Я проследила взглядом за Лукасом, когда он вышел на лед, отойдя от моего места у защитного стекла. Он выкладывался по полной всю игру, и было видно, как капитан заряжал своей энергией всю команду. Как у защитника, его задачей было удерживать шайбу на стороне соперника за синей линией, и он достойно держался весь третий период.

Джекс и Алекс забили по две шайбы, после чего на табло отобразился счет 4: 0 в пользу «Хаски».

– Эй, тебе нельзя здесь находиться, пока ты одета в этот отстой.

Чья-то рука опустилась мне на плечо, и, обернувшись, я увидела здоровенного мужика, смотрящего на меня сверху вниз. – Если вы думаете, что хоккей в колледже – это круто, то вы заблуждаетесь.

– Я пришла посмотреть на другую команду. – Я пожала плечами, но его рука осталась на моем плече, отталкивая меня назад.

– Тогда подожди их снаружи.

Он направил меня к лестнице и заставил спуститься на несколько ступенек вниз.

– Отвали, приятель.

Мисти попыталась встать между нами, но из-за ее миниатюрного роста она выглядела скорее очаровательно, чем угрожающе.

Этот парень не унимался, и я ни за что не стала бы с ним спорить. Я просто могла подождать у автобуса, пока ребята не выйдут.

– Ладно, как скажешь.

– В следующий раз не притаскивай сюда свою задницу.

Он говорил невнятно, и у меня на затылке волосы встали дыбом, когда я поняла, что этот урод был пьян.

Я подняла руки в знак согласия.

– Хорошо, я уйду и больше не вернусь.

– Так-то лучше, черт возьми.

Я вздрогнула, и мужчина отпустил меня, когда задребезжало стекло от ударов Лукаса.

– Убери от нее свои грязные руки, – прорычал он, и я была уверена, что единственное, что удерживало его от избиения этого парня, – это разделявшее нас стекло.

Этот фанат перевел взгляд с Лукаса на меня и отпустил. Парень лишь проигнорировал его, сосредоточившись на мне.

– Ты в порядке, малышка?

Игрок врезался в Лукаса сзади, ударив его головой прямо в стекло. От удара оно наклонилось назад, и мое сердце остановилось, когда он закрыл глаза и рухнул передо мной. Мой пульс участился с удвоенной силой, отдаваясь в ушах с каждой секундой, пока Лукас не двигался.

– Вставай. Вставай. Пожалуйста, встань. – Я судорожно повторяла эти слова снова и снова, но он не двигался. Мои глаза жгло от слез, а ребра, казалось, врезались в легкие, когда медики добрались до него, а он не отреагировал, даже когда они посветили ему в глаза.

– Пожалуйста, Лукас.

Толпа молчала и наблюдала за тем, как они укладывают тело Лукаса на каталку. Я сосредоточилась на его груди, пытаясь разглядеть хоть какие-то признаки того, что он дышит, но из-за его экипировки это было почти невозможно. Нет, нет, нет, нет. Этого не могло быть. Я только что вернула его. Я судорожно вздохнула и стала умолять его остаться со мной, но он не слышал моих слов.

Отдаленно я чувствовала, как Мисти заключает меня в объятия и что-то успокаивающе шепчет, но я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме случившегося. Мой сильный, умный, замечательный парень лежал без сознания, и я ничем не могла ему помочь.

Медики подняли носилки и осторожно унесли его со льда. Я побежала, не успев опомниться, и протиснулась через двери, ведущие в раздевалку, прежде чем кто-либо успел меня остановить.

Они уже тащили его к открытой двери, и ночь озарилась красными и белыми огнями машины скорой помощи. Мне необходимо быть с ним. Я протиснулась мимо его тренера.

– Я еду с вами.

Медик приподнял бровь.

– Извините, мисс, но в машине скорой помощи могут ехать только ближайшие родственники.

– Я сказала. Я. Еду. С вами, – прорычала я каждое слово.

Прежде чем я успела шагнуть вперед, меня сбили с ног и прижали к твердой груди.

– Мы поедем прямо в больницу, мелкая, – прошептал Джекс мне на ухо, и мое сердце успокоилась. Я повернулась к нему и увидела его мокрые глаза.

– С ним все будет в порядке, так ведь? Он точно будет в порядке.

Я уткнулась лицом в его рубашку, и он крепче обнял меня. Судя по всему, парень уже успел переодеться и стоял в толстовке с капюшоном и спортивных шортах.

– Он будет в порядке. Обычный день из жизни хоккеиста, – попытался пошутить он, но мы оба достаточно долго занимались спортом, чтобы знать, что удар по голове может иметь серьезные последствия.

Джекс схватил меня за руку и повел вперед.

– Подожди. Ты ведь не водишь.

Мисти выскочила из-за угла и протянула ключи.

– Поехали.

Если дорога в больницу казалась пыткой, то ожидание было сущим адом. Мы пробыли в отделении неотложной помощи больше двух часов, и нам сказали, что туда никого не пускают. Я поднимала голову каждый раз, когда мимо проходила медсестра, на случай если у них будут какие-то новости, но никто не останавливался.

– Держи, я подумал, что тебе это сейчас нужно.

Взгляд упал на стакан кофе, и я увидела лицо Ривера. Я даже не заметила, что они с Алексом тоже были здесь.

Я сделала маленький глоток.

– Спасибо.

– Я вырос здесь и знаю одну из медсестер. Она сказала, что состояние Лукаса стабильное и, как только закончится обход, она разрешит тебе пойти к нему.

Я вскочила на ноги и обхватила его руками за талию, едва не пролив на него горячий кофе.

– Спасибо, спасибо, миллион раз спасибо тебе!

Он отступил назад и встретился со мной взглядом.

– Пайпер, тебе нужно кое-что знать. Он все еще без сознания, и они не знают, в каком состоянии он будет, когда очнется…

У меня внутри все сжалось, но не было сил понять, что это могло значить. Мне просто нужно было увидеться с ним.

– Отведи меня…

Ривер подвел меня к женщине, одетой в синюю униформу, которая грустно посмотрела на меня. Она потянулась ко мне и сжала мою руку.

– Я могу проводить тебя к нему.

Я последовала за ней в палату, пока мое тело работало на автопилоте, а мозг старался поспевать за ним. Только когда я увидела Лукаса, у меня перехватило дыхание. Он выглядел намного лучше: бледный цвет лица сменился на теплый. Я подошла ближе и переплела наши пальцы, прежде чем повернуться к медсестре.

– Вы знаете, сколько он пробудет без сознания?

– Прости. Я ничего не знаю, но, как только он придет в себя, я позову доктора, и вам все объяснят.

Медсестра оставила нас наедине, и я подтащила стул к его койке. Свет в его палате был приглушен, и я взглянула на ритм его сердца, отображавшийся на экране.

Положив голову на койку, я тихо всхлипнула. Мне нужно было, чтобы он проснулся. Я так многое должна была ему сказать. Пальцы коснулись моих волос за ухом, и я ахнула, вскакивая с кровати. Лукас несколько секунд смотрел мне в глаза.

– Что произошло? Последнее, что я помню, это как какой-то урод толкнул тебя.

Я откинулась на спинку стула, тяжело дыша.

– Тебя ударили сзади, и ты врезался в стекло. Лукас, ты напугал меня до смерти.

Мой подбородок задрожал, и Лукас переплел наши пальцы.

– Ты здесь, – сказал Лукас, все еще глядя мне в глаза, и слезы потекли по моим щекам, а из груди вырвалось рыдание.

– Ты что, шутишь? Никогда больше так не делай.

Он проигнорировал мои слова, прикоснулся к моей щеке и смахнул слезы большим пальцем.

– Я думал, ты перестала верить в меня. У тебя есть все основания для этого. Но ты здесь. Черт, мне так жаль, Пайпер. Я должен был сказать тебе.

Я кивнула и прижалась к его руке. Его глаза остановились на том месте, где мы соприкоснулись, и расширились, словно от восхищения.

– Не могу сказать, что я довольна тем, как ты разрешил проблему, но, думаю, я понимаю тебя. – Я глубоко вздохнула. – Ты действительно был нужен мне, и, как оказалось, я никогда не была одна. Это по-своему мило. Мне нужно было время, чтобы понять все то, что ты сделал, но, честно говоря, мое сердце разрывается от того, как ты винишь себя.

Его челюсть сжалась, прежде чем он сказал:

– Пайпер, я знаю, ты так не думаешь, но он ушел из-за меня.

Я оборвала его, желая, чтобы он понял, как сильно ошибается.

– Я разговаривала с ним по телефону, и, Лукас, это была не твоя вина. Ты был для него братом, и ему просто нужно было успокоиться. Он все понял, но просто не заметил машину. Это был несчастный случай.

Лукас прерывисто вздохнул и прижался своим лбом к моему.

– Мне так чертовски жаль. Я не должен был оставлять тебя в таком состоянии. Дело было не только в том, что из-за меня разбился Маркус… Я ужасно боялся, что если ты узнаешь, то возненавидишь меня. Я могу пережить многое, но не это.

Он поднял голову, и мои глаза встретились с глазами цвета виски.

– Приложение для анонимов… Я пошел искать тебя там и, когда увидел твой никнейм «Убивашка», не смог удержаться и написал тебе. Я быстро смог убедиться, что это ты. Я знаю, что поступил хреново и должен был сказать тебе раньше. После того, что ты рассказала, я не мог забыть, как тебе одиноко, и что даже родители не могут тебе помочь. Это был единственный способ, который я смог придумать, чтобы быть рядом с тобой.

– Ты мог бы остаться. Мне нужно было, чтобы ты остался, – с трудом сглотнула я и наконец произнесла это вслух.

– Я полнейший идиот.

Я улыбнулась на его слова, и он впился в меня взглядом, ожидая, пока разговор вновь не станет серьезным.

– Я буду жалеть, что не остался с тобой до конца своих дней. Я устал принимать решения за тебя. Мне казалось, что на этот раз все кончено. Но это больше не повторится. Я не могу обещать, что не облажаюсь, но обещаю никогда не скрывать этого от тебя.

Я накрыла его руки своими и заставила его посмотреть на меня.

– Послушай, мы будем бороться – это лишь малая часть, но мы всегда будем вместе. Я всегда буду бороться за тебя и за нас.

– Черт, я так люблю тебя.

Его губы прижались к моим, и я издала горловой стон, когда он провел своим языком по моему.

Мы отпрянули друг от друга, когда кто-то громко прокашлялся.

– Я рада, что вы пришли в себя, но вам нужно сдать кое-какие анализы.

Медсестра, с которой я встречалась ранее, улыбнулась нам, и я почувствовала, как мои щеки заливаются румянцем.

Я отодвинула стул и отошла в угол комнаты, не желая путаться под ногами, но и не собираясь уходить.

Она сообщила нам, что доктор скоро придет, и парни появились в ту же секунду, как она вышла. Джекс вошел первым и сразу же заключил Лукаса в объятия.

– Господи, спасибо. Я убью тебя, черт возьми, если ты еще раз так сделаешь.

– В следующий раз постараюсь не получать по голове, – рассмеялся Лукас, но Джекс стал серьезным.

– Я должен был быть там и помочь.

– Перестань. Это была даже не твоя смена. – Лукас по-дружески толкнул Джекса, и оба улыбнулись друг другу. – Я в порядке. Наверное, сегодня пойду домой.

В палату вошел врач с планшетом в руках.

– Мистер Найт, вы никуда сегодня не пойдете. Вы получили сильный удар по голове и сотрясение мозга. Хотя ваша бодрость и четкая речь – хороший знак, я записал вас на компьютерную томографию через несколько часов. Если утром вы будете в норме, то сможете отправиться домой. А теперь мне очень не хочется этого говорить, но часы посещений закончились, и я вынужден попросить вас уйти.

Алекс и Ривер что-то тихо сказали Лукасу, но я не разобрала, что именно. Затем они ушли, и за ними быстро последовал Джекс. Я подошла к краю кровати и взвизгнула, когда Лукас потянул меня на себя и я упала, положив руки ему на грудь. Он наклонился и поцеловал меня, затаив дыхание, прежде чем устроиться поудобнее.

– Увидимся утром, детка. Береги мальчиков от неприятностей.

В тот вечер Алекс, Ривер и Джекс были вынуждены уехать домой на автобусе. Я была почти уверена, что Мисти сошла с ума, когда тренер сказал поймать ей попутку, чтобы я могла оставить машину себе. Остаток ночи я провела в комнате ожидания, поспав лишь несколько минут до того, как подошла медсестра и положила руку мне на плечо.

Я медленно открыла глаза, и женщина лет пятидесяти улыбнулась мне.

– Теперь вы можете пройти.

Она рассмеялась, когда я сорвалась со своего места и направилась прямиком к Лукасу. Он уже проснулся и хмурился, глядя на зеленое желе, которое ему нужно было проглотить. Только когда я увидела его, усталость последних суток дала о себе знать. Должно быть, это было написано у меня на лице, потому что он притянул меня к себе, пока я не оказалась лежащей на нем. Его рука скользнула по моей спине и обхватила за талию.

– Разве не у меня должен быть умирающий вид?

Я напряглась от его шутки.

– Не смешно.

Он поцеловал меня в макушку и прижал к себе.

– Отдохни немного. Сегодня я отвезу тебя домой.