли. Здесь процветало производство стекла, шелковых тканей, оружия. Сирийцы славились как строители кораблей и мореходы, сирийские гавани посещали корабли из разных стран. Через Сирию шли важные торговые пути Византии в Египет и через Иран в страны Востока.

Смешение этносов, языков и религий, характерное для Сирии, сохранилось до нашего времени. Где еще кроме Сирии, можно сегодня найти живых носителей арамейского языка, на котором говорил Иисус Христос!

Поселившиеся в I–II вв. в Сирии арабские племена поклонялись идолам, но со временем большинство отказалось от идолопоклонства и приняло христианство. С точки зрения православной церкви сирийские христиане были еретиками, так как придерживались учения монофизитов.

Несториане и монофизиты – течения в христианстве, возникшие в V в., расходившиеся с ортодоксальной церковью в трактовке соотношения божественной и человеческой природы Христа. В отличие от ортодоксальной догмы, о том, что Христос соединяет в себе две природы – божескую и человеческую, существующие нераздельно и в одном лице, несториане считали их раздельными и неслиянными, а монофизиты признавали только божественную природу Христа. Церкви Египта, Сирии, Палестины и Армении не приняли решений Халкидонского собора (451 г.), осудившего несторианство и монофизитство и продолжали отстаивать свою догматическую и организационную самостоятельность, не подчиняясь константинопольскому патриарху и имея патриархаты в Александрии, Антиохии и Иерусалиме.

Жестокие преследования монофизитов и тяжелое бремя налогов, беспощадно выколачивавшихся византийской администрацией, привели к тому, что население стремилось любой ценой освободиться от господства Византии. Мусульманам была известна обстановка в Сирии, и они умело ее использовали.

Сирийская хроника, рассказывая о походе арабских войск в 634 г., упоминает о наставлении, отданном Абу Бакром своим войскам: «Когда вы войдете в эту землю, не убивайте ни старого, ни малого, ни женщины… не срезайте деревьев, не повреждайте растений, не растерзывайте скота, ни быков и овец. Всякий город и народ, который примет вас, заключайте с ним договор, будьте верны в обещаниях им, пусть они живут по своим законам и по установлениям, бывшим у них до нашего времени, Установите подать как границу, которая есть между вами, чтобы они оставались в своей религии и в своей земле. Те, что ни примут вас, ведите с ними войну и обязательно следуйте всем указаниям и истинным законам, которые даны вам от Бога через нашего пророка, чтобы вы не прогневили Бога».

Численность войска, посланного Абу Бакром в Сирию, постепенно нарастала и достигла внушительного для того времени размера – 24 тысячи человек. Действиями против византийцев первоначально руководили четыре военачальника, их отряды находились на значительном расстоянии друг от друга, каждый был самостоятельной боевой единицей.

Общее руководство войсками халиф неожиданно возложил на полководца Халида ибн ал-Валида, отозвав его из Месопотамии. Повеление отправиться на покорение Сирии застало Халида врасплох. Спешно собрав отряд из 900 пеших и конных воинов, напоив верблюдов, Халид двинулся через Сирийскую пустыню кратчайшим, но самым опасным путем – по совершенно безводной местности. Воду несли в своих желудках верблюды. По мере необходимости верблюдов убивали, чтобы напоить лошадей и накормить воинов. Через восемнадцать суток отряд соединился с остальными силами арабов. Приняв на себя командование, Халид решил действовать сразу в нескольких направлениях: часть отрядов он отправил в разные районы Сирии, а сам возглавил войско, начавшее осаду Дамаска.

Тем временем брат византийского императора Феодор собрал большую армию и двинулся, вопреки ожиданиям арабов, не на выручку Дамаска, а в Палестину, вынудив арабов снять осаду с города и выйти навстречу византийцам. Решающее сражение произошло 30 июля 634 г. у местечка Аджнадайн недалеко от Иерусалима. Арабы выставили 20 000 воинов, а византийцы вдвое больше. Сирийский летописец Феофан так описывает битву: «Сомкнулись стороны друг с другом, и первое время преобладали ромеи (греки. – Т. С.) над арабами, но обошли их арабы, они дрогнули и устрашились, и надломилось сердце ромеев, опустились их руки, и они обратились в бегство». Победители «вернулись в лагерь, во все палатки и укрепления ромеев; они получили золото и серебро, роскошные одежды, рабов и рабынь без числа». Воодушевленные своим превосходством над грозными «ромеями», арабы продолжали завоевание Сирии и вновь подошли к Дамаску.

Дамаск был сильной крепостью. Арабы, не располагавшие осадными орудиями, не умели брать укрепленные города. Осада затягивалась. Через шесть месяцев под угрозой голода жителям пришлось вступить в переговоры с Халидом ибн ал-Валидом.

За капитуляцию Дамаска выступала группировка во главе с начальником податного ведомства Мансуром. Назначенный на эту должность императором Маврикием, он собирал налоги во время персидской оккупации. Впоследствии император Ираклий потребовал деньги, собранные за два года, но налоги были уже отправлены шаханшаху Ирана. Разгневанный император приказал жестоко наказать Мансура – избить, посадить в тюрьму и взыскать с него 100 тысяч динаров. Прощенный и возвращенный на прежнюю службу, Мансур не забыл унижения и способствовал подписанию договора с арабами, согласно которому населению Дамаска были дарованы неприкосновенность личности и имущества, христианам разрешалось сохранять свою веру. Халид обещал не разрушать город и не ставить воинов на постой. Взамен жители должны были выплатить значительную контрибуцию и принять на себя обязанность вносить подушную подать. После заключения договора один отряд мусульман ворвался в город с боем, а другой вошел мирно, преодолев крепостные стены при помощи лестниц, принесенных монахами соседнего монастыря.

Взяв Дамаск, арабы двинулись на север, не встречая сопротивления со стороны населения. Между тем император Ираклий собрал остатки армии и вновь направил ее к Дамаску. На своем пути императорские войска разоряли селения, признавшие власть арабов – «язык не поворачивается сказать о зле, причиненном ромеями при их прохождении» с горечью отмечает сирийский летописец.

Войско Халида вышло навстречу византийцам и сразилось с ними 20 августа 636 года у реки Йармук (Ярмук), впадающей в Иордан. В «Истории халифов» армянский летописец VIII в. Гевонд сообщает о поражении византийцев: «Утомленные зноем солнечным, безводностью пустыни и песков, обремененные тяжестью оружия, бросились они в середину неприятеля. Но неприятели, мгновенно сев на коней, напали на них и поразили многих из войска греческого».

Наиболее стойкое сопротивление арабам оказала императорская пехота, почти вся погибшая на поле боя. Всадники же не выдержали стремительного удара кавалерии. «И были побеждены ромеи, обратились в бегство и бежали от арабов, которые начали уничтожать их мечами. Смешались ромеи и не знали куда бегут… Так как они бежали поспешно, они падали с высоких утесов, разбивались, и умерло их много тысяч, больше тех, что были убиты в бою» – свидетельствует сирийская летопись.

Битва при Йармуке решила судьбу Сирии и Палестины. У императора Ираклия больше не было армии, способной противостоять завоевателям. Многие укрепленные пункты сдавались арабам без сопротивления и, хотя вторичная осада Дамаска продолжалась несколько месяцев, а Кесарею арабы осаждали еще в течение семи лет, было очевидно, что восточные провинции утрачены Византией навсегда. В 638 г. пала Антиохия – прежняя столица восточных земель Византии. Многие арабские племена, исповедовавшие христианство, приняли ислам и участвовали в походах на стороне мусульман. Покидая страну, Ираклий воскликнул: «Прощай, Сирия! Какая это прекрасная страна для нашего врага!».

Вскоре была завоевана и Палестина. Дата падения Иерусалима окончательно не установлена. По сведениям средневековых хроник, арабы вошли в Иерусалим в 637 или 638 г. Российские востоковеды, изучая некоторые события в жизни города, о которых имеются вполне достоверные сведения, пришли к мнению, что Иерусалим сдался не позже марта 637 г.

Халиф Омар, одетый, подобно простому воину, в потертый плащ из верблюжьей шерсти, въехал в Иерусалим на самом обычном, ничем не украшенном верблюде, к седлу были прикреплены только деревянная миска и мешок с ячменными лепешками и сушеными финиками. Скромный вид «повелителя правоверных» (амир ал-муминин) как уже несколько лет именовали халифа, поразил жителей города, привыкших к пышным выездам византийского императора и иерусалимского патриарха. Позднейшая византийская хроника называла поведение халифа «сатанинским лицемерием». На самом деле первые халифы, в том числе и Омар, мало чем отличались от своих подданных в образе жизни, привычках и склонностях.

Арабские военачальники, во время походов захватившие богатую добычу, выехали навстречу халифу в шелковых и парчовых одеяниях, на конях с дорогой сбруей и были немало смущены видом Омара. Может быть, это только благочестивые рассказы, но халифу приписывают слова возмущения, брошенные в адрес «правоверных»: «Быстро же вы отвернулись от своих взглядов. Встречать меня в такой одежде! Ишь, отъелись за два года».

В Иерусалиме, по свидетельству христианских хроник, Омар очистил от груды мусора скалу, «на которой Бог говорил с Иаковом…и назвали ее израильтяне «Святая Святых». Рядом была возведена небольшая мечеть Омара, на месте которой позже построили мечеть аль-Акса. При халифе Абд ал-Малике (686–691) над скалой рядом с мечетью ал-Акса возвели мечеть «Куббат ал-Сахра» («Купол скалы»). В мусульманской традиции скала отождествляется с местом вознесения Пророка во время «ночного путешествия» (ал-Исра ва-л-Мирадж), а Иерусалим называется ал-Кудс («Святой»). Иерусалим сдался на почетных условиях: христианам гарантировалась неприкосновенность жизни, имущества и церквей. Они сохранили свободу вероисповедания, но дали обязательство не препятствовать тем, кто хочет принять ислам. Разумеется, население Иерусалима стало подданными халифа и, было обязано платить налоги.

В Иерусалиме Омар провел совещание высших военачальников, на котором были выработаны основы управления завоеванной территорией и намечены планы дальнейших походов. Стремительный захват одной из важнейших провинций Византийской империи – Сирии, как и разгром сасанидского Ирана, подняли престиж Арабского халифата в глазах тогдашнего мира. Богатая Сирия, расположенная на пересечении важнейших торговых путей Востока, стала базой дальнейших завоеваний арабов.