Торговый центр кишит людьми. Сегодня просто адская жара, и весь город решил сбежать от нее в прохладу огромного магазина. Просто яблоку негде упасть. Но сидеть в номере который день подряд и медленно сходить с ума от неизвестности и страха выше моих сил. Я решила отвести сына на прогулку в ближайший развлекательный центр.

Детская комната здесь занимает почти весь этаж. Всевозможные автоматы, аттракционы, батуты, детские городки и конечно кафе.

Джек резвится в сухом бассейне, визжа от радости. Он то падает поверх шариков, то встает и плюхается в них снова. Я улыбаюсь, наблюдая за ним. Мягкий пол устлан матами, и я поджимаю ноги, усаживаясь удобнее.

Меня клонит в сон, я не спала несколько ночей подряд и сейчас выжата, как лимон.

– Мамоська, смотии! – тоненький голосок заставляет меня отвлечься от мрачных мыслей и посмотреть на ребенка. Джек складывает крошечные ручки у лба как дельфинчик и ныряет с визгом.

– Ты у меня молодчина! – хлопаю ему, стараясь не показывать ребенку своей подавленности.

Сердце обливается кровью от мысли, что его могут забрать у меня, и на глаза снова наворачиваются слезы. Смаргиваю их, делая вид что тщательно расправляю складки на драной джинсовой юбке.

– Он вылитый Джакомо… – Знакомый голос заставляет меня занервничать. Я уже слышала его раньше. Он принадлежит самой ненавистной женщине на свете. Мелодичный и тягучий, с итальянским акцентом.

Поворачиваю голову, и все внутри обмирает, когда замечаю ее. Франческа восторженно наблюдает за Джеком, и я торопливо поднимаюсь на ноги, чтобы не дать ей забрать сына. Я не знаю, чего от нее ожидать, но ее появление явно не к добру.

– Потрясающий малыш! – она продолжает искренне восторгаться моим сыном, и тут же торопливо переводит взгляд на меня, обращаясь ко мне вполне по-человечески. – Можно с ним познакомиться?

Помнится в прошлую нашу встречу она брезгливо морщила нос, указывая мне на место прислуги, которое я должна занимать по праву в доме этих монстров Моретти.

– Думаю это лишнее! – твердо произношу, давая ей понять, что не подпущу никого из них к ребенку. Поворачиваюсь к Джеку, чтобы окликнуть его, но мое запястье сдавливает загорелая рука. Я возмущенно опускаю взгляд на ее пальцы, а потом вопросительно смотрю на незваную гостью. Встречаю упрямство в карем взгляде.

– Я не хочу делать это без твоего разрешения. Джек – твой сын, именно поэтому я прошу у тебя позволения с ним заговорить. Я пришла с миром, Кейт. И я тут одна.

Машинально оглядываюсь, в страхе осознав, как рисковала, придя сюда с Джеком. Да любой головорез может похитить моего сына среди бела дня.

– Пожалуйста… – Франческа не унимается.

Я вздыхаю.

Возможно, нет ничего плохого в том, чтобы жена этого тирана познакомилась с моим сыном. Даже если она попытается навредить Джеку, я закричу, и сюда явится охрана.

– Джек! – окликаю сына. – Малыш, иди сюда скорее, я кое с кем тебя познакомлю!

Любимый с интересом оборачивается и, заметив около меня незнакомку, бежит к нам, ни о чем не подозревая.

– Это Фран… – Произношу, но меня перебивают на полуслове.

– Здравствуй, Джек! – жена этого негодяя присаживается на корточки в своем идеальном белом платье на тонких бретельках и протягивает моему двухлетнему сыну руку. – Я твоя тётя – Франческа, но ты можешь называть меня Френси, как тебе больше понравится!

Джек добродушно жмет ее руку и щебечет.

– Моя тётя, как Лилит? Она квасная! Мы с ней пекии песенье. А ты умеес песь песенье?

Франческа выразительно округляет глаза и заговорщически шепчет.

– Ты даже не представляешь, какие вкусности я умею печь! Хочешь, мы с тобой и твоей мамой вместе приготовим огромный шоколадный торт?

Это запрещенный прием. Она прекрасно это понимает и тут же извиняется взглядом коротко.

Джек сияет от радости. Ему нравится жена этого монстра, и я понимаю, что теряю контроль над ситуацией.

– Мамоська, давай испесем товтик! Ну позауста!

– Возможно в другой раз… – начинаю, и сердце обливается кровью от того, как на глазах тухнет взгляд Джека. Он все понимает и не спорит. Не знаю, откуда в нем эта черта, но на контрасте с детьми, которые начали бы клянчить и рыдать, пока не получат желаемое, Джек лишь грустно опускает голову и покорно кивает. Его нижняя губа начинает подрагивать, но он не закатывает сцен.

И тут Франческа делает то, что просто выше моего понимания. Вместо того, чтобы отыгрываться на чувствах сына, она встает на мою сторону.

– Не расстраивайся, солнышко. Мама права, мы можем встретиться и в другой раз…

Джек кивает грустно. Я смотрю на итальянку и не верю ей, но зачем-то произношу.

– А может вместо того, чтобы печь торт, мы забежим в кафе и там съедим по кусочку?

Джек сияет. Франческа удивленно поворачивается ко мне и благодарно кивает.

– Я жутко проголодалась и буду рада угостить вас обедом! – она переводит взгляд с меня на моего сына и протягивает руку Джеку. – Ну что, идем?

Тот хватается за ее ладошку, но я не доверяю ей. Наклоняюсь и беру Джека на руки, разрывая их контакт. Франческа молчит. Джек даже не замечает подвоха.

– Тут неподалеку есть ресторанчик, – она обращается ко мне буднично, будто мы старые друзья. – Там безумно вкусная пицца. И большой выбор десертов.

– Я собиралась пообедать в кафе у игровой комнаты, – говорю твердо. Выходим из лабиринта и застываем, пораженно глядя на кишащий посетителями фудкорт. Тут нет свободных столиков, и я растерянно оглядываю зал в поисках хотя бы одного.

– Тут и правда недалеко. Пешком всего пара минут, Кейт. И не так шумно.

Не желая расстроить ребенка, я соглашаюсь.

Покидаем торговый центр, выходя под палящее солнце. Я не выпускаю Джека из рук, он довольно цепляется за меня, пользуясь тем что мама в кои-то веки не заставляет его идти пешком.

– Какой твой любимый мультик, Джек? – Франческа всю дорогу не переставая болтает с моим сыном. Они обсуждают его увлечения, и я настораживаюсь все сильнее. Хотя нет ничего удивительного в том, что Франческа так быстро нашла общий язык с Джеком. Она столько лет жила бок о бок с монстрами, торгующими людьми, что втираться в доверие – ее конек.

Мы подходим к нашему отелю и к моему удивлению Франческа не проходит мимо, а идет ко входу.

– Ресторан на первом этаже, – поясняет. – Я остановилась в этом отеле.

Я напряженно киваю, прижимая Джека теснее.

Она ничего мне не сделает пока мы в людном месте.

Проходим в ресторан. Занимаем места за столиком у окна. Прохлада закрытого помещения приятно будоражит после удушающей уличной жары.

– Что ты предпочитаешь? – Франческа открывает меню и показывает Джеку картинки с блюдами. – Пиццу, пасту, а может хочешь сразу приступить к десерту?

– А что такое паста? – Джек наивно спрашивает. Франческа округляет глаза.

– Это самое вкусное блюдо в мире. Обязательно попробуй, каждый итальянец должен хотя бы раз в жизни отведать эту пищу Богов.

Я бросаю суровый взгляд в сторону Франчески, она улыбается, снова извиняясь взглядом, и мне кажется, я почти раскусила эту сучку.

Мы делаем заказ. Франческа заказывает бутылку красного, хоть я и высказываюсь против.

Джек с увлечением раскрашивает рисунок, любезно принесенный официантом вместе с пачкой карандашей, и я наконец позволяю себе заговорить напрямую.

– Что тебе надо? – складываю руки на груди, в упор глядя на жену этого изверга. Франческа выдерживает мой взгляд. Она быстро перестраивается. Будто в ее родне были хамелеоны. Ради Джека она прогибается, но тут же становится несгибаемой, когда я проявляю жесткость.

– Я хотела посмотреть на него.

– Могла бы ограничиться посещением игровой.

– Я не хочу вредить ему, Кейт. Я же сказала, что пришла с миром.

Она замолкает, когда к нам подходит официант. Он отточенным движением открывает бутылку вина, картинно наливает в бокал глоток и протягивает Франческе. Та слегка пригубив кивает. Официант наполняет наши бокалы.

Я к своему не притрагиваюсь. Франческа осушает свой залпом.

– Ты ненавидишь меня. – Не вопрос. Констатация факта. Я парирую.

– Ты предлагала отдать меня охране, – произношу спокойно.

– Я блефовала. Джакомо никогда не сделал бы этого, и ты прекрасно это знаешь.

– Неубедительное оправдание.

– Какое есть, – она жмет плечами. Потом откидывается на спинку стула и устало выдает. – Если Джакомо услышал бы меня сейчас, нашей дружбе пришел бы конец. Но я должна высказаться. А ты обязана выслушать меня ради сына.

– Причем тут Джек?

– Слушай.

Я молчу. Жду. Она воспринимает это как приглашение.

– У тебя есть полное право ненавидеть меня. Ненавидеть Джакомо ты тоже вправе. Ты можешь лишить его сына, как делала это все эти годы. Можешь взять Джека и сбежать. Но подумай, что будет через десять лет? Когда он спросит, где его отец, и почему тот не предпринял попытки выйти с сыном на связь.

Я поджимаю губы.

Франческа продолжает.

– Джакомо заслуживает шанс видеться с сыном. Он имеет право проводить с ним время. Пытаясь лишить его этой возможности ты прежде всего вредишь ребенку.

– Занимательная лекция.

– Не дерзи. Я претендую на откровенность.

– Тогда скажи мне то, что стоило бы внимания.

– Джакомо собирается выкрасть сына. Я уговариваю его так не поступать.

Я шокирована, но не подаю вида. Лишь хмурюсь. От этой мигеры стоит ожидать чего угодно. Она соврет не дорого возьмет.

– Он в отчаянье. Он зол на тебя. Но услышь меня: Джакомо не злой человек. Он не станет вредить тебе или Джеку. Он просто хочет быть с ним рядом.

– Майкл высказался вполне конкретно. Он сказал, что заберет моего сына в Италию и наплюет на мои права. Точка.

– Он сказал так, потому что был шокирован новостью о ребенке. А ты не была бы удивлена, узнай ты что у тебя есть сын спустя целых три года?

– Ты пытаешься его оправдать, но зачем? – задаю вопрос, сбитая с толку. – Не проще ли было помочь ему с похищением, а потом выдать Джека за своего ребенка и жить счастливо втроем?

Официант приносит нам блюда. Мой аппетит пропал, я не притрагиваюсь к приборам, как и Франческа. Сынок же с энтузиазмом запускает руку в тарелку с пастой и наматывает макароны на пальцы.

– Я люблю Джакомо. И то, что ты сказала конечно приблизит его к цели, но не сделает счастливым. Я как ни странно преследую интересы маленького Джека. Он не виноват, что жизнь его родителей сложилась именно так, а не иначе. Не усложняй, Кейт. Пойди ему навстречу.

– Что ты предлагаешь? – напряженно интересуюсь.

– Поезжай в Италию.

– Исключено!

– Я не прошу тебя жить в доме Карлоса. Заселись в отель. Расходы я возьму на себя. Побудь с маленьким Джеком на родине его предков.

– Предков-рабовладельцев ты хотела сказать?

– Сколько же в тебе яда?

– Почему вы с Майклом не завели своих детей? – меняю тему, устав от ее советов. Не то чтобы мне хочется залезть в их постель, но просто любопытно.

– С какой стати нам это делать? – она недоуменно мотает головой.

– Вы ведь женаты, не так ли? – наклоняюсь ближе. Франческа хмурится. Вполне искренне кстати.

– Мы не женаты, Кейт. И никогда не были.

– Но вы же были обручены… – вопросительно щурюсь.

– Мы расторгли помолвку, как только все закончилось. Я никогда не собиралась за Джакомо замуж. Мы просто играли свои роли.

– Что закончилось? Какие роли? Как это не собиралась за него замуж, если вы… – язык не поворачивается произнести это вслух. Но я прекрасно помню, как застукала их в порыве страсти рвущих друг на друге одежду.

– Я повторю. Мы просто играли свои роли. Я никогда не была невестой Джека по правде. И вообще не была ничьей невестой. И никогда не буду.

Я хмурюсь. Франческа наполняет свой бокал, не дожидаясь официанта. Потом осушает.

– Мне никогда не нравились мужчины. Я не по этой части, Кейт.

Я ошарашенно распахиваю глаза.

– Я никогда не спала с Джакомо, Кейт. Мне нравятся девушки.