Другая сторона исламской реформы в этом плане заключается в том, что соблюдение принципа справедливости было объявлено главным условием семейных отношений, а всякая дискриминация по отношению к жёнам и детям считалась предосудительной. В Священном Коране относительно женитьбы отчётливо говорится: «А если боитесь, что не будете справедливы, то (женитесь) на одной»[185].
В доисламском мире принцип справедливости в отношениях между детьми и жёнами вовсе не соблюдался. Ранее мы приводили высказывания Кристенсена о том, что в Сасанидском Иране полигиния была распространённой формой брака, а по отношению к жёнам и детям допускалась дискриминация. Например, одна или несколько жён считались привилегированными (падишах-зан) и пользовались широкими правами, а остальные были объявлены жёнами-служанками (чакар-зан) и наделены меньшими привилегиями. Из числа детей, родившихся от жён-служанок, принимались в состав семьи только мальчики, а девочки объявлялись чужими. Ислам полностью отменил эти предосудительные обычаи и не позволил, чтобы какая-либо из жён или её дети пользовались меньшими правовыми привилегиями.
Вилл Дюрант относительно вопроса о полигинии говорит:
По мере концентрации большого объёма богатства в руках отдельно взятого мужчины он всё больше беспокоился о том, что при распределении накопленного им богатства между большим количеством лиц каждому из них достанется небольшая доля. Тогда он начал думать о том, чтобы установить между своими основными и второстепенными жёнами и своими наложницами определённую разницу, на основе которой наследство стало доставаться детям от основной жены[186].
Отсюда следует, что в древнем мире дискриминация по отношению к жёнам и детям была весьма распространённым явлением. Вилл Дюрант далее отмечает:
До периода жизни современного поколения на азиатском континенте супружеские отношения строились примерно в таком порядке. Постепенно основная жена приобрела исключительное положение, а остальные жёны или превратились в тайных любовниц мужчины, или были полностью отстранены[187].
Вилл Дюрант не обратил или не желал обращать внимание на то, что вот уже четырнадцать веков, как ислам полностью отменил традицию дискриминации детей. Иметь одну основную жену и несколько тайных любовниц – это, скорее всего, часть европейских, а не азиатских традиций. Данная традиция за последнее время проникает из Европы и в Азию.
С точки зрения ислама, подразделение жён на любимиц и иных недопустимо. Почти все учёные знатоки ислама единодушно утверждают, что дискриминационное отношение к женщинам непозволительно в любом его проявлении. Только незначительная часть факихов, представляющих некоторые исламские секты, позволили интерпретацию прав женщин в своеобразной форме, допускающей некоторую долю дискриминации. Подобные формы интерпретации находятся в противоречии с айатами Корана. Известно пересказанное как суннитскими, так и шиитскими источниками высказывание Пророка (да благословит его Аллах и приветствует!), которое гласит:
Каждый, кто имеет двух жён, и не поступает с ними справедливо, к одной из них проявляя больше благосклонности, чем к другой, в день Суда воскрешается в состоянии, когда тащит за собой вторую половину своего тела и стремится в сторону Ада.
Справедливость – одно из самых лучших достоинств человека. Быть справедливым – значит быть наделённым высшей моральной силой. С учётом того, что, как правило, чувства мужчины ко всем женщинам не могут быть одинаковыми, соблюдение справедливости в отношениях с женщинами считается одной из самых трудных обязанностей.
Известно, что Пророк (да благословит его Аллах и приветствует!) за последние десять лет своей жизни, в мединский период, когда в результате религиозных войн многие женщины в исламском обществе, лишившись своих опекунов, остались одинокими вдовами, вступил в брачный союз с несколькими женщинами. Многие из жён Пророка (да благословит его Аллах и приветствует!) были вдовами и пожилыми, и у большинства из них были дети от прежних мужей. Единственной девушкой, на которой женился Мухаммад (да благословит его Аллах и приветствует!), была ‘Аиша (мир ей!). Она всегда гордилась этим, утверждая, что была единственной женщиной, к которой никакой муж, кроме Посланника Бога (да благословит его Аллах и приветствует!), не прикоснулся.
Пророк (да благословит его Аллах и приветствует!) относился к своим жёнам в максимальной степени справедливо и не допускал по отношению к ним никакой дискриминации. ‘Урвата б. Зубайр, племянник ‘Аиши (мир ей!), сын её сестры, спросил у своей тёти об отношении Пророка (да благословит его Аллах и приветствует!) к жёнам. ‘Аиша (мир ей!) в ответ сказала, что обычно Пророк (да благословит Аллах его и род его!) никому из них не отдавал предпочтения перед другими, ко всем относился равным образом и справедливо. Редко бывали дни, когда он не заходил к каждой из них и не справлялся о самочувствии, когда хотел провести ночь с какой-либо из жён вне установленной очереди, официально заходил к той, за которой была череда, и просил у неё разрешения. В случае отказа с её стороны он не шёл к другой жене.
Пророк (да благословит Аллах его и род его!) чётко соблюдал принцип справедливости даже в состоянии тяжёлой болезни, которая привела к его кончине. Но в один из дней (перед кончиной) он собрал всех своих жён и попросил разрешить ему остаться в одной комнате. Все разрешили ему остаться в комнате у ‘Аиши (мир ей!).
‘Али б. Аби Талиб (мир ему!), когда у него было две жены, даже омовение совершал только в доме у той жены, с которой, согласно установленной очереди, должен был провести ночь.
Принцип справедливости для ислама столь важен, что даже при втором браке мужчины отвергают всякие соглашения, основанные на второстепенном и неравном положении второй жены по отношению к первой. Таким образом, с точки зрения ислама, соблюдение справедливости выступает в качестве обязательства, от соблюдения которого мужчина не может увильнуть даже при предварительной договорённости с женщиной. К тому же мужчина и женщина вовсе не имеют права внести подобное соглашение в текст брачного контракта. Вторая жена может разве что отказаться от некоторых своих прав. Но она не может договориться о том, чтобы поставить себя в неравное положение с первой женой. При этом и первая жена может добровольно отказаться от некоторых своих прав, но она не может способствовать полному своему бесправию.
У имама Мухаммада Бакира (мир ему!) спросили:
Может ли мужчина условиться со своей женой о том, чтобы он заходил к ней только в дневное время и когда сам того пожелает, например, раз в месяц или раз в неделю? Или может ли он договориться с ней о том, чтобы нести на её содержание меньшие расходы, чем на содержание первой жены? Имам ответил: «Нет, не может. Это будет неправильным соглашением. Любая женщина на основе брачного контракта независимо от чьих-либо желаний обладает полными правами жены. Но после заключения брака женщина ради своего мужа или по какой-либо другой причине может отказаться от части своих прав».
С учётом этих условий полигиния, вместо того чтобы стать в руках мужчины средством для получения удовольствия, приобретает форму выполнения обязательств. А сладострастие и похотливость нуждаются в обстановке полной свободы и беспрепятственного стремления к удовлетворению своих вожделений. Вожделения обретают действенную форму лишь в том случае, когда воля человека полностью подчинена собственным желаниям, когда сердце полностью находится в плену страстей и наклонностей. Сердце и желания не подчиняются никакой логике. Там, где необходимо соблюдение порядка, принципа справедливости и где возникает необходимость исполнения обязанностей, там не должно быть места вожделению и сладострастию. Поэтому в исламской среде считать полигинию средством сладострастия невозможно.
Те, кто используют полигинию в качестве средства сладострастия, ставят исламский закон на службу предосудительному действию. Общество вправе предпринимать против них меры пресечения, дабы лишить их подобной возможности.