Прежде чем завершить главу об основах педагогической мысли «Братьев чистоты» и представить их педагогические взгляды, мы вкратце изложим их точку зрения на любовь, чтобы показать другую картину их антропологии и разъяснить пределы духовных возможностей человека.

Вначале авторы «Раса’ила» дают любви такие определения, как болезнь и безумие, и неласково отзываются о ней, но затем употребляют иные выражения и называют её страстью к единению. Объясняя это, они утверждают, что единение присуще лишь духовным явлениям и состояниям, так как в физических вопросах возможны лишь сближение и смешение, но не более того.

Любовь начинается с обращения взгляда на возлюбленный объект. Этот взгляд подобен посеву. Сначала влюблённый желает сблизиться с возлюбленной, а когда достигает этой цели, то хочет уединиться с ней. Затем он желает объятий и поцелуев, а после этого – слияния. И всё это время его страсть увеличивается[789].

У любви есть несколько видов и степеней в соответствии с видами и степенями души[790]. Душа, как было сказано, бывает трёх видов: набатиййа шахваниййа (растительная, страстная), гадабиййа хайваниййа (гневливая, животная) и натика (глаголющая, разумная). Так и любовь делится на три вида: к еде, питью и соитию, к силе, победе и власти, к знаниям и добродетелям.

У возникновения любви есть свои причины, в том числе расположение звёзд при рождении[791].

Уровень знаний души оказывает определённое влияние на вид её любви. Так, простые люди влюбляются в красивые творения, а избранные – в их творца[792].

«Братья чистоты» дают любви такое определение, которое довольно ясно указывает на большой потенциал человеческой души, но оно выражено при помощи таких фраз и оборотов, что утрачивает свой гностический оттенок.