Далеко не каждый способен быть другом этому семейству. Дружба – дело нелегкое, она отличается от повиновения, предписанного законом.

Ученик привязан не к каждому учителю. Привязанность – это нечто иное. Дружба с ‘Али и его потомками не в том, чтобы только принимать все, что они говорят. Нет, речь идет о любви. Мы должны принять их в своем сердце.

Независимо от того, нападут сверхдержавы на Иран или нет, народ готов защищать свое государство. Это ради любви к Хусайну ибн ‘Али. А ради чего-либо иного народ не берег бы свою страну. Притяжение любви к этому семейству – нечто иное. Ибо люди знают, что когда мученик за веру присоединяется к этому семейству, то он достигает вечного счастья, а оставшиеся в живых пребывают в безопасности благодаря этой связи.

Имам Хасан ибн ‘Али в большинстве своих полных благословений путешествий в Мекку ради стяжания большей милости перемещался пешим, хотя в его распоряжении и были быстрые средства передвижения. В одном из таких путешествий у Имама опухла нога, и он сказал слуге: «Возьми деньги. Впереди идет темнокожий человек. Отдай ему деньги, забери у него мазь и принеси. Я воспользуюсь ей для лечения». Слуга ушел и увидел темнокожего человека, которого описал ему Имам. Тогда он спросил у него: «У тебя есть мазь для [лечения] распухшей ноги?»

– Да.

– Возьми деньги и дай мне мазь.

– Для кого ты ее берешь?

– Для Хасана ибн ‘Али.

– Хасан ибн ‘Али – мой господин, которого я почитаю. Возьми мазь и отнеси ему.

– Я должен купить у тебя эту мазь. Если же ты испытываешь уважение к Имаму, то явись к нему сам и засвидетельствуй свое почтение.

Слуга отдал деньги, взял мазь и они вместе отправились к Хасану ибн ‘Али. И вот, между Меккой и Мединой, на этом палящем зное тот человек сказал Имаму: «О внук Посланника Аллаха! Когда я выходил из дома, чтобы отправиться в путешествие, жена моя была беременна. Помолитесь, чтобы мой ребенок оказался в числе ваших друзей и ваших сторонников». Это лучшая молитва, которую он мог попросить у Имама. Хасан ибн ‘Али сказал: «Аллах даровал тебе ребенка. Он шиит и любит нас»[329].