После второй мировой войны в мире воцарилась двухполюсная система, и таким образом европейская общественная структура формировалась вокруг осей идеологического противоборства двух победителей в этой войне. В этом процессе европейцы, опасаясь советской угрозы Западу, для гарантирования своей безопасности в марте 1948 года подписали договор об обороне под названием «Брюссельский пакт», который в итоге завершился созданием Западноевропейского союза (ЗЭС), членами которого стали такие страны, как Англия, Франция, Бельгия, Голландия и Люксембург [170: 122–123]. После некоторых изменений и вследствие присоединения к нему в апреле 1949 года США и Канады данный пакт стал основой для формирования «Организации Североатлантического договора» (НАТО). Устав Североатлантического договора состоит из 14 статей, важнейшей среди которых, видимо, является статья 5. В соответствии с ней любое вооруженное нападение на одну или несколько из договорившихся стран рассматривается как нападение на них в целом, и для отражения подобного нападения будут мобилизовываться все члены Организации.
После распада в 1991 году Советского Союза, ликвидации Организации Варшавского договора и окончания «холодной войны» североатлантический альянс столкнулся с кризисом идентичности. В этом процессе основным фактором, благодаря которому удалось сохранить НАТО, служили усилия США, ибо свое дальнейшее военное присутствие в Европе они могли обеспечить только посредством НАТО. При этом большинство стран Восточной и Центральной Европы рассматривали НАТО в качестве щита против будущей неустойчивости Востока и вмешательства России и серьезным образом стремились к членству в этой организации. Некоторые республики бывшего Советского Союза, особенно Беларусь, убеждены, что распространение НАТО приводит к усилению нестабильности, но некоторые из них, акцентируя необходимость сохранения добрых отношений с Россией, все же стремятся к членству в НАТО [218: 80].
В любом случае стратегия НАТО, направленная на обеспечение своего выживания, в атмосфере после «холодной войны» изменилась, и с учетом вопросов современного периода на саммитах глав государств-членов НАТО, проходивших в январе 1990 года в Лондоне, а затем в ноябре 1991 года в Риме, была разработана новая стратегия.
С другой стороны, республики Центральной Азии и Кавказа, обретшие независимость поле распада Советского Союза, оказались в центре внимания европейских стран. Европейские лидеры хорошо осознавали, что соседство с недавно обретшими независимость странами является геополитической реальностью, которая возникла перед ними как в качестве вызова, так и в качестве возможности. Если бы Запад выбрал стратегию «закрытых дверей» применительно к странам Центральной Азии и Кавказа, то, наверное, в краткосрочном плане это обошлось бы ему дешевле. Но в долгосрочной перспективе, несомненно, подобная политика была бы чревата множеством рисков и угроз для Запада.
В этой связи страны-члены НАТО в декабре 1991 года приступили к созданию Совета североатлантического сотрудничества (ССАС), призванного через усиление своего влияния в бывших коммунистических странах пытаться предотвращать повторное усиление Москвы. В марте 1992 года все страны СНГ, включая республики Центральной Азии и Кавказа, стали членами упомянутого Совета сотрудничества. В результате количество членов Совета в течение двух лет перевалило за 38, и он взял под свой контроль огромные географические просторы от Ванкувера до Владивостока. В совокупности деятельность Совета североатлантического сотрудничества охватывает различные сферы, начиная от политических консультаций до сотрудничества в области науки и технологии.
С другой стороны, НАТО приступила к разработке программы под названием «Партнерство ради мира» (ПРМ), которая до определенной степени отличалась от ее прежней деятельности. Программа «Партнерство ради мира», принятая в январе 1993 года на саммите глав государств-членов НАТО, была направлена на привлечение государств, не являющихся его членами, к участию в военно-оборонительном сотрудничестве с Североатлантическим блоком. Данная программа предусматривала заключение двусторонних договоров между НАТО и каждой страной, не являющейся членом альянса и пожелавшей сотрудничать с ним, в рамках индивидуального плана взаимодействия.
Программа «Партнерство ради мира» основана на признании неотделимости национальной безопасности от безопасности международной, и формула «партнерство ради мира» считалась практическим и подходящим способом решения вопросов о сотрудничестве в переходном периоде [196: 1 – 14]. Таким образом, все страны Центральной Азии, кроме Таджикистана, с самого начала создания ПРМ стали ее членами. В качестве причин присоединения этих республик к программе ПРМ, которая была разработана европейцами, можно указать необходимость укрепления национального суверенитета, уменьшения зависимости от России и модернизации национальных армий стран региона.
Кроме того, НАТО в течение последних лет в рамках «Индивидуального плана действий партнерства» (ИПДП) оказала странам региона значительную помощь, к которой, в частности, относятся совместные военно-тренировочные учения, тренировки по готовности к стихийным бедствиям, перевод оборонной промышленности на выпуск продукции невоенного назначения, обучение военного персонала английскому языку и создание интернет-провайдеров.
Соответственно, в течение последних лет влияние и присутствие НАТО в Центрально-Азиатском регионе постепенно укрепились. Тем более что страны Центральной Азии также были заинтересованы в расширении НАТО. Ибо они путем сотрудничества с этим альянсом получили доступ к иностранной помощи, укрепили свою военную мощь и достигли разнообразия своей внешней политики.
Но подобное сотрудничество означает присутствие чужих военных сил на границах Ирана и может сопровождаться серьезными угрозами для национальной и военной безопасности страны. Действительно, всякое расширение НАТО на восток и развитие сотрудничества стран Центральной Азии с этим альянсом по военному делу и по вопросам безопасности считается прямой угрозой для национальных интересов Ирана и для его безопасности. И подобное положение является серьезным вызовом для внешней политики Ирана в Центрально-Азиатском регионе. Конечно, нельзя забывать, что США в Афганистане оказались в затруднительном положении и во избежание этой дилеммы считают сотрудничество с Ираном по некоторым вопросам необходимым.