Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.
Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...
Бесплатные переводы в наших библиотеках:
BAR "EXTREME HORROR" 2.0 (ex-Splatterpunk 18+)
https://vk.com/club10897246
Nexus - Переводы
https://vk.com/public195211186
Сержант полиции Робби Мейсон в последний раз стукнул кулаком в дверь и заговорил в рацию "Airwave", закрепленную на его лацкане:
- База, это Финей-1. Подозреваемого нет на месте. Требуется взлом. Прием.
- Принято. Kоманда поддержки с "Большим Красным Ключом" в пути. Прием.
- Ожидаю. Прием.
Мейсон стоял на площадке третьего этажа дома Морриса и ждал команду поддержки. Бетон под его ногами был в ямах и пятнах, замусорен окурками. Он посмотрел налево-направо, проверяя, не потревожил ли соседей, но все было чисто. Большинство квартир пустовало или находилось в запущенном состоянии. Лондон был кишащим крысами трупом в модной шляпе, а район Тауэр-Хэмлетс - гнойными кишками этого трупа.
Удручающее состояние здания противоречило погоде. Был яркий полдень, голубое небо и бьющее солнце. На улицах внизу дети, которые должны были быть в школе, катались на велосипедах туда-сюда. Это был приятный день. Но у Мейсона было предчувствие, что он вот-вот испортится.
Чтобы не спугнуть подозреваемого и не привлечь нежелательного внимания гражданских, Мейсон вызвался первым вступить в контакт. Если подозреваемый подойдет к входной двери, он заявит, что расследует дело о пропаже ребенка в этом районе. Тем временем он незаметно нажмет на кнопку шумоподавления на своей рации и вызовет группу задержания. Элемент неожиданности был лучшим оружием полицейского.
Но уловка не удалась. Либо подозреваемого не было дома, либо он отказывался отвечать. Пора исполнить ордер и войти в дом силой.
Мейсон подождал две минуты, пока на бетонной площадке рядом с ним не появилась пара офицеров из Бетнал-Грин[1]. Один из них нес таран "Вышибала", который был главной опорой британских служб спасения по всей стране. Шестнадцать килограммов окрашенной в красный цвет закаленной стали, он был достаточно легким для использования одним человеком, но достаточно тяжелым, чтобы справиться со всеми, кроме самых прочных входных дверей жилых домов. Мейсон сделал шаг назад и включил рацию.
- База, это Финей-1. Приступаю к силовому проникновению в квартиру тридцать три, дом Морриса. Это квартира три-три, дом Морриса. Прием.
- Приступайте. Прием.
Мейсон кивнул двум офицерам.
Первый удар "Большого Красного Ключа" вмял дверь и расколол раму. Второй разбил замок и заставил дверь удариться о внутреннюю стену. Мейсон мог бы справиться и с одним, но два удара были вполне достойны уважения.
Офицер, не державший таран, - констебль Джаскил - тут же зарылся носом в локоть и простонал:
- Господи, как воняет.
- Меня сейчас вырвет, - сказал его коллега, констебль Льюис, который повернулся и облокотился на усыпанную галькой стену балкона.
Мейсон сглотнул комок в горле и взял себя в руки. Дурной запах в пустых квартирах никогда не был хорошим знаком. Он уже потерял счет умершим пенсионерам и обмазанным дерьмом наркоманам, которых он имел неудовольствие обнаружить за эти годы. Но эта вонь была еще хуже.
Он велел остальным офицерам отойти, и они послушно подчинились. Ни у тех, ни у других не было столько лет работы, сколько было у него, и, судя по тому, как развивались события, они, вероятно, никогда не смогут этого сделать.
Если хочешь быть непопулярным и малооплачиваемым - иди в полицию.
И забудь о браке, потому что столько поздних ночных смен и глубоких приступов депрессии может выдержать только хорошая жена. Всегда найдется более высокооплачиваемый, более симпатичный бухгалтер, готовый переманить ее к себе.
Мейсон подошел к порогу разбитой двери квартиры и заглянул в мрачный коридор. Это было все равно, что заглянуть в пещеру, солнечный свет проникал внутрь лишь на несколько футов. Кто знал, какие ужасы скрываются внутри?
Пришло время узнать.
Мейсон снова включил рацию и сообщил о происходящем старшему инспектору, который руководил операцией из ближайшей забегаловки "У Оскара". Три десятка полицейских скрывались в Тауэр-Хэмлетс, перекрывая все пути отхода и стараясь при этом не привлекать к себе внимания. Жители района могут быть настроены враждебно по отношению к властям, поэтому привлечение толпы было препятствием, которое им было не нужно. Все должно было происходить быстро, иначе люди могли пострадать. Подозреваемый был очень опасен.
И, вероятно, очень безумен, - подумал Мейсон, внезапно пожалев, что вызвался добровольцем. - Хорошо. Мне нужно зайти внутрь и выяснить, чем вызван этот запах.
Мейсон кивнул двум другим офицерам, и они ответили ему жестом. Джаскил положил "Большой Kрасный Kлюч" на землю и встал в дверном проеме напротив Льюиса.
Мейсон сделал шаг вперед и вошел в квартиру.
Это было все равно, что идти сквозь густой туман. Едкий запах был таким густым, таким вязким, что казалось, он прилип к обнаженной коже его предплечий. Глаза щипало, в горле першило, а в желудке поднималась волна спазма. Только четырнадцать лет в форме не позволили ему извергнуть утренние котлеты из "Макдональдса" на свои ботинки.
Это будет нехорошо.
В коридоре было пусто, обои и краска давно облупились. Темные пятна местами покрывали осыпающуюся штукатурку, но было слишком мрачно, чтобы понять, что это: кровь, фекалии или обычная грязь. Мейсон отстегнул дубинку и снял ее с пояса. С ее помощью он осмотрел кучу мусора на заплесневелом ковре: картонные коробки из-под еды и пластиковые бутылки из-под напитков. Фастфуд.
Они выследили подозреваемого по этому адресу, но он был явно заброшен. Если повезет, они все же смогут найти что-нибудь полезное для своего расследования. От этого зависят семьи жертв.
Убедившись, что его сослуживцы по-прежнему находятся у него за спиной, Мейсон двинулся по коридору.
Небольшая кухня занимала пространство справа, в ней отсутствовала дверная коробка. Он заглянул внутрь и сразу же поморщился от неприятного запаха. Жир и грязь покрывали старую плиту в углу, на полу валялось еще больше контейнеров с едой, но вонь была похожа на запах тухлого мяса. Дверцы шкафов висели на петлях, скрывая бог знает что внутри.
В комнате ощущалось движение, и по позвоночнику Мейсона пробежала дрожь, когда он представил себе личинок и жуков, извивающихся в тени. Как такой улей мог остаться незамеченным и безнаказанным?
Выйдя обратно в коридор, Мейсон присоединился к Джаскилу и Льюису, когда они вошли в душный холл. Сквозь тонкую щель в шторах пробивался солнечный свет, но большая часть комнаты была погружена в тень. Под окном в комнате стоял единственный двухместный диван с сильными пятнами. У стоящего перед ним деревянного журнального столика отсутствовала ножка. На деревянной тумбе у стены стоял телевизор, достаточно старый, чтобы показывать свадьбу Чарльза с Дианой.
Не совсем гнойная яма, какой была кухня, но все же непригодная для проживания.
- Что вызывает этот запах? - спросил Льюис, почти про себя.
Мейсон покачал головой:
- Я не знаю, но мы еще не нашли, - oн указал пальцем на дверь на другой стороне комнаты: - Спальни должны быть там. Джаскил? Приготовься выйти на радиосвязь, если что-то произойдет.
Джаскил озабоченно кивнул, внезапно став больше похожим на неуверенного подростка, чем на тридцатилетнего семьянина, которым он был. Мейсон был уверен, что его коллега только что приветствовал третьего ребенка.
Мейсон, пробираясь через комнату, ступал по разным предметам. На стене висел выключатель, но когда он нажал на него, ничего не произошло. Причина в том, что на потолочной люстре не было лампочки. Льюис достал фонарик и осветил им путь.
Другая дверь вела в другой коридор, из которого выходили еще три двери. Скорее всего, две спальни и ванная комната, но без проверки этого не узнать.
Что за дверью номер один? Уж точно не звездный приз.
Мейсон предупреждающе рявкнул:
- Это полиция. Если кто-либо находится внутри этой квартиры, немедленно сдавайтесь, иначе к вам могут быть применены силовые меры.
Трое полицейских напряглись, присматриваясь к каждой из закрытых дверей, как будто бешеная горилла могла внезапно выскочить и растерзать их. Но как только прошло несколько секунд без происшествий, их плечи опустились, и они издали коллективный вздох. Мейсон еще раз кивнул им в знак того, что он по-прежнему лидирует. Преимущества старшинства.
Вонь усиливалась, атмосфера становилась все более гнетущей. Джаскил и Льюис, казалось, готовы были потерять сознание или их стошнит - или и то, и другое. Мейсон их не винил. Жуткий страх, поселившийся в его желудке с тех пор, как они впервые распахнули входную дверь, теперь расцвел - прогорклый тюльпан, опыленный кошмарами. Смерть и страдания обитали в этой мрачной лондонской квартире в шести милях от Букингемского дворца. Страдания. Гниение. Разложение. Вопрос был в том, кому принадлежала эта вонь? Жертве? Или человеку, которого они пришли арестовать?
Мейсон кивнул в сторону первой двери в коридоре, затем протянул левую руку, чтобы взяться за дверную ручку. В правой он держал дубинку на вытянутой руке.
Он открыл дверь.
И обнаружил источник запаха.
У всех трех офицеров перехватило дыхание. Вонь не поддавалась описанию - как от пропитанного мочой мяса, и никакой опыт работы не мог помешать Мейсону сдержать желчь, которая жгла ему горло и искала выхода через рот.
- Господи, помоги нам, - пробормотал он, пока Льюис водил фонариком взад-вперед по спальне.
Шторы были закрыты, поэтому три висящих трупа появлялись и исчезали из виду время от времени, как трупы из поезда-призрака, их диковатые ухмылки сверкали в свете факела, когда он проходил над ними.
Мейсон чувствовал себя на плаву, не ощущая земли под ногами. Он убрал дубинку и заменил ее фонарем, нуждаясь в том, чтобы отвечать за то, что он видит. Его рука ужасно дрожала, но он держал свет более или менее ровно, осматривая каждую жертву по очереди. Убийца вырезал им глазные яблоки и отрезал губы. Сморщенные груди указывали на женский пол - излюбленную добычу подозреваемого, - но они были едва похожи на людей. У одного трупа конечности отсутствовали ниже колен. У другого была только одна рука. От третьего оставались только голова и туловище. Куча человеческих останков гнила в углу, сливаясь с нитяным ковром. По комнате вяло жужжали назойливые мухи.
- Вот оно! - сказал Джаскил, его голос был густым от слюны. - Это логово Коробкорезa. Мы нашли его. Черт. Я не могу... Я не могу дышать...
- Это не логово, - пробормотал Мейсон, не в силах отвести взгляд от ужасающего полотна человеческих страданий. - Это чертова скотобойня. Мы должны немедленно покинуть помещение.
Пора послать сюда судмедэкспертов, коронера и всех остальных, у кого хватит духу разобраться с этим дерьмом. Только не мне, - подумал Мейсон.
Никто не спорил. На самом деле Льюис и Джаскил уже вернулись в коридор.
Раздался звук удара. Он доносился из одной из других комнат.
Свободной рукой Мейсон выхватил дубинку и направил фонарик вперед. Слезы залили его щеки, вызванные адской вонью и полнейшим страданием, царившим в комнате позади него. Это было зловещее место.
- Что это было, черт возьми? - спросил Джаскил, как ребенок, готовый закричать. - Мы уходим или как?
Снова раздался удар, на этот раз сопровождаемый приглушенным мычанием.
- Черт, - сказал Мейсон, все его тело дрожало. - Вызывайте группу реагирования. У нас есть выживший.
Джаскил протянул дрожащую руку к рации на лацкане:
- Господи Иисусе, кажется, я собираюсь...
Мейсон шел вперед, голос его коллеги превратился в беспорядочные помехи в его сознании, когда страх и необходимость - и глубокий, тонущий ужас - затопили его мозг.
Снова послышалось приглушенное мычание. Он привел его в комнату, соседнюю с той, где лежали тела. Он распахнул дверь, отчаянно желая покончить с этим кошмаром - не только для себя, но и для всех, кто еще находился в этом убогом месте.
- Это полиция! - крикнул он. - Кому-то нужна...
Его слова оборвались. Он привалился боком к дверной раме, ноги отказали. В его голове пронесся шквал, визгливый голос кричал, чтобы он убирался оттуда. Но он застрял, находясь в кастрюле, наполненной все более горячей водой, кожа покрывалась волдырями дюйм за дюймом. Чем дольше он оставался в этой квартире...
В отличие от других комнат, эта была освещена торшером, установленным в углу. Она бросала желтый свет на молодую женщину, привязанную к деревянному стулу. Кто-то вскрыл ей глазные яблоки и ослепил ее. Обе губы отсутствовали, обнажая передние зубы. Она корчилась на стуле, явно осознавая присутствие Мейсона, но не могла говорить. Остатки языка болтались у нее во рту, истекая гноем и инфекцией. Две руки без пальцев хлопали по подлокотникам кресла.
Последний шедевр убийцы Коробкорезa.
Но он не доделан, - подумал Мейсон. - Она еще жива. Он никогда не оставляет их в живых.
- Все в порядке, - пробормотал он. - Меня зовут офицер Робби Мейсон, и я...
Позади него раздался громкий треск, когда одна из дверей в коридоре распахнулась и ударилась о стену. Мейсон услышал крик Льюиса, а затем горловое дыхание Джаскила.
Он здесь. Мы в его доме.
Мейсон выскочил из комнаты, подняв дубинку и фонарик. Он увидел, как Льюис в ужасе бежит по коридору. Бежит, спасая свою жизнь.