Язык имеет аудиальную природу и представляет собой речь и ее слуховое восприятие. Слух является наиболее отвлеченным чувством и способен проникать в наиболее абстрактные и внутренние пласты человеческой психики. Согласно упрощенной формуле, уши – это врата сердца, а сердце – уста души. Уши и слух обладают такими способностями, преимуществами и тонкими свойствами, которых нет в глазах и зрении (по этой тематике см.: Садр ад-дин аш-Ширази, 1990. Т. 8. С. 177). Поэтому особое значение имеет рассмотрение мелодики языка и такой категории, как слух.

Что касается слуха, необходимо учитывать еще несколько важных моментов:

• Механизм слуха, в отличие от механизма зрения, если не брать в расчет электромагнитные и неврологические аспекты, опирается на очень сложный механический аппарат (Кинзлер, 1364. С. 1). Процесс слухового восприятия обусловлен «движением» с обеих сторон (Насиф, 2006. С. 3). Если не будет движения, не будет также и звука, а следовательно, и слуха. Звук возникает вследствие движения, трения и соударения частиц и после того, как благодаря движению молоточка в среднем ухе происходит колебание барабанной перепонки, которое отражается на теле, передается в мозг и продолжает свой путь далее, утверждаясь и сохраняясь в человеческой душе. Эта особенность делает процесс слухового восприятия живым и позволяет ему оказывать более глубокое влияние по сравнению со зрением.

• Слуховое восприятие может создавать эффект зрительного восприятия, то есть музыковеды путем сочетания различных мелодий могут формировать у слушателя ощущение различных событий со всеми их визуальными проявлениями и воздействиями. Точно так же визуальные образы могут в определенной мере помогать восприятию аудиальной информации. Например, световые волны могут содержать в себе звуковой или музыкальный ритм, однако сам звук обладает куда более сильным эффектом воздействия.

• Понимание человеком музыки возрастает по мере ее слухового восприятия (Копленд, 1364. С. 18).

• Музыка – это относительно абстрактная категория звука, которая направлена вовне, то есть во внезвуковое пространство (Там же. С. 11).

Разумеется, в мелодике языка звуковой аспект имеет большее значение, а звуковое обучение, которое лежит в основе музыкальной деятельности, становится в аудиальной коммуникации основным инструментом совершенствования (Валин и др., 1385. С. 85).

Один автор пишет в этой связи следующее: «Музыку нужно только и исключительно слушать. В этом утверждении нет ничего удивительного или нового. Оно даже может показаться банальным. Однако как бы то ни было именно в этом состоит сильная сторона музыки, и именно этот аспект позволяет задействовать все остальные аспекты музыки» (Грэхам, 1383. С. 165).

Вдобавок ко всему вышесказанному звуковой аспект языка занимает особое место в обучении Корану. Обучение Корану началось со слов «Читай!», и процесс обучения должен вплоть до самых последних своих этапов следовать по пути слухового восприятия (Хошманеш, 13886. С. 30–39, 131, 183–189). Слуховое восприятие Корана делает его понимание более глубоким, чем при одном лишь визуальном восприятии. Вдумчивое осмысление Корана опирается на лексическую и семантическую связь между аятами, как и в случае с памятью, которая в большей степени полагается на слух, чем зрение. Во многих случаях, когда человек воспринимает что-либо или какой-либо научный предмет визуально, он стремится проговорить это про себя и запомнить в вербальной форме, а затем, чтобы вспомнить, вновь воссоздает для себя этот звук, пусть даже и в чисто мысленной форме. Например, чтобы вспомнить адрес или номер телефона из своей записной книжки, человек не воспроизводит в сознании образы букв или цифр.