В нескольких местах Ибн Сина рассуждает о классификации наук. Так, в трактате «‘Уйун ал-хикма» он приводит почти тот же порядок, что и Аристотель. Но в книге «Мантик ал-машрикийин» он представляет иную классификацию.

В начале главы «Физика» трактата «‘Уйун ал-хикма» Ибн Сина даёт определение мудрости и делит её на две части: практическую и теоретическую. И затем делит каждую из них на три части.

Практическая мудрость делится на гражданскую, бытовую и нравственную части. Польза гражданской мудрости заключается в познании взаимодействия людей ради физических интересов и сохранения человеческого рода. Польза бытовой мудрости – в познании того взаимодействия, которое должно быть между членами семьи ради её интересов.

Теоретическая мудрость делится на естественную, математическую и первую философию.

Естественная мудрость относится к движению и изменению. Математическая мудрость – к тому, что ум может аб-страгироватьcz от изменения, даже если его существование связано с изменением. А первая философия – мудрость, которая касается того, что не подвержено изменению и в чём никогда не будет изменения, разве что акцидентно. Божественная философия, которая является божественным знанием, есть часть этой первой философии[1104].

В книге «Мантик ал-машрикийин» Ибн Сина делит науки сначала на два общих вида:

1. Науки, которые иногда актуальны, а иногда нет.

2. Науки, которые всегда и всюду одинаково актуальны. Именно они должны называться «мудростью»[1105].

Сам Ибн Сина не даёт этим двум видам науки никакого названия, но некоторые называют первый вид частным, а второй – общим[1106]. Возможно, названия «временные» и «постоянные» были бы более подходящими.

Затем Ибн Сина делит второй вид науки на две категории:

1. Второстепенные науки, такие как медицина и земледелие.

2. Основные науки, которые делятся на два вида:

а. науки, которые являются средством для познания того, что существует в мире, и того, что было до него;

б. науки о том, что существует в мире, и о том, что было до него. Они не являются средством для познания иных наук[1107].

Ибн Сина делит последний вид на две категории: теоретические и практические науки, а затем делит теоретические науки на четыре части: естественную, математическую, теологическую и общую науку. И практическую науку он также делит на четыре части: науку о морали, о ведении хозяйства, об управлении городом и о законодательстве[1108].

Он прибавляет «искусство законодательства», или «пророчество» как необходимое знание к трём видам практических наук, которые были представлены Аристотелем, и утверждает, что любое взаимодействие, будь то дома или в городе, нуждается в двух вещах: легальном законе и его исполнителе. Исполнитель этого закона в городе и дома не может быть одним и тем же лицом. В городе необходим один управитель, а в каждом доме – другие.

Поэтому следует отделить управление домом от управления городом. Но что касается законодателя, то ситуация тут иная. В каждом вопросе он должен принимать во внимание и город, и дом. Законодатель города не может быть одним, а законодатель дома – другим. Не каждый разумный человек способен быть таким законодателем. Такое законодательство определяется Господом, и оно может быть возложено только на «пророка». Поэтому наука о законодательстве должна считаться отдельной и независимой[1109].

В трактате «Аксам ал-‘улум ал-арба‘а» Ибн Сина делит мудрость на теоретическую и практическую, и затем каждую из них делит на основную и второстепенную части. Так, например, он делит математическую мудрость, одну из частей теоретической мудрости, на четыре науки: нумерологию, геометрию, астрономию и музыку. Затем, дав каждой из них определение, перечисляет их второстепенные составляющие. Так, из геометрии он выводит науку о мерах и весах, науку об оптике и зеркалах, науку о межевании и науку о тяжестях (статика)[1110].