Ильсур, Макс, Ратэм

Волколаки пробудились от сна все разом.

Все трое вздрогнули, зарычали, выгнулись другой, судорожно вздохнули, и распахнули глаза. Озираясь, недоуменно уставились друг на друга, не понимая, что происходит.

— Какого хуя тут случилось? — хрипло пробормотал Ильсур, едва ворочая языком. Бошка гудела, как после хорошей драки, все тело вибрировало. Во рту образовалась такая пустыня, что даже языком получалось с трудом ворочать.

Оборотень приподнялся на постели, придержав рукой простынку. Надо же, кто это такой заботливый, что укрыл его до пояса. Правда, тонкая ткань не скрыла его утреннего, бугром выпирающего стояка.

Ильсур недоуменно осмотрелся, начиная злиться все больше и больше. Ноющая боль в паху была невыносимой, но терпимой. Она вообще отошла на второй план, особенно после того, как волколак осознал, что ни хрена не помнит.

Нет, он прекрасно знал, кем является, помнил свое имя, то что он альфа стаи волколаков отшельников. Ильсур помнил всю свою жизнь, кроме того, что произошло за последнее время. И вообще, сколько времени прошло?

Что блядь, происходит? Как они тут оказались? Да еще и раздетые?

— Макс, Ратэм, с вами все в порядке? — спросил обеспокоенно, окинув членов своей стаи пристальным взглядом.

— Если не считать того, что башка гудит, словно там поселился растревоженный улей, то все супер, — недовольно рыкнул Макс.

— Как мы тут оказались? — спросил Ратэм, потирая виски, и осматриваясь, ища чего бы попить. — Во рту жуткая пустыня, водички бы попить… — пробормотал волколак, заметил стоявший на столике возле кресла полупустой графин с какой-то голубоватой жидкостью. — О, водичка… — Только протянул руку, желая взять графин, и утолить сводящую с ума жажду. И едва заикой не остался от громкого крика альфы.

— Нет! Рэт, не трогай!

— Я вспомнил! Охота. Фрейя. Погоня. Убежище. То, как мы ее трахнули впервые. Взяли силой, привязали к себе даже не спросив ее согласия. Мы сначала трахались на поляне, а потом, продолжили здесь, в Убежище, — пробормотал Ильсур, проводя рукой по волосам. — Сколько сейчас времени? Какой день?

Волколак огляделся, заметив валявшиеся у кровати брюки, нагнулся, подхватил их, пошарился по карманам, и вытащил свой смарт. Разблокировал, и присвиснул. — Сегодня воскресенье, мы отправились на Охоту неделю назад!

— Нихрена!

— Вот демоны!

— Фрейя? — прорычали все три оборотня одновременно. — Фрейя!

— Ну, чего разорались, охальники! — раздался из дальнего темного угла недовольный ворчливый голос. Затем, тьма замерцала, рассеялась, и перед волколаками предстала низенькая женщина неопределенного возраста. Она стояла в углу, в простом длинном коричневом платье, с воротом под горло, в белом фартуке, и кружевном чепчике.

— Брауни! Служанка фейри!

— Где Фрейя? — рыкнул Ильсур, садясь в постели, и накрывая пах простыней.

— Госпожа уехала, и просила передать…

— Плевать, что она там хотела передать. Где наша пара?

— И чем нас опоили? Мы все попробовали напиток с того графина! Что там за отрава? — пробормотал Макс, садясь на полу, и обернувшись простыней.

Ильсур, кроме брюк не нашел другой одежды. Обхватил голову руками, потирая виски, проморгался, перед глазами все еще расплывалось, в голове царил туман. Головная боль усиливалась от малейшего движения.

— Блядь! В этом клоповнике есть вода? — Ратэм встал, обвязал простынь вокруг талии. — И где моя одежда?

— Не нужно орать. Вот ваша одежда. А вот вода, — брауни взмахнула рукой, и на полу появилась куча мужской одежды. А на столе три керамические кружки, и графин с прозрачной водой. — И нет, она не отравлена.

Оборотни разбрелись по странному помещению, осматривая все, силясь вспомнить хоть что-то.

— Последнее, что подсказывает память, мы в том сраном хосписе, зачищаем бардак, оставленный Русланом в кабинете главного врача. Затем, Охота, Убежище, а дальше провал…

— Я тоже это помню, а дальше… нихрена…

— И это нереально бесит! — Макс уселся в кресло, в ярости стукнув кулаком по подлокотнику.

— Не крушите мебель, волколаки. Фрейя ушла. Смиритесь. Я выпущу вас на волю через три дня. Еда и вода на кухне. Отдыхайте, — отрапортовала броуни, и мгновенно растворилась во тьме.

— Вот дерьмо!

Волколаки обошли весь небольшой домик, состоявший из спальни, где оборотни проснулись, гостиной, кухни с современной техникой. Где они наконец, смогли утолить жажду, напившись свежей вкусной воды прямо из под крана.

Волколаки обошли весь дом, но так и не нашли выхода. Парадокс, но тут не обнаружилось ни окон, ни дверей.

С каждым витком по кругу, их ярость нарастала все сильней, все больше. А желание выследить одну маленькую фейри, и отшлепать ее задницу, становилось все невыносимей.

Зеленоватые стены, от которых исходило приглушенное свечение. Лишь под потолком плавали странные светильники, освещающие все помещение, в котором вся стая оказалась замурована, словно в каком-то странном бункере.

Даже простая спартанская мебель, оказалась создана из необычного серого материала. Кровать, кресла, столик между ними в спальне. Длинный диван и книжный стелаж в гостиной. Обстановка на небольшой кухне. Пол оказался покрыт пушистым теплым белым ковром, с голубоватыми разводами.

Вконец озверевшие волколаки пытались пробить стены, вырваться из ловушки, в которой оказались заперты неизвестно кем.

Они разгромили все, но так и не смогли найти выход.

Ильсур замер посередине гостиной, приняв боевую трансформацию, взревел, задрав голову, завыл, сжав кулаки. Редко кому удавалось вывести из себя хладнокровного альфу. Обычно, он не терял контроль над собой. Но то, что произошло в этой ловушке, доводило до бешенства.

Зверь задыхался в этом каменном мешке, Ильсуру казалось, будто его заперли в могиле, и придавили сверху каменной плитой.

Рядом с ним так же в боевой трансформации, замерли Ратэм и Макс. Выше двух метров ростом, мощные увитые мускулами и татуировками звери. Человеческое чуть вытянутое лицо, хищный волчий оскал, звериные глаза с вертикальным зрачком, бугрящиеся мышцами руки, с длинными когтями.

Сейчас, все трое волколаков больше напоминали разъяренных хищников, учуявших добычу.

Но вдруг, альфа замер, от тяжелого дыхания его грудь вздымалась, ноздри трепетали. Казалось, он к чему-то принюхивается, жадно втягивал воздух в легкие, выделяя то, что его насторожило.

Легкий нежный аромат свежести коснулся обоняния волколака, взбудоражив кровь, заставляя распахнуть глаза.

— Макс, Ратэм, вы это чувствуете? — прорычал зверь, продолжая водить носом, принюхиваться, искать откуда исходит потрясающий запах, от которого скрутило все внутренности.

— Чувствую! — рыкнул Макс, медленно разворачиваясь, подняв морду кверху.

— Вон там! — Ратэм указал на дальний угол в гостиной, заваленный сломанной мебелью.

Все три волколака мгновенно кинулись туда, разбрасывая обломки мебели в стороны.

Пока наконец, не нашли то, что не смогли учуять в человеческом облике. Но с легкостью обнаружили в боевой трансформации.

Три волколака откинув последний обломок, замерли, глядя на пол.

На белом ковре отчетливо виднелась тонкая кожаная окровавленная полоска.

Ильсур подцепил кожаную полоску длинным когтем, поднос к носу, и жадно втянул запах трепещущим носом. Два других волколака последовали его примеру, чуть подались вперед, принюхались, и все разом яростно вревели.

Альфа сжал ошейник в огромной руке, запрокинул голову и гневно зарычал.

Он вспомнил все, этот тонкий манящий аромат подействовал как спусковой крючок, сметая на своем пути все ментальные барьеры.

Бета и Гамма присоединились к альфе.

Все трое волколаков вспомнили все что произошло, все что их вероломная пара каким-то образом стерла из памяти оборотней. Все, что произошло за прошедшую неделю.

— Фрейя! — закричал Ильсур, зажав окровавленный ошейник в руке.

— Чертова предательница!

— Мы найдем тебя!

— Блядь! Как ей удалось наебать нас, и сбежать? — прорычал альфа, никогда в жизни он не испытывал такого сильного разочарования, и такой лютой ярости.

Попадись проклятая метаморф ему сейчас в руки, удавил бы. Нет. Сначала бы снова трахнул, а потом удавил.

— Как нам вырваться из этой ловушки? — прорычал Макс, осматриваясь по сторонам. — Служанка сказала, что выпустит нас через три дня.

— Не собираюсь тут сидеть и ждать непонятно чего, пока наша истинная пара там, совсем одна. Беззащитная.

Ни дверей, ни окон по-прежнему не было видно. Обломки мебели постепенно срастались, сломанная мебель восстанавливалась сама собой. Вскоре, разгромленная комната приняла прежний вид.

— Да где мы, блядь, находимся?

— Хоть один из вас, оказался с мозгами! И начал задавать правильные вопросы, — прозвучал откуда-то насмешливый голос, и в центре комнаты, над полом зависла мерцающая голограмма. — Вас одурманили, развели как мальчишек. Метаморф сбежала не только от вас.

— А ты еще кто? — волколаки уставились на мерцающий экран, паривший в воздухе.

— Не важно, я прислал вам приглашение на Охоту. Рассчитывая, что вы сумеете обуздать метаморфа. Поймаете ее. Вызволите ее из рабства, заберете от Хозяина. Но она сбежала, обдурила вас, да еще распылила в убежище пыльцу забвения. — Мерцающий образ на экране на мгновение замер, а затем продолжил. — Вы думаете, что Охота завершена? — Он расхохотался. — Охота продолжается, с одной лишь разницей. Теперь она перенесена в мир людей. Туда сбежала метаморф.

— При нашем последнем разговоре, ты говорил совсем другое. Угрожал, запугивал, ты ее похитил.

— Я хотел заманить вас на Охоту. Я это сделал. Иначе, метаморф уже давно бы стала добычей других Охотников. Они бы привели ее обратно к Хозяину. Вы ее единственная надежда на спасение! Найдите ее, присвойте, поставьте все метки истинной пары, только тогда вы ее спасете.

— Разве у метаморфа может быть истинная пара? Разве это не убьет ее?

— Нет. Это ее спасет.

— Она говорила нам совсем другое.

— Она глупая девчонка, начитавшаяся древних легенд. Не все в них правда. Поспешите!

— Как отсюда выбраться? — прорычал альфа, как же ему не терпелось выйти на охоту, и поймать упрямую человечку. — Почему ты не появился раньше?

— Потому что смог пробиться сквозь защиту только когда вы все вспомнили. Вы связаны с метаморфом кровью. Теперь все блоки и заклинания сняты. Найдите ее, пока не поздно. Другие уже отправились по ее следу.

— Мы бы с радостью, но не можем отсюда выбраться, — вмешался Макс, сверкая яростным взглядом.

— Вы меня не слышите. Вы связаны с метаморфом кровью, а значит, Убежище вас послушается, и откроет портал прямо к ней. Вам стоит только пожелать. Она заполнила ваши магические резервы, поделилась с вами силой. Теперь, вы обладаете некоторыми силами метаморфа.

Все волколаки присмотрелись друг к другу, и охренели. Никогда еще магический резервы всех трех оборотней не были настолько переполнены от магии.

Бетта и Гамма тоже переглянулись, ни хрена не понимая.

— Поспешите, у вас мало времени! Помните, чтобы спасти ее, поставьте метки истинности! Все трое! Одновременно! Она будет сопротивляться, воспользуйтесь ошейником, что был в том ларце. Только с его помощью, вам удастся спасти ее.

Уже чистый ошейник появился на запястье Ильсура.

Альфа не стал достушивать бред неизвестного помощника. Взмахнул рукой, открыл портал, пожелав отправиться прямиком к метаморфу.

Едва портал схлопнулся за волколами, экран замерцал, и образ стал более четким.

— Бегите к своей паре! Поставьте ей метки! Глупые волколаки! Так и не поняли, Фрейя права! Одна метка будет постепенно истощать ее магические резерв. Все три метки истинности убьют ее! И я наконец, избавлюсь от последнего препятствия, на пути к Сумеречному Трону!