Поскальзываясь на присыпанной снегом плитке, я вернулась в холл ресторана.

Ситуация была настолько обострена, что что-либо вынести из неё нормального было просто нереально. Я смотрела на Данилу, смотрела на Давида, который мерил шагами пространство от кресел до гардероба. Смотрел искоса на дядю Костю.

Ксюша выскочила из банкетного зала, и подбежала к нам.

— Что, что у вас здесь произошло?

Давид вскинул лицо, посмотрел пристально в глаза своей жене.

— Это ты нам скажи, что у вас здесь произошло и почему это мой брат считает, будто бы ты что-то здесь вытворяешь?

Ксюша сделала шаг назад, приложила ладони к груди так, как будто бы сердце норовило выпрыгнуть.

Я покачала головой, вздохнула.

— Ксюш..

— Нет, — у неё затряслись губы.

Она смотрела то на меня, то на Давида, то на дядю Костю, то на Даниила.

— Давид, я…

— Говори, — надавил мой старший ребёнок, — говори…

Ксюша сделала ещё шаг назад, обняла себя за плечи, став невозможно маленькой хрупкой.

— Давид, я. Я. Я думала, Давид.

Ксюша облизала губы, шмыгнула носом.

— Говори, — рявкнул Давид на весь холл, так что я поморщилась.

— Я, я скажу... — Затравленно посмотрела по сторонам Ксюша. — Я скажу…

40.

Ксюша ещё раз обвела нас всех взглядом и у меня сердце сжалось.

Нет нет нет, нет!

Я не хотела слышать, что она была подружкой Сони или еще что-то в этом духе.

— Дядя Кость, простите пожалуйста. — Выдохнув, протараторила Ксюша и чуть было не свалилась на колени.

Давид вскинул брови. Данила хмыкнул. Костя тяжело вздохнул, покачал головой

— Деточка моя, разве я могу на тебя обижаться или злиться? Ну, свет мой …

Но Ксюша все равно заплакала.

— Простите, пожалуйста, я знаю, что это некрасиво и вообще... — Ксюша прикусила губы. — Но просто... Просто я видела, что маме Илае плохо. Дядь Кость, а ты же приехал один, вот…

До меня с трудом доходило, о чем говорила Ксюша, что она пыталась донести.

— Ксюша, да ладно тебе. — Вздохнул Константин и шагнув к Ксении ‚ обнял её за плечи. Прижал к себе так, что она уткнулась ему в грудь.

— Я не хотела. Я знаю, что это некрасиво, сводить взрослых людей, что-то там ходить, шептаться. Я просто действительно хотела, как лучше.

— То есть? Подожди. — Давид выдохнув, отошёл от стойки ресепшена и взмахнул рукой. — Кирилл сказал о том, что посмотри, что у тебя жена творит.

— А что я ещё могла сотворить? — Всхлипнула Ксюша. — Явно же об этом говорил, что я здесь некрасиво так поступаю.

— Вообще-то, — Константин покачал головой, — Ксень, сегодня твой день рождения.

Ты самый чудесный ребёнок, которого я растил. Ты самая прекрасная, самая очаровательная, самая нежная, самая добрая. И муж у тебя очень сильно влюблённый. Он за тебя на многое готов. Так, что, пожалуйста, давай мы сейчас без слез. Ну, подумаешь, дяде Косте жизнь захотела устроить. Маме захотела жизнь устроить. Всякое бывает. Ну, а Кирюша... Кирюша просто рассердился.

— Не надо здесь так говорить о моих детях! — Рыкнул в его сторону Данила.

Я поджала губы. Ксюша извинялась за то, что познакомила нас- отлично. Но зато Кирилл намотал на эту историю не знай чего.

— Уже не молодой человек, — устало взмахнул рукой Константин, — коль вы являетесь зачинщиком всего этого безобразия, на вашем бы месте я все-таки разгрёб эти Авгиевы конюшни и прекратил строить авторитарного папочку.

— Хватит! — Давид шагнул, перехватил Ксюшу, прижимая к себе. — То есть об этом Кирилл сказал?

— А о чем он ещё мог сказать? О том, что я специально иногда спрашиваю, любишь ли ты меня или поправилась ли я, чтобы ты мне потом купил сумочку, что ли? —Протараторила Ксения и я хрюкнула, потому что настолько это искренне звучало, настолько это по-глупому выглядело, что ничего другого мне не оставалось.

Константин покачал головой.

— Ксения, не расстраивайся, пожалуйста. Не расстраивайся. Но раз уж ты нас с Илаей познакомила, то, наверное ты не обидишься, если мы продолжим знакомство, но в другом месте, без шума?

— Вообще- то, здесь гости и семья. — Вклинился Даниил, но Константин покачал головой.

— Так, глава семьи, идите развлекайте гостей и семью. В чем дело? У нас ребёнок сбежал. Нам Кирилла надо найти. Надеюсь, вы за старшим-то сможете присмотреть?

— А я за Агнессой присмотрю. — Влезла в разговор Ксюша.

Я поспешно кивнула.

— Ну вот и отлично. Вот и хорошо. Тем более у нас родители уехали. Так, что ничего страшного. Вы уж, Данила батькович, давайте не растеряйтесь. — Константин чмокнул в волосы Ксению и наклонившись, произнёс: — а мой подарочек тебе утром пригонят. Хорошо?

— Дядя Костя. — Протянула Ксения, глядя на него испуганными глазами.

— Ну что, дядя Костя? Ну, что, дядя Костя? Раз в пятилетку приехал, значит могу себе позволить. Так, что давай мне здесь без слез. Приеду завтра утром, проверю.

Он взмахнул рукой и аккуратно схватил Ксюшу за нос. Она, словно бы потеряв лет десять возраста, засмущавшись, опустила глаза и хохотнула коротко.

А после этого, Константин поглядел на меня:

— Илая, мы едем за Кириллом.

— Да, простите. Да. - Растерянно произнесла я и шагнула к гардероб.

Моё пальто подали быстро. Данила перехватил меня за локоть.

— Не смей никуда уезжать.

— Управляй вечером. — Холодно и презрительно бросила я. — И да, то, что я сейчас отьеду, не говорит о том, что ты можешь притащить сюда свою Софию. Поверь, мы с тобой об этом намного позднее поговорим. И не так, чтобы у всех на виду. —Дрожащим голосом произнесла я, понимая, что эта история только начинается.

Когда мы с Константином оказались за дверями ресторана, он приподнял меховой воротник пальто и вздохнув, предложил:

— У меня машина с водителем. Рассказывайте, куда ехать.

— Наверное, в его квартиру. — Честно выдала я и потёрла руки друг о друга.

Константин спустился на одну ступеньку ниже и протянул мне свою ладонь. Я медленно вложила свои пальцы в его руку и осторожно, боясь навернуться, стала спускаться.

Машина была тёплой‚ большой. По-моему, какая-то зарубежная марка, я не успела разглядеть.

— Ну, давай мне телефон нашего мальчика и посмотрим, где его черти носят —Медленно произнёс Константин, когда я пристегнула ремень безопасности.

— Константин Борисович, куда едем? — Спросил водитель и я быстро назвала адрес Кирилла . — Принято.

Машина двинулась, а в этот момент Константин сделал несколько звонков:

— Надо найти малыша.

Когда мы остановились возле дома Кирилла, у Константина завибрировал мобильник.

— Что? В Лофте говоришь? А кто владелец? Да, ты что! Да ты что! Хорошо. Вы там снаружи понаблюдайте.

Константин положил трубку и перевёл на меня тяжёлый взгляд.

— Дома его не будет. Он отдыхает.

— А вдруг с ним что-то случится?

— Ну, вот сейчас, чтобы с ним ничего не случилось, мы кое-что провернём.

Снова взялся за телефон и на этот раз добродушно и радостно произнёс в трубку:

— Фёдор, здравствуй, родной. Здравствуй, мой дорогой. Здравствуй, мой яхонтовый.

— Нараспев произнёс Константин. — Да- да, в России. Ну, обижаешь. Конечно, заеду.

Да, отлично. Слушай, у меня к тебе есть одна очень важная просьба. У меня там малыш отдыхает в твоём баре. Ты пожалуйста, мог бы проконтролировать, чтобы ничего фатального не произошло? Ну, разнесёт он тебе бар- ничего страшного. Ты мой номер знаешь. Все возмещу. Но самое главное, я тебя попрошу- проследи изнутри пожалуйста, чтобы ни наркоты не было, ни шлюх. Если выберет какую-то девочку, чтобы желательно она была порядочной, без всякого этого спидозного налёта. Да-да, снаружи мальчики мои встретят. Конечно, сопроводят до дома.

Поэтому ты только внутри посмотри. Ну и да, если уедет, было бы хорошо, чтобы маякнул. А вообще, сделай так, чтоб сидел у тебя до конца. Я должен буду. Вот, как приеду, так долги отдам. Ты меня знаешь, за мной не заржавеет — Медленно произнёс Костя и улыбнувшись, отключился. — Ну вот и все. Мальчик в надёжных руках. Старый друг- владелец баров и ресторанов. Так, что..- Константин побарабанил пальцами по своему колену.

Я вздохнула.

— А чего тогда, Константин, если Кирилл всего лишь хотел сказать о том, что Ксюша занимается сводничеством, его так это выбесило? — Спросила совсем нелогично.

Константин, запрокинув голову на подлокотник, выдохнул:

— Да, вот, подозреваю, внимательный малыш у вас. Очень внимательный. – Он поднял правую руку и зачесал волосы.

В тусклом освещении салона я с трудом смогла разглядеть на внутренней стороне запястья почти выгоревшую татуировку куполов.

41.

Константин поймал мой взгляд: напуганный, растерянный и ничего не понимающий.

Я знала, что купола и всё прочее — это атрибутика заключённых. Сглотнула так гулко, что показалось, будто бы у меня непроходимость какая-то.

— Ох, как напряглись. Ох, как смутились. Я так понимаю, внимательностью сын в вас всё-таки пошел.

— Наверное. — Медленно произнесла я и покачала головой. — Всё равно не понимаю.

— Да что тут понимать? Зрение у него хорошее! Молодость всё-таки. Ну, я несколько раз умудрился взмахнуть руками. Что, теперь у нас общение прекращается, так понимаю?

Я сидела парализованная и не знала, что ответить.

Откуда я знала, за что он сидел?

Я не представляла, как это вообще происходит и как долго он сидел.

Ну не было в моём понимании, что уголовник выглядит так подкачено, статусно, с часами, которые дороже, чем полстудии в столице. С пальто этим с меж оторочкой, которое явно было куплено не в "Снежной Королеве”

Я думала, что люди немного иначе выглядят. Жаргон опять-таки.

Где жаргон?

Нет жаргона.

— Судя по тому, как бегают ваши глаза, вы отчаянно пытаетесь понять, что же здесь происходит. Но и я не скрою, что ваш сын вполне правильно рассчитал ситуацию.

Дескать, зачем маме в ухажёрах уголовник.

— Я всё равно не понимаю. — Произнесла я и от смущения, и от растерянности, и ещё из-за паники.

Но, с другой стороны...

Господи, дядя Костя…

Дядя Костя — именно так его называла Ксюша. Ксюша цеплялась в него, носом в грудь ему тыкалась. Не было же такого, что он, блин, бывший сутенер и, пока девки у него на хате толкались перед ночной сменой, он уроки с Ксюшей делал?

Ну не было же явно такого?

Или было?

Я тяжело вздохнула.

— Нет; мы, конечно, можем это обсудить. — Константин покачал головой и снова побарабанил пальцами себе по колену — Мне кажется, даже стоило бы это обсудить. С учётом того, что мы всё-таки с обеих сторон одной семьи. Чтобы не было никакого недопонимания и, скажем так, камня за пазухой. Да?

— Я не знаю. — Произнеспа ещё медленнее, не представляя, как надо реагировать в этих ситуациях.

Константин пожал плечами.

— Милая, — он перевёл на меня взгляд, и в нём качнулось что-то такое тяжёлое, одинокое. — Я очень сильно соскучился по России. Очень. Можно было бы сейчас как-то развернуть ситуацию, что-то солгать, но у меня нет сил ни на ложь, ни на украшательство, и на позёрство у меня тоже нет сил. Я очень сильно устал. Я очень скучал по России. Мне кажется, когда самолёт приземлился, я надышаться не мог русским воздухом, морозным. Я много по чему соскучился: по русскому гостеприимству, по самоварам, баранкам. Твою мать, я даже по РЖД соскучился!

Понимаете? Очень хочется в люксовом купе куда-нибудь до Владивостока. Так, чтобы вспомнить, как это было много-много лет назад.

— И зачем вы мне это рассказываете? — Смущённо спросила я, крутя мобильник у себя в пальцах.

— А затем, что мы можем сделать два дела одновременно: я могу вспомнить, как это быть в РОССИИ, а вы — узнать всё, что хотите.

— И каким образом?

— Да, знаете, есть у меня дебильное, глупое желание. Вам сколько в двухтысячном было?

Я прикинула возраст, медленно ответила.

— А… ну, не возраст даже... То есть однозначно у вас не было вот этих шальных лет когда начинал строиться бизнес и всё в этом духе. А я вот хочу, чтоб как тогда: бары, рестораны, икорка, водочка и салатник с разносолами. Давайте составите мне компанию. Так, чтобы отдохнули оба. Я буду рассказывать, вы — задавать вопросы. И всё это параллельно, под какой-то сентиментальный момент из моей молодости. Как вы на это смотрите?

— Я не знаю. Я никогда в таких моментах не участвовала.

— Со своей стороны, я могу гарантировать полную безопасность и неприкосновенность. — Легко согласился Константин и посмотрел на меня пристально. — В любом случае, сегодня у Ксюши день рождения. Не разворачиваться же нам, как двум идиотам, обратно? Что мы катаемся туда-сюда?

Давайте сами отметим. А завтра уж поздравим до конца. Тем более вам надо контролировать состояние родителей. Да и мне за малышом присмотреть.

Понравился мне, хороший мальчишка. — Константин провёл по щетине пальцами и, улыбнувшись, покачал головой. — Ох, огонь. Огонь, мальчик! Таких дел наворотит, что мама не горюй!

Я напряглась, но Константин вовремя заметил:

— Но это только при условии того, что всегда будет понимать, что делает. А я не думаю, что это была импровизация. Мне кажется, малыш очень долго и кропотливо собирал всю эту историю по кусочкам. Жалко только, что деда с бабкой зацепило. —Медленно произнёс Константин. — Но на самом деле — хороший мальчишка. Я даже поглядел на него и пожалел, что сыновей нету.

Я засмущалась, а лицо залило краской.

— Ну, так что, Илая? Едем за икоркой красной, чёрной? Посидим, отметим…

42.

— И, то есть, поэтому Ксюша так переживала за это знакомство? — Я приподняла брускету с красной икрой и посмотрела пристально на запястье Константина, сидя в каком-то пафосном, дорогущем ресторане, в отдельной ложе.

— Отчасти. — Костя развал руками, отодвинул от себя тарелку со стейком и хмыкнул:

— Икру чёрную?

Я махнула рукой.