Говорят, что дозволенность полигинии равносильна дозволенности стремления к предосудительным страстям и вожделениям. То есть мужчине позволяется дать волю своим вожделениям. Мораль требует, чтобы человек максимально обуздывал свои вожделения. Ибо особенность человеческой природы такова, что чем больше воли даёт он своим вожделениям, тем ярче будет гореть у него пламя предосудительных страстей.

Монтескье в своей работе «О духе законов» замечает:

У короля Марокко в гареме есть множество жён из числа представительниц белой, жёлтой и чёрной рас. Но если бы у него было в два раза больше жён, чем сейчас, то всё равно он желал бы новую жену. Ибо вожделение, подобно скупости и алчности, если его не разнуздать, становится все более интенсивным. Например, алчность при накоплении золота и серебра не знает никаких пределов. Многожёнство порождает и распространяет также и предосудительные, неестественные сексуальные (гомосексуальные) отношения. Ибо при осуществлении сексуальных вожделений всякое действие, выходящее из установленных рамок, становится причиной порождения нетрадиционных отношений. Например, в Истанбуле[182] во время одного из восстаний в гареме какого-то правителя не было обнаружено ни одной женщины, ибо этот правитель увлекался нетрадиционными сексуальными отношениями[183].

Данное критическое замечание следует рассмотреть с учётом двух позиций. Во-первых, похвальные моральные качества находятся в противоречии с плотскими желаниями, и для очищения духа следует довести эти желания до минимума. Во-вторых, согласно известному психологическому принципу, чем больше будут потакать природным желаниям человека, тем больше они будут усиливаться, а по мере усиления препятствия этим желаниям они становятся более стабильными.

Относительно первого взгляда следует отметить, что, к сожалению, это неверная трактовка вопроса со стороны западной церкви, основанная на почве аскетизма и идентичная индуистской и буддистской морали. Исламская мораль основана не на этой почве. Ислам рассматривает этот вопрос в ином ракурсе, он не согласен с тем, что уменьшение плотских (сексуальных) желаний благоприятствует улучшению нравственности, а доведение их до нулевого уровня означает стопроцентное торжество нравственности. С позиции ислама, нравственность находится в противоречии с излишеством и крайностями в половых отношениях.

Чтобы выяснить, является ли полигиния крайностью и реакционная она или нет, мы должны сначала узнать, является ли мужчина по своей природе моногамным или нет? В предыдущих статьях мы отметили, что, вероятно, сегодня невозможно найти даже одно только лицо, которое считало бы природу мужчины моногамным, а полигинию – реакционной мерой. Наоборот, многие придерживаются того мнения, что природа мужчины – полигамна, а моногамия – это нечто вроде безбрачия, которое находится в противоречии с природой мужчины.

Конечно, мы против того, чтобы считать природу мужчины полигамной, но вместе с тем мы не согласны и с утверждениями о том, что природа мужчины моногамна, а полигиния противоречит его природе и представляет собой своего рода отступление от верного пути, будучи явлением противоестественным, подобно гомосексуализму.

Такие лица, как Монтескье, которые считают полигинию эквивалентом похотливости, подразумевают увлечение созданием гаремов. Они думают, что ислам своим законом о полигинии стремился обеспечить легитимность создания гаремов со стороны аббасидских, умаййадских и османских халифов. Фактически ислам выступает самым ярым противником подобных действий. Ограничения и условия, установленные исламом для полигинии, полностью лишают сладострастного мужчину свободы действий.

Но с учётом второй позиции следует отметить, что мнение о том, будто «чем больше удовлетворять человеческую природу, тем больше она неистовствует, а чем больше противиться ей, тем больше она утихомиривается», представляет собой точную противоположность распространённого сегодня среди сторонников фрейдизма[184] убеждения. Фрейдисты говорят: «Природа человека вследствие удовлетворения успокаивается и утихомиривается, а под воздействием воздержания бунтует». Поэтому они выступают за свободу и нарушение нравственных предписаний, особенно в сексуальных вопросах. Жаль, что Монтескье не живёт в XX-м веке, чтобы увидеть, до чего же фрейдисты высмеивают его идеи.

С точки зрения исламской морали, обе вышеизложенные позиции неверны. Природе присущи права и пределы, которые должны быть познаны. Природа может взбунтоваться и нарушить покой под воздействием двух моментов. Во-первых, под воздействием лишений, во-вторых, в результате абсолютной свободы и устранения всех пределов и преград.

Во всяком случае, вопреки утверждениям Монтескье и ему подобных лиц, полигиния не является аморальным явлением и не выступает в качестве разрушителя душевного покоя, а также не противоречит душевной чистоте. Таким же образом, вопреки пропаганде фрейдистов, стремление довольствоваться одной или несколькими законными жёнами также не является аморальным.