—Вобщем, все просто, – обращаюсь я к группе детей, с которыми мне поручили работать.

Их дюжина, и каждый – фантастический фигурист.

Когда я был примерно такого же возраста, у меня имелись большие надежды и потенциал, но, в отличие от них, я не обладал опытом. Честно.

Я приехал сюда два часа назад: после игры в имена, в ходе которой я тщетно пытался запомнить, как их зовут, мы вышли на лед.

– Давай-ка еще раз… вот…ты! – кричу я, указывая на высокого долговязого паренька в центре катка.

Жаль, я только сейчас понял, что все десятилетние мальчишки выглядят одинаково в полной хоккейной экипировке. Кроме того, они в масках. Один из тренеров прикрепил скотчем к шлемам детей бумажки с именами.Умник. Если я снова поеду в лагерь в следующем году, непременно возьму рулончик клейкой ленты и проверну то же самое.

Я заставил ребят начать с основ, чтобы можно оценить уровень мастерства. Фонарики. Торможение. Скрестные шаги и перебежки. Но мы быстро возвращаемся к держанию клюшки и обращению с шайбой. А после обеда, думаю, мы устроим тренировочную игру. На самом деле это гораздо веселее, чем я предполагал.

Когда я вчера попрощался с Аспен, чтобы совершить пятичасовую поездку сюда, в Нью-Йорк, то сожалел, что согласился поработать в лагере. Покидать уютный коттедж, в котором мы уже обустроились, оказалось тяжело.

Провести даже одну ночь вдали от Аспен, когда у нас осталось не много времени, – непросто.

Однако находиться здесь приятно. Пусть я никогда раньше не бывал тут, но, едва лезвия коньков коснулись льда, я ощутил себя как дома. Обучать новое поколение интересно. К тому же если всплывет история с домогательствами, мне понадобится любая поддержка, которая только возможна. Впрочем, об иске сейчас думать не хочется.

Мы делаем перерыв на обед, а потом я зашнуровываю коньки и присоединяюсь к мальчишкам для тренировочной игры. Вратарей нет, но меня и впрямь радует тот факт, что самый тихий парнишка в группе захотел охранять наши ворота. Наверняка он понимает, что без хорошей защиты это никакое не соревнование.

Мне нравится пацан.

Когда дети завершают тренировку, я заставляю себя выполнить несколько упражнений, нагружаю ноги, пока не начинаю мчаться по катку, огибая повороты, будто преследую соперника. Проношусь мимо детей, слышу одобрительные возгласы и свист.

Они могут подумать, что я развлекаю их своей скоростью и мощью, но на самом деле я слишком хорошо осознаю, как мало времени на льду у меня было летом. Двадцать минут спустя сердцебиение учащается, и я весь в поту.

В конце рабочего дня я направляюсь в раздевалку. Снимаю экипировку, попутно решив принять душ в гостиничном номере, прежде чем пойти на встречу с Джексоном и Нелл.

У меня еще есть время перед уходом, поэтому я хватаю телефон и отправляю сообщение Аспен.

«Как дела?»

Натягиваю чистую футболку, ожидая ответа.

«Привет. Все отлично. Я нашла в сарае доску для гребли, сегодня попробовала».

«Да? – печатаю я в свою очередь. – Звучит прикольно».

«Вовсе нет. Полная катастрофа». – Она добавляет плачущий эмодзи.

О-о-о. Мне становится любопытно, что случилось, но долго ждать не приходится.

Аспен почти сразу же пишет новое сообщение.

«Я снова окунулась в ледяную воду».

Я усмехаюсь.

«Круто».

«Как хоккейный лагерь?» – пишет она.

«Хорошо. На сегодня закончил. Сейчас собираюсь встретиться с сестрой и племянником».

«Отдыхай!»

«Ага», – набираю я.

Прячу телефон в карман, проверяю ключи и бумажник. И не могу не думать о том, как мне легко с Аспен.

* * *

– Дядя Алекс! – окликает Джексон, когда замечает меня.

Мы условились встретиться возле развлекательного центра с трассой для картинга, который находится неподалеку от отеля. Я паркуюсь и вижу сестру и племянника на тротуаре возле входа в заведение.

Выскакиваю из машины, пробегаю трусцой несколько метров и хватаю Джексона на руки.

– Ну ты и вымахал! – удивляюсь я.

– Точно, – гордо отвечает он.

Я приветствую Нелл поцелуем в щеку.

– Неплохо выглядишь, – говорит она, игриво ударяя меня по плечу.

– Спасибо. Ты тоже. Как жизнь?

Нелл рассказывает мне подробности встречи профсоюза учителей, членом которого является, пока я веду их обоих внутрь, где мы занимаем столик и покупаем билеты. Джексон опрометью мчится к игровым автоматам, мы следуем за ним. Нелл внимательно наблюдает за сыном.

Мы смотрим, как Джексон отдает контролеру билет на игру в ски-бол и начинает бросать мячи в цель.

– Как проводишь лето? – спрашивает Нелл, поправляя козырек моей бейсболки. – Держишься подальше от неприятностей?

– Да,мамочка. – Я закатываю глаза. – Все спокойно. Кстати, я тусуюсь с девушкой по имени Аспен.

Улыбка Нелл становится шире.

–Интересно. Она похожа на Иден?

Я фыркаю. Аспен, по сути, полная противоположность моей бывшей.

– Нет.

Иден одержима идеей держать руку на пульсе. У нее имелась таблица на все случаи жизни. Даже позволить мне готовить стало для нее серьезным испытанием. Я нарезал помидоры не так, как ей нравилось, а чеснок был измельчен недостаточно мелко. Аспен же просто позволяет мне делать то, что я хочу, и ценит мою заботу.

– Может, оно и лучшему, – бормочет Нелл и довольно хмыкает, но я не отвечаю.

Понятия не имею, о чем я, черт возьми, думал, упомянув об Аспен.

Аспен и я – временное явление. С ней можно повеселиться, отвлечься. Но Нелл вряд ли забудет мое признание. Могу поспорить, она попросит привезти Аспен домой на Рождество.

Но к тому моменту между нами все будет кончено. Мы вернемся к прежним ипостасям – хоккеисту и ассистентке.

О чем я только думал? Почему проболтался?

– Ничего особенного, – заявляю я. – Обычная подружка на лето.

Выражение лица Нелл смягчается, ее улыбка становится шире.

– Ладно. Если ты так считаешь.

– Хватит, Нелл. – В моем голосе звучит предупреждение, но сестра хихикает. – Не придавай значения моим словам.

Я не рассказываю, что мы с Аспен тяжело переживаем разрыв с бывшими, а наша связь помогла обретению душевного равновесия. Почти уверен, что противоестественно объяснять сестре, что мы с Аспен по обоюдному согласию решили просто потрахаться и выпустить пар.

Вероятно, единственная причина, по которой я вообще заговорил обо всем этом, состоит в том, что я предпочитаю помалкивать об Аспен. Кроме Святоши, разумеется. А теперь меня понесло.

Ведь, в конце концов, Аспен – именно та, с кем я провожу большую часть времени.

– Давай покатаемся на картинге перед ужином. Ты в деле? – спрашиваю я.

Нелл зовет Джексона. Он присоединяется к нам, а потом бежит впереди.

После пары кругов по трассе и куска пиццы в перерыве Джексон заканчивает играть и вновь несется к нам.

– Я проиграл. Дважды, – мрачно бурчит он.

– Ты знаешь, сколько раз я в принципе проигрывал?

Он отрицательно качает головой.

– Много. – Я сажаю племянника к себе на плечи. – Не переживай, малыш. Поражение лишь делает тебя голодным.

– Но мы только что поели! – протестующе заявляет Джексон.

Я усмехаюсь.

– Я не про голод, связанный седой. Я о жажде большего, конкуренции. Жажде совершенствоваться. И побеждать.

– О! – понимающим тоном выдает Джексон.

Нелл бросает на меня взгляд.

– Закругляемся.

Сестра всегда была довольно строгой, и у меня возникает чувство, что к тому времени, когда они доберутся до дома, Джексону уже давно настанет пора ложиться спать.

Мы идем на стоянку и направляемся к припаркованной машине Нелл.

– Выбери приличный внедорожник и напиши мне, – говорю я.

Она прищуривается.

– Я привыкла к минивэну.

– Не для тебя. Я куплю внедорожник для вас обоих.

В прошлый День благодарения Нелл упомянула, что ей понравилась разрекламированная повсюду новая модель внедорожника, когда я заметил, что минивэн начинает выглядеть, как развалюха.

– Ты же хочешь тачку со встроенным теликом, чтобы смотреть фильмы, да, Джекс? – спрашиваю я, опуская племянника рядом с минивэном.

Парнишка поддакивает:

– Да!

Нелл пожимает плечами.

– Очередные дополнительные расходы. И, поверь мне, Джексону хватает времени на просмотр телевизора.

– Будет полезно для поездок. Например, когда вы, ребята, захотите навестить меня в Бостоне. Верно, малыш?

– Ты можешь достать нам билеты на матч, дядя Алекс?

– Конечно, Джексон. – Я ерошу волосы племянника. – Я даже отведу тебя в раздевалку, чтобы познакомить с парнями.

– Спасибо за сегодняшний вечер, – говорит Нелл. – И продолжай держаться подальше от неприятностей, хорошо?

– Полностью согласен.

– Чуть не забыла. Передай Аспен привет.

Черт.

* * *

Наступает следующий день. Он пролетает незаметно. Я тренирую десятилеток, а затем руководство устраивает короткую церемонию, на которой каждому ребенку вручается шайба с моей подписью и сертификат об окончании обучения.

Позже у меня запланирован ужин с другими тренерами, но сперва я залипаю в телефоне. Может, Аспен что-нибудь написала? Однако от нее – ничего, зато есть сообщение от Логана Тейта, новичка «Титанов». Он присоединился к команде в прошлом году.

Мы иногда общаемся, он кажется классным.

«Эй, здоровяк, ты куда запропастился?»

«Я в Канаде».

«Ни фига себе. Я тоже. Залетай в гости в любое время».

«Канада – гигантская страна, придурок», – печатаю я, посмеиваясь.

«Ха. И то правда», – отвечает он.

«Я остановился у Святоши. На юге Онтарио. А ты?» – спрашиваю я.

«Занимаюсь пешим туризмом в Ванкувере. Место – просто чума».

«Прикольно. Один, что ли?»

«Точно. Кстати, не пропадай, приятель. В будущем сезоне мы добьемся успеха».

«Еще как, черт возьми». – Я улыбаюсь его энтузиазму. Ах, эта молодость и оптимистичность.

«Я наберу столько очков, что все охренеют».

Я смеюсь и отправляю сообщение.

«Валяй, новичок».

В ответ получаю смайлик с поднятым большим пальцем.

«До встречи в тренировочном лагере».

«Ага, увидимся».

Я подумываю о том, чтобы написать Аспен, может, спросить ее, как она справляется без меня. Вероятно, следует отпустить колкость по поводу того, что она сегодня приготовит на ужин, ведь ее личный шеф-повар в отъезде.

Но когда я проверяю, который час, понимаю, что мне уже реально нужно идти. Не хочу опоздать на встречу с тренерами.

Засовываю телефон в карман и направляюсь в барбекю-ресторан, где мы договорились поесть. Пока остальные ребята заказывают пиво, я пью воду. Тейт прав.

Скоро я окажусь в тренировочном лагере, и станет очевидно, кто провел лето, распивая пиво, а кто поддерживал свою физическую форму.

Мой адвокат Хью присылает мне голосовое сообщение, но я не в настроении его слушать.

Забрав чек, по-братски обнимаюсь с ребятами, жму руки, а после возвращаюсь в отель. Сначала я решил переночевать здесь, но затем передумал: если уеду сейчас, то вернусь в коттедж уже к полуночи.

И я бы предпочел спать сегодня с Аспен, нежели валяться на жесткой гостиничной кровати. Приняв решение, я спешно собираю чемоданы и быстро выписываюсь из номера.

* * *

Я возвращаюсь в дом у озера незадолго до полуночи и вижу, что на крыльце горит свет.

Я хотел удивить Аспен, но понял, что мое внезапное появление буквально из ниоткуда, пожалуй, напугает ее до чертиков. Я не хотел, чтобы она подумала, будто кто-то вламывается, и запаниковала.

Я позвонил Аспен, когда еще был в дороге, и предупредил, что уже в пути. Было только около девяти, но она зевала.

– Ложись спать, – сказал я тогда, но втайне надеялся, что она дождется.

Я вхожу в коттедж. В доме темно. Повсюду царит тишина. Я поднимаюсь по лестнице. Нахожу Аспен в моей постели, свернувшейся калачиком, причем, едва я переступаю порог комнаты, девушка приподнимает голову с подушки.

Обычно мы спали в ее комнате. Я обескуражен, обнаружив ее здесь.

– Привет, – шепчу я. – Не хотел тебя будить.

Она молча протягивает руку. Я ухмыляюсь и раздеваюсь до боксеров, ложусь на кровать, притягивая Аспен к груди.

Аспен сонно и удовлетворенно мычит. Она прижимается ко мне упругим телом и расслабляется.

Боже, как приятно ее обнимать.

Мне надо почистить зубы. И зарядить телефон. Но мне слишком комфортно, даже двигаться не хочется.

И, зная, как мало ночей у нас осталось… Я не шевелюсь и просто наслаждаюсь тем, что держу Аспен в объятиях.