В разделе о познании Бога мы разъясняли, что акт Божественного творения не является бесцельным и бессмысленным, а представляет собой любовь к добру и совершенству, это есть объективное проявление Божественной Сущности, принадлежащее этой Сущности и подчинённое Её влиянию, несущее высочайшие блага и совершенства. И поэтому Господь создал мир таким образом, чтобы в нём существовали максимально возможные блага и совершенства. Этим способом мы доказали наличие у Господа атрибута мудрости, необходимым условием которого являются достижения всеми творениями надлежащего им совершенства. Но так как материальный мир является местом всяческих препятствий, а блага и совершенства материальных существ находятся во взаимном противоречии, то мудрый Божественный промысел обуславливает такой порядок, чтобы этим существам досталось больше блага и совершенства, другими словами, чтобы мир обладал наилучшим порядком. Именно поэтому совокупность элементов, качества, количества, взаимодействия и движения всех существ в мире урегулирована так, чтобы была подготовлена почва для сотворения Вселенной и живых существ, а в конечном счёте, для сотворения человека, который является самым совершенным творением в этом мире. И если бы материальный мир был создан так, чтобы в нём возникновение живых существ оказалось невозможным, то это находилось бы в противоречии с принципом мудрости.
А теперь добавим: с учётом того, что человек обладает духом, способным к постоянству, и может стать обладателем вечных совершенств, которые с точки зрения положения и бытийной ценности стоят несравнимо выше материального совершенства, если его жизнь ограничивается этим мирским бытием, то это также противоречит Божественной мудрости. Особенно принимая во внимание то обстоятельство, что мирская жизнь переплетена с множеством трудностей, забот и неприятных моментов, и в этом мире ничего не достаётся без труда и усилий. И данное обстоятельство приводит расчётливых людей к той мысли, что все эти мирские ограниченные удовольствия не стоят стольких забот и стараний. Именно в результате подобной расчётливости возникает склонность к тщетности и суете, и некоторые люди, несмотря на свою природную тягу к жизни, склоняются к суициду.
Действительно, если бы жизнь человека состояла только в том, чтобы он постоянно трудился, соизмеряя силы с природными и социальными трудностями, чтобы хоть на мгновение почувствовать радость и удовольствие; а затем выспаться, чтобы подготовиться к новым действиям и подчинить свою деятельность ежедневному добыванию куска хлеба, и чтобы, съев его, хоть на мгновение получить удовольствие, – и на этом всё! – то подобную утомляющую рутину не одобряет его разум. Примером в данном случае может служить жизнь шофёра, который стремится доехать до бензозаправочной станции и заправить полный бак бензина, затем, израсходовав весь этот бензин, доехать до следующей станции заправки, и он будет продолжать этот кругооборот до тех пор, пока машина не сломается или не попадёт в аварию.
Естественно логическим выводом при подобном взгляде на жизнь может быть только напрасная трата времени. С другой стороны, один из подлинных стимулов, заложенных в природе человека Божественным замыслом творения, является тяга к сохранению жизни и к вечности. И эта тяга служит двигателем, который направляет человека в сторону вечности, постоянно ускоряя его движение. А теперь предположим, что этот двигатель на высокой скорости непременно разобьётся о скалы. Разве тогда цель создания этого двигателя сочетается с подобной конечной целью и судьбой? Следовательно, наличие упомянутой природной тяги может соответствовать Божественной мудрости лишь тогда, когда после этой бренной и обречённой на смерть жизни человека ждёт другая жизнь.
С добавлением этих двух предпосылок (то есть Божественной мудрости и возможности вечной жизни для человека) мы приходим к такому выводу, что, кроме этой ограниченной мирской жизни человека, должна существовать другая жизнь, чтобы смысл его бытия не противоречил Божественной мудрости.
А природную тягу человека к вечности можно принять в качестве другой предпосылки и вместе с Божественной мудростью считать ещё одним аргументом.
Таким образом выяснилось, что вечная жизнь человека должна обладать иным порядком, нежели его земная жизнь, чтобы она не была сопряжена с огромными заботами, иначе продолжение этой земной жизни, будь даже она вечной, не соответствовало бы Божественной мудрости.