Мужчины кивнули и отошли в сторонку. Женщина раскинула руки. Секунду ничего не происходило, а затем Макса и Вячеслава обдало воздушной волной — по территории понеслось поисковое заклятие. Минуты через две Сычкова опустила руки и удивлённо протянула:
— Мы не одни. В школе есть кто-то живой. Человек. Но какой-то странный… А внизу, в подвале, копошится ещё что-то. Не успела распознать — гнилое, мерзкое, склизкое словно бы подмигнуло, а потом выпихнуло меня оттуда. Ребят, может, дальше по улице проедем, найдём магазин? Как-то не хочется знакомиться ни с местным жителем, ни с его подвальным соседом. Какое-то фу, не могу объяснить.
Коваль окинул школьный двор цепким взглядом:
— Что значит странный, Марусь? Если он единственный выживший, может, хоть посмотрим на него? Вдруг помощь нужна?
Максим молча разглядывал окна школы.
— В принципе, время у нас есть, — осторожно сказала ведьма, — до рассвета в Вырай заходить всё равно не стоит. Вот только если с нами что-нибудь случится, кто Настёну домой вернёт? Там ведь не только человек, но и гадость какая-то
— Короче, Андреич. Решай сам, — покачал головой Слава. — Маня права, но если мы сейчас отсюда свалим, я себе долго этого не прощу. Да и интересно, что там такое в подвале.
Бондаренко вздохнул:
— Головой понимаю, что рисковать не стоит, иначе Настя останется совсем одна. Но я всегда детей учил, что нужно помогать людям. И сейчас сам себе буду противоречить? Потом просто не смогу смотреть Настюше, да и мальчикам, в глаза. Вдруг этот человек на краю гибели? Мы достаточно опытные, из стольких передряг выбирались. Так что давайте быстро разберёмся. Марин, можешь о местном что-то конкретней сказать?
— Нет, — потёрла лоб колдунья. — Заклятие само по себе поверхностное, да и то, что в подвале, мешает. Ясно одно — он очень похож на Диму Павлюка, ну, проводника. Такой же ущербный разум. Хотя, может, я ошибаюсь из-за помех.
В коридоре первого этажа было тихо, прохладно и сумрачно.
— Фонит. — Слава поморщился и потёр плечо там, где под рукавом пряталась наколка.
— И не слабо, — согласился Бондаренко.
— Будьте наготове. — ведьма наколдовала слабый источник света над головами.
Стали видны странные пятна и потёки на стенах. Возможно, они имелись и на полу, но под слоем мусора было не разглядеть. Приреченцы внимательно осматривали обстановку.
Обломки мебели, какие-то железки, тряпки, разодранные матрасы… но самым жутким были покосившиеся стенды с фотографиями лучших учеников школы, расписанием занятий и объявлениями для родителей — они совершенно не вязались с окружающей обстановкой да и вообще, с современным миром. Вячеслав подошёл к стене и присвистнул:
— Обалдеть. Гляньте, какие шикардосные фотки.
Изображения улыбающихся детей и подростков прекрасно сохранились благодаря стеклу. Вот только все до единой фотографии имели дефект — у школьников вместо глаз зияли обугленные дырки.
— Это же надо было так стараться, — пробормотал биолог, — снять стекло, прожечь каждый портрет…
— Ага, а потом всё повесить назад и заявить, шо так и было́. — Закончил за друга Коваль. — Интересно, это тот аноним, которого Маня унюхала, или кто-то другой?
На верхних этажах что-то загремело, послышался торопливый топот.
— О, вот и абориген активизировался. Ну, что? Сначала в подвал, или этого найдём?
— Давай сначала с человеком разберёмся. Может, он всё объяснит, — предложила Сычкова.
На втором этаже в магическом источнике света необходимость отпала из-за окон. В кабинетах отсутствовали двери, и стало понятно, что они давным-давно превращены в жилые помещения. Почти везде стояли кровати, пару раз попались даже двухъярусные. Правда, лежанок в виде грязных матрасов было больше.
И снова потёки на стенах и брызги на тёмном покорёженном паркете.
В самом дальнем кабинете что-то снова громыхнуло.
— Эй! Друг! Не бойся, выходи! — зычно крикнул Вячеслав.
— Тише! — зашипела Марина. — Ты что творишь!
— А чё он ныкается? — не смутился Коваль.
Из дальнего кабинета выскочил человек. К груди он прижимал толстую тетрадь в клеёнчатом переплёте. Несколько секунд гости и хозяин школы смотрели друг на друга. Максим дружелюбно помахал:
— Здравствуйте, простите, что мы без приглашения…
Мужчина в обносках восторженно взвыл, всплеснул руками, из-за чего тетрадка и карандаш упали на пол, развернулся и понёсся вниз — с той стороны коридора тоже обнаружилась лестница. Визгливый голос полетел по гулким коридорам:
— Есть! Нашёл! Пришли! Сами!
— Стой! — завопил Коваль. — Ты куда полетел!
— Пришли! Пришли! Я молодец! — послышалось с нижнего этажа. Потом что-то металлически заскрежетало, и снова стало тихо.
— Ты была права, Маруся. У мужика в голове бо-о-ольшая вавка, — Вячеслав постучал пальцем себе по лбу.
— Надо его найти, — пошла вперёд Марина. — Хотя мне всё это по-прежнему не нравится.
Когда поравнялись с тем классом, из которого выбежал местный житель, притормозили. Спальные места здесь отсутствовали. Можно сказать, помещение сохранилось в первозданном виде — парты, стулья, шкафы со стеклянными дверцами, портреты писателей на стенах. Тоже с уничтоженными глазами. А вот пятен крови не было.
— Наверное, пока жили в стабильности, пытались учить детей, — пробормотал Максим, подобрал загадочную тетрадь и положил её в рюкзак. — Верну. Чтобы не боялся нас.
— Типа, гляди, какие мы добренькие? Ты вещички потерял, а мы назад подогнали? Хорошая мысль, может, перестанет носиться, как ужаленный. — Коваль обогнал сестру и заглянул в лестничный пролёт. — Нихренашеньки не видно. Темень, как и с той стороны, возле входа.
Ведьма, ни говоря ни слова, создала маленький шарик света и отправила его вниз.
— О, вижу дверь в подвал, — пбрадовался Вячеслав. — Спускаемся.
По подвалу шли осторожно, стараясь не шуметь. Из-за огромного количества хлама скорость передвижения была не очень большой. Светящийся шарик Марина послала чуть вперёд, чтобы её компания оставалась в темноте, но при этом могла рассмотреть окружающую обстановку. Коваль держал наготове топор, Бондаренко, поразмыслив, взял в руку пистолет — арбалет он не любил за достаточно медленное взведение, а в подобном месте скорость могла многое решить. К тому же биолог зарядил «Беретту» серебряными пулями, которые прекрасно работали с некоторыми видами нечистой силы, да и в обычном, человеческом злодее замечательно делали дырки.
Где-то впереди слышалось сопение, приглушённые стоны и чавкающий звук. Марина негромко выругалась, не притормаживая, вытащила из рюкзака телефон и переложила его в карман штанов.
— Оно что, его жрёт? — прошептал Слава.
Ответ нашёлся тут же. Источник света выхватил в углу багровую копошащуюся массу — огромную, словно стог сена, амёбообразную, с лоснящейся поверхностью, на которой то тут, то там выступали лица, руки, спины и прочие части человеческих тел. К существу прижимался давешний житель школы. На первый взгляд это действительно выглядело так, словно создание пытается сожрать человека, но потом до путешественников дошло. Мужчина сопел, стонал от удовольствия и ритмично двигал тазом, создавая тот самый чавкающий звук. По его спине и бокам медленно текла вязкая слизь. На каждое движение чудовище отвечало содроганием желеобразной туши.
Выглядело это настолько отвратительно, что Марина едва успела повернуться — ещё секунда, и содержимое её желудка оказалось бы на ботинках Славки. Который, к слову, даже не заметил, что произошло с ведьмой — он был занят выплёвыванием всевозможных ругательств. Побледневший Максим поднял руку с пистолетом, но стрелять пока не стал — любитель плотских утех задвигал тазом очень быстро, после особо сильного толчка взвизгнул и на пару секунд замер, затем отступил на шаг от своей «партнёрши» и, тяжело дыша, сказал, глядя на гостей:
— Я так рад, что вы пришли. Она довольна. С тех пор, как еда кончилась, она меня не подпускала или делала больно. Спасибо!
Приреченцы с омерзением наблюдали, как рыхлая вагина медленно втягивается в тело существа, а затем на её месте появляется выпуклость, напоминающая человеческую ступню. Впрочем, нога тоже быстро исчезла.
— Хрен подбери, ур-род, — процедил Славка, — здесь дама.
Мужчина моргнул и поправил обноски штанов.
— Вы не могли бы объяснить, что это за создание? — Бондаренко, в отличие от друга, был предельно вежлив, но оружие не опускал.
— Это? — удивлённо оглянулся человек. — Это не создание, это Викочка, любовь всей моей жизни!
По телу «Викочки» пошло волнение, все очертания частей тел исчезли, а через миг туша открыла глаза. Много, очень много глаз.
Марина, последние секунды пытавшаяся «развидеть» тошнотворное совокупление, которое впечатлило её неожиданно сильно, хотя она ко многому была привычна, почувствовала стремительно нарастающую угрозу и набросила на себя и спутников защитный купол. И вовремя — существо, издав хрюкающий звук, засветилось изнутри. Запахло тухлыми яйцами, а защита заискрилась.
— Марин, купол точно выдержит? — Максим с досадой опустил пистолет — пули не могли преодолевать магическую преграду.
Женщина не ответила. Она нервно кусала губы, глядя на то, как слабеет охранное заклятие.
— Нет, нет! Викуся должна покушать! Я ей обещал! — сумасшедший заверещал, схватил какую-то железяку из ближайшей кучи хлама и бросился на путешественников. Естественно, добраться до них не вышло. Выкрикивая угрозы и проклятия, человек стал бить по куполу.
— Ребят, будьте наготове, долго заклятие не продержится. — Марина на мужчину внимания не обращала. Она рассматривала более опасного врага, пытаясь понять, к какому Роду и Виду он относится, как с ним сражаться. Пока идей не было вообще. Даже определить, Высший или Низший копошится в углу, не хватало знаний и опыта.
Вячеслав едва успел приладить на пояс топор и вытащить из-за спины арбалет, как человек, в очередной раз бросившись на купол, не встретил сопротивления и с воплем полетел на бетонный пол. Железяка вывалилась из его рук и загремела, отлетая куда-то в угол. Не сговариваясь, приреченцы рванули в разные стороны. Слава грубо ругался, прячась за старыми стеллажами с какими-то школьными принадлежностями, и заряжал арбалет. Максим выстрелил пару раз, а потом тоже укрылся за обломками мебели — он старался сохранять хладнокровие и не собирался выпускать всю обойму в первые же секунды. К тому же пули лишь заставили поверхность туши пойти лёгкой рябью, не причинив видимого вреда.
Сияющий магический шарик, как и защитное заклятие, исчез. Но он уже не был нужен — свет, идущий изнутри чудовища, оказался достаточно ярок. Подвал окрасился в красные и фиолетовые тона.