Изложение методологии исследования проблемы сферы влияния религии убережёт исследователей от ошибок и заблуждений. Поэтому при использовании внутрирелигиозной методологии, внерелигиозной методологии или квинтэссенции обеих этих методологий необходимо избрать конкретную методику. Под «методологией исследования» мы понимаем следование чётким принципам изучения, процесс, направленный на достижение результатов исследования. Исследованием же мы называем усилия по установлению степени проникновения религии в различные отрасли науки.

Некоторые исследователи в процессе выявления степени распространения шариата используют исключительно внерелигиозные методики, отвечая на вопросы, поставленные в рамках данной проблематики, с позиций рационализма, прагматики и функционализма. Другая группа исследователей довольствуется лишь внутрирелигиозной методологией, Писанием и преданием. Философы и религиоведы демонстрируют три подхода в отношении к разуму. Существует группа крайних рационалистов, которые, следуя своим убеждениям, представляют религию легендами и фантазиями; не ожидая от самой религии ничего, они убеждены, что разум способен удовлетворить любые запросы человека. Эпоха Просвещения возвысила голос в защиту этого утверждения, закрепив периферийное положение религии[113].

Ряд историков приписывал подобные суждения и Закарийи Рази (251–313 гг. х. / 865–925 гг. н. э.)[114]. На Западе по этому пути шли Джон Локк, Дэвид Юм, Огюст Конт, Вольтер и Жан-Жак Руссо. Другой подход крайних рационалистов хорошо прослеживается на примере последователей школы му‘тазилитов. Несмотря на то, что последние выдвигают разум на передний план в области догматики, во второстепенных вопросах они не пренебрегают религиозными постулатами. Однако при толковании догматических положений они впадают в крайность.

Другая группа – крайние антирационалисты, которые, отрицая всякую связь религиозности и рационализма, главным условием принятия религии считают отказ от разума. Девиз этой группы – «Не стремись понять, чтобы поверить»[115]. К их числу относятся, например, христианские философы-фидеисты Блез Паскаль, Людвиг Витгенштейн и Сёрен Кьеркегор, а также мусульманские тексту-алисты и традиционалисты Ахмад ибн Ханбал, Ибн Таймийа и отчасти ахбариты[116].

Третья группа – умеренные рационалисты, которые с уважением относятся к разуму как к познающей силе и считают его источником извлечения из священных текстов религиозных предписаний и догматов. Опираясь на авторитет разума, они постигают авторитет шариата и ограниченность самого разума, признавая направляющую роль религии в отношении него. Однако, допуская, что разум может ошибаться, что он неспособен выявить второстепенные положения религиозного учения, они, тем не менее, считают его ключом и светильником для религии.

Представители этой группы не признают абсолютной несовместимости между категорическим суждением шариата и категорическим суждением разума, а в случае возникновения противоречий отдают предпочтение категоричности над предположением. В алидской традиции также наблюдается умеренный рационализм. В рамках данной модели рационализм подтверждает методологию, основанную на непосредственном религиозном опыте. Итак, для изложения методологии изучения проблемы сферы влияния религии обратимся к школе Повелителя верующих.

Говоря о границах влияния опыта, имам ‘Али признает ограниченность чувственного опыта и его неспособность лицезреть Высшую Истину, пребывающую в глубинах сокровенных тайн. Он отмечает, что на божественные качества не опустится завеса мысли и ни одно сердце не завершит своих исканий свойств Аллаха. К Нему нет пути для анализа и разделения, глаза и сердца не в силах охватить Его. В других отрывках своего дискурса Повелитель верующих указывает на опыт познания высших истин с помощью глубинных, духовных чувств – постижение Света Откровения следует искать подобным же образом. Имам ‘Али считает, что сила разума сильнее чувственного восприятия, он говорит, что разумную мысль никогда нельзя приравнивать к зрительному или телесному познанию, ведь нередко глаза лгут своему хозяину. Того же, кто взыщет разума, последний не предаст.

При этом ‘Али признаёт ценность опыта и считает его условием для руководства и управления, а также одним из факторов культурного процветания и секретом успеха. Различные виды исторического опыта он представляет опорой для правильных традиций и невиданного богатства и советует пользоваться чужим опытом. Беспечность же и привязанность к материальному Имам считает препятствием для обращения к чужому опыту[117].

В своём письме к Малику ал-Аштару имам ‘Али даёт ему наказ: «Чиновников избирай из числа людей опытных, совестливых, из семей чистых и богобоязненных, обладающих блестящим прошлым в исламе»[118]. О ценности опыта Имам говорит: «Тому, кто не извлёк пользы из опыта, ниспосланного Аллахом, не помогут никакие советы и наставления – недальновидность будет преследовать его»[119]. Или: «Памятование и использование опыта – секрет успеха»[120]. Или: «Воистину, несчастен тот, кто лишится разума и опыта, что стали его уделом»[121].

Итак, мы выяснили, что опыт в его различных значениях (чувственное восприятие, житейский и коллективный опыт, а также профессиональный опыт), при всей его ограниченности в постижении всевозможных реалий, особенно Святой Божественной Сущности, тем не менее, обладает достаточным авторитетом, и имам ‘Али не признаёт несоответствия между религией и опытом. Подобные же авторитет и ценность присваиваются и человеческому разуму. Разум – это инструмент эпохи перехода от неведения к пророческому периоду, а в философии пророческого периода кроется секрет процветания разума[122].

Святой Законодатель ради сохранения ясности разума запретил винопитие[123]. Разум – это ни с чем не сравнимое богатство, и между разумом и верой существует теснейшая связь. Повелитель речений говорит о ценности разума в своих высказываниях, посвящённых вопросам философии, ‘ирфана, этики, политики, экономики и управления: по его мнению, отказ от разума как от основы приведёт человека к провалу во всех перечисленных областях. Вместе с тем имам напоминает и об ошибках разума, прибегая к защите Аллаха от снов, навеянных разумом. Он неоднократно предупреждает об ограниченности круга рационального познания и, в частности, говорит: «Итак, в тех вопросах, в глубины которых не проникнет око и не просочится мысль, не используй своего рассуждения».

Имам также говорит: «И ты довольствуйся тем, что находится в пределах твоего понимания, и не меряй Аллаха мерками своего разума. В противном случае ты погибнешь». К бедствиям, причиняемым разумом, которых следует сторониться, имам ‘Али причисляет мечтания, потакание страстям, привязанность к материальному, человеческую привязанность, эгоизм, кризис и напряжение, стремление к комфорту, жадность, бедность и общение с неразумными[124]. О значении разума Повелитель верующих говорит: «Нет богатства полезнее разума, нет разума лучше дальновидности»[125]. Или: «Величайшая бедность – глупость»[126]. Или: «Довольно для тебя разума, который различает для тебя путь заблуждения от пути спасения»[127].

Заслуживает внимания тот факт, что разум – это путь избавления от бед и несчастий для сердца нуждающегося. Имам ‘Али говорит об этом так: «Разумный сердечным оком видит окончание дела»[128]. Или: «Блажен тот, кто обладает чистым сердцем и покоряется Наставляющему Аллаху!»[129]

Однако условием сердечной чистоты является богобоязненность: «Воистину, страх перед Ликом Аллаха – целительное лекарство для ваших сердец и прозрение от сердечного ослепления»[130], «Тот, кто недостаточно воздержан, у того мёртвое сердце, а тот, у кого мёртвое сердце, впадёт в огнь геенны»[131].

Итак, мы определили методологический подход к изучению религии и сферы её влияния, а также выяснили ценность чувственного восприятия, опыта и разума наряду с религией и Откровением, с точки зрения имама ‘Али. Однако необходимо обратить внимание и на то, какими методами, кроме вышеупомянутых, имам ‘Али пользовался для установления сферы влияния религии. Иными словами, какие методы должны использовать исследователи при изучении сферы влияния религии в алидской традиции. По мнению автора настоящих строк, при установлении области распространения шариата с точки зрения алидской традиции можно идти следующими путями: определение сущности пророческой миссии, объяснение функций религии, изложение характерных особенностей Корана и Сунны, выявление границ распространения религии в различных отраслях экономики, политики, богословия, права, этики, воспитания и т. п.