— Привет На, выпей. Это помогает — Прозвучал из-за спины голос Кости.

44.

Я вздрогнула, встрепенулась и чуть было не вывернулась из одеяла прямо на пол.

Резко оглянулась, увидела вошедшего в спальню Костю, который нёс чашку с чем-то. На нём были низко сидящие домашние пижамные штаны и сверху широкая футболка с длинным рукавом.

Костя обошёл кровать, присел на корточки и протянул мне кружку. Я судорожно вцепилась в неё пальцами, глотнула и чуть ли не как огнедышащий дракон,выдохнула:

— Это что?

— Рассол. Старый добрый рассол. Ты же не думаешь, что я похож на того чувака, который с утра замутит какой-нибудь смузи?

Я ещё раз проглотила рассол и только тогда, посмотрев в глаза, спросила:

— А почему мы здесь?

— А мы приехали к твоему дому, так долго сидели, болтали в машине, что водитель решил нас покатать по городу. А потом ты вырубилась и мы были возле моего дома.

Я тяжело задышала, ощущая прилипший жар к щекам, потому что эта ситуация была просто похожа на что-то абсолютно безумное.

Ну как так?

В смысле?

— Получается я какая-то развратная креветка?

Костя нахмурился и покачал головой.

— Нет ты что. Это просто тебе икра поперёк горла встала, а мне грузди. — Захохотал он, забирая из моих рук чашку и отпил сам. Выдохнул, потянулся, встав на носочки.

В свете, проникающем из окна, я прекрасно рассмотрела все его кубики, косые мышцы и подтянутые ягодицы.

— И чего? И чего тогда было?

— А ничего. Я тебя занёс, раздел. Ты уж прости, полапать не смог. Сама понимаешь, возраст не тот. Того гляди, рассыплюсь. А тут как бы такие нервные события. Да все за один вечер. — Костя засмеялся, развернулся ко мне и упёр руки в бока. —Уложил спать. Сам ушёл в гостевую. Просто тупанул. Надо было тебя класть в гостевой, но как-то не смекнул сразу. Вот и все. Проснулся с утра и чувствую, что меня ещё потряхивает и поджелудочная требует экстрадиции. Думаю, надо спасать ситуацию как-то. Сама понимаешь, смузи это не моё. Я даже не знаю из чего оно делается. И не факт, что у меня есть прибор для этого.

Я поспешно кивнула. Запустила пальцы в распущенные волосы.

— Да, заколки я тоже долго вытаскивал. Но это уже делал чисто на автомате.

— У меня чувство, как будто бы тебе приходилось разоблачать не только женщин из платьев, но ещё из доспехов.

Костя хохотнул и пожал плечами.

— Да, там ничего сложного. Ну, ты уж извини, я на тебя свою футболку натянул.

И только сейчас я реально заметила, что сама сижу в кровати в примерно такой же одежде, как и у Кости.

— Ну, всякое бывает. Я так подозреваю, у тебя тоже стрессовые моменты?

— Ага. Кирилл?

— Нет не переживай. Мы ещё с тобой до дома не доехали, как мне ребятки отзвонились, что сопроводили его с какой-то голубкой до его квартиры. Все там было в порядке.

— А родители?

— НУ, а это я сутра позвонил в больницу. Врач сказал, что все в порядке. Никакого инсульта. Никакого инфаркта. В принципе, родители сейчас отправились домой. Я им своего водителя сбагрил. Вот как-то так.

Я потёрла глаза и Константин вздохнув, произнёс:

— Иди в душ.

А когда я аккуратно встала, придерживая одеяло, Костя наклонился и из-за кровати вытащил бумажный пакет с брендовым лейблом.

— Я здесь... Не знаю. Ну ты же не будешь сегодня весь день туда-сюда, в платье гонять? Здесь спортивный костюм, белье. Я утром рано Ксюшке позвонил, сказал, что мы немного заблудились и надо какие-то шмотки заказать. Но я все объяснил, что ничего такого из-за чего хихикать аккуратненько мне там в трубку не стоит. Так, что переодевайся и идём завтракать.

Я была настолько не в своей тарелке, что просто дёрнулась в сторону ванны.

Медленно обернулась в момент, когда Константин, опять потянувшись, встал на носочки и одним махом стянул с себя пижамную рубашку. Идеально прорисованные мышцы спины, лопатки и ямочки на пояснице, заставили меня порозоветь. Я хлопнула дверью, не ожидая того, что это будет так громко. А за дверью раздался смех.

Я вышла из душа через полчаса. Без косметики, без своих кремов, пахнущая мужским гелем для душа. Опустилась на стул возле барной стойки и вздохнула.

— Я не знал, что ты кудрявая.

— Да я не кудрявая, это так после воды волосы волнистые, без укладки.

— Прикольно. Тебе идёт.

Костя поставил передо мной большую чашку капучино и пожал плечами.

— Ну, вы же девушки, всегда там с каким-нибудь молоком, сиропами. Так, что, думаю, не прогадал.

— Да вообще, я по чаю больше.

— Хочешь, заварю?

— Нет, нет. Сейчас кофе самое-то.

— Ты знаешь, я не особо с этими всеми завтраками и так далее. Поэтому могу просто предложить яичницу.

— Нет ты что. Спасибо. — Я вздохнула.

Костя стоял напротив окна и цедил свой американо.

— Ты, пожалуйста, только там ничего себе не придумывай, ладно? Что мы вдруг не можем смотреть друг другу в глаза, либо должны испытывать какой-то дискомфорт.

— Произнёс он вдруг резко и я голову вдавила в плечи. — Мы с тобой взрослые люди. Я пенсионер.

— Всем бы быть таким пенсионеров, с такой подтянутой задницей. — Фыркнула, не веря ему.

Костя хохотнул и пожал плечами.

— НУ, простите, что выросло, то выросло. Все моё. — Улыбнулся он и продолжил .—Давай мы остановимся на том, что нам очень было круто. Но это не даёт ни тебе, ни мне повода устраивать что-то неподобающее- тебе смущаться меня, мне волочиться за тобой. Мы с тобой же взрослые люди, в конце концов.

— Да, я все прекрасно понимаю и мне кажется, это правильно. – Поспешно согласилась я, потому что не представляла просто, как реагировать в этой ситуации.

— Ну вот и супер. А сейчас детям позвони, скажи, что мы приедем их поздравлять. И вообще, — Костя вздохнул. — Давай-ка мы сначала рассола твоему младшенькому отвезём. А то малыш наверное сегодня страдает, как не знаю кто.

И произнёс он это таким тоном, что мне не захотелось ему перечить.

Он не сделал предложение. Он поставил перед фактом: делаем и все на этом.

45.

Кирилл был хмур, недоволен, и рассол из маленькой банки с огурцами, которую прихватил Костя, хлебал, почти не морщась.

Я думала сварить ему кашу или ещё что-то. Но Кирилл, скуксившись, помотал головой.

— Болит? — Спросила я, наклоняясь и рассматривая скулу.

— Издеваешься, что ли? — Фыркнул сын, в то время как Константин, расположившись в одном из кресел, сидел и рассматривал квартиру. — Давид, конечно, говнюк и крыса, — выплюнул Кирилл нервно и старался не дышать в мою сторону.

— Кир, прости, пожалуйста, я не должна была…

— Чего? Не говори глупости, в конце концов, девочки, для чего даны? Для того, чтобы их защищали и оберегали. Ну что я могу поделать, если тот, кто должен был защищать и оберегать, сам напал, значит. я это должен делать.

— Слова не мальчика, а мужа... — протянул под нос Костя.

Кирилл посмотрел на него с недовольством, качнул в его сторону головой, намекая на то, что «а этот перец что здесь делает?»

Но я нахмурилась. И махнула рукой, не желая вдаваться в подробности.

— А что Ксюша, Ксюша что сделала?

— Да что, что? Сводничеством занимается, пока этот святая наивность, кот Леопольд в глазёнки хлопает.

— Мы все прекрасно в курсе, что ты заметил мои купола, — донеслось из зала спокойное.

— Да раз в курсе, тогда, может, объясните! — подорвался со стула Кирилл и, выйдя в зал, упёр руки в бока.

— Да нечего объяснять. Отжимали бизнес, покуковал годок на нарах. Чего, хочешь ещё услышать кровавую историю, где я прирезал какую-то бабенцию, которая не дала или что?

Я тяжело вздохнула, Кирилл поморщился, становясь похожим на Данилу.

— То есть только в этом да, вся проблема? А мне казалось, куполами расписывают после сто пятой.

— Глупости не говори, кто услышит, за дурачка примут. Расписывают любые, просто такие ситуации, как мошенничество и все в этом духе, что на меня повесили, это почётно. Так что я в принципе был нормальным, и тебе не стоит беспокоиться о моём прошлом, оно всем известно. Открой любую новостную сводку. Ты мало что интересного найдёшь про Константина Борисовича Новгородцева.

Кирилл сложил руки на груди, вскинул подбородок, намекая на то, что готов сражаться, я, вздохнув, произнесла:

— Кир, зачем ты так?

— А как надо было, смотреть и дальше на то, что отец вытворяет, или, может быть, поаплодировать ему, когда он свою девку притащит? Скажи спасибо, что не в вашу спальню, — буркнул Кирилл.

— малыш это, конечно, похвально, — вступился за него Константин, — это очень похвально, что ты маму защищаешь. Уверен, что ты сестрёнку будешь защищать.

Кирилл стиснул так челюсти, что я поняла, за сестрёнку он нафиг вообще убьёт

— Но давай немного остынем. Тебе как рассол?

— Нормально,

— Собирайся. Поехали Ксюшу поздравлять.

— Я вчера поздравил, — вскинул подбородок снова Кириля.

— Ну а сегодня поедешь жрать салатики и ничего страшного. Собирайся, собирайся. Бабушку с дедушкой увидишь. Надо все-таки разобраться, что там за история мутная. А то, может быть, ты того этого... — намекнул Костя, и я зажала пальцами глаза.

— Константин, а вы не могли бы…

— Да нет уж, я ногами увяз в этой истории. Что уж сейчас играть и делать вид, будто бы меня это не касается. Меня это напрямую касается. Коль увяз, в этом надо разобраться.

— я не думаю, что у моего отца были какие-то связи. Скорее всего, эта девушка просто была очень похожа на ту женщину, которая, возможно, ему нравилась.

— Твои слова да Богу в уши, — медленно протянул Константин и снова посмотрел на Кирилла, — иди, иди, давай, собирайся.

Сын сделал вид, что он, конечно, против, но, таки быть, окажет нам честь.

Через полчаса мы все сидели в машине, и Кирилл с кем-то чатился.

— Голубка из лофта? — медленно произнёс Константин, и Кирилл нахмурился. —Да ладно тебе, не дуйся, ну, подумаешь, охрану приставил, откуда я знаю какой у тебя темперамент, а вдруг ты бы заскочил в бордель и поднял его с ног на голову.

— Спасибо, — сквозь зубы протянул Кирилл, и Константин пожал плечами.

— Ну спасибо. Его как-то на хлеб не намажешь и в карман не уберёшь.

Кирилл напрягся.

— А вот неплохого онлайн специалиста мне бы хотелось в своём штате иметь.

— Я и так работаю.

— Я сомневаюсь, что ты сейчас будешь работать. Почти уверен, что следующую встречу с отцом ты ему в лицо кинешь, что не собираешься больше с ним каких-либо дел иметь. Так что знай, дядя Костя многое готов дать за то, чтобы не мальчик, а мужчина поработал на него.

И Кирилл ещё сильнее нахмурился.

— Подумаю, — процедил, делая одолжение нам всем.

А когда мы появились на пороге квартиры Давида, Ксюша первое, что сделала, это, хлопнула в ладоши.

— А мы Агнессу домой не отпустили, мы её с собой забрали.

Агнесса вышла засланная, ойкнула, посмотрела на Константина смутилась, убежала, Давид вышел и замер напротив Кирилла.

Было понятно, что они ведут мысленный диалог о том, что «а ты не оборзел ли, братец, кулаками размахивать», «а ты не оборзел ли мелкий рот разевать на мою Жену»?

Ксюша тяжело вздохнула и сделала первый шаг.

— Кир, прости, пожалуйста, если б я знала, что все так обернётся, я бы даже не стала пытаться. И если тебя это задело...

— ОЙ, Ксюх, пошли торт жрать, — медленно произнёс Кирилл, шагая вперёд и, обнимая жену брата.

А Давида толкнул специально, как в детстве, в плечо. И двинулся вглубь квартиры.

Когда мы остались втроём, я, Константин и Давид, сын, уточнил:

— У него в принципе, характер дерьмовый, а сегодня он просто отжигает.

— Я знаю, что ты хочешь извиниться, — медленно произнесла я, ставя на полку свою сумочку.

— Хочу, но только вот не надо было ему таким образом выстраивать ситуацию.

Дескать, Ксюша, в чем ты виновата.

— Ну, ты ею вчера видел? Ты представляешь, если он действительно с девкой отца?

Давид поджал губы.

— А это все потому, что самомнение у него до потолка, потому что вредный и противный. Вот все детство, каким был, таким и остался.

Я покачала головой.

— Ну ты же знаешь, что ему надо сказать.

— Знаю, а ещё знаю, что лупанов надо выписать.

Давид развернулся и пошёл в сторону кухни.

Внук вылетел, растерялся, увидев незнакомого мужика, засмущался, выронил из рук самосвал и тяжело вздохнул. Я присела на корточки.

— Идем ко мне, мой родной.

Расцеловала пухлые щёчки и представила.

— А это дядя Костя.

— Привет, — тихо выдал внук, взмахивая ладошкой.

— Здравствуй, здравствуй, кнопка, какой же ты очаровательный. — медленно и ласково произнёс Константин, и мы прошли в столовую. Агнесса появилась в проходе, когда мы почти расселись.

— А мы не знакомы, — выдала быстро дочка, протягивая руку, —я, Агнесса.

— Очень, очень рад, у вас мамины глаза. И мамина красота, — медленно сказал Константин, улыбаясь и опуская глаза.

Агнесса залилась краской.

— Спасибо огромное, мне очень приятно.

Агнесса залилась краской.

— Спасибо огромное, мне очень приятно.

— А уж мне-то как приятно, юная леди, вы даже не представляете себе. — С таким намёком ответил Константин, что у меня уши полыхнули.

46.

Данила

Я с трудом досидел у Ксюшки на дне рождения.

Меня потряхивало, кошмарило в разные стороны, я буквально дождался поздравлений со стороны близких родственников и сообщил Давиду, что я поеду.

— К ней поедешь? — сквозь зубы процедил старший сын.

Господи, я так ненавидел эти полгода в разводе именно из-за того, что люди расходятся, у кого-то, может быть, ситуация такая. Но в нашей семье оказалось, что вообще плевать абсолютно на все. Самое главное, что мальчиком для битья сделали папу, который решил уйти из семьи, причём даже не так, что он ушел, обобрал жену бывшую, оставил ей три копейки и плевать на все хотел, как там дальше складывается жизнь.