33

Виктория решила поступить ровно так, как и посоветовал ей будущий супруг: оставшийся вечер она провела за совершенно бесполезными рутинными занятиями. Пока руки были заняты привычными делами, голова свыкалась с новыми мыслями.

Герцогиня Ривенхол.

Жена.

Во всём этом было что-то безумное, будто… ненастоящее. И в некотором роде Виктория даже чувствовала себя преступницей.

Она ведь вдова. После смерти графа Видмора она строго для себя решила, что остаток дней будет коротать в тишине, храня память о почившем супруге.

Она не должна была даже думать о другом мужчине, не то, что влюбляться.

Но она снова выходит замуж…

Только утром Виктория наконец решилась сообщить обо всём Джейн. Она отправила с лакеем короткую записку, в которой аккуратно изложила свою новость и поблагодарила за приглашение погостить в Лонгбри зимой. Писать о будущем замужестве было нелегко — давило бремя вины, да и память о недавнем конфликте всё ещё была свежа. Однако тягостные чувства развеялись, стоило семейству Виккерсов неожиданно появиться на пороге дома Виктории. К ней приехали все — и Мэри, которая выглядела совсем бледной, но всё же улыбалась, и младшая дочь Джейн, Черити, настоящая модница и совершенно точно будущая сердцеедка, и малыш Джайлс. Джейн и мистер Уилфред Виккерс сердечно поздравили Викторию с грядущим счастливым событием, затем состоялось короткое шумное чаепитие, после чего дети и супруг Джейн покинули дом.

Оставшись с подругой наедине, Виктория поначалу испытывала фантомное чувство неловкости, однако вскоре поняла, что зря беспокоилась. Джейн радовалась за неё совершенно искренне, даже будто бы усерднее, чем следовало, и вообще заявила, что ни капли не сомневалась в том, что всё закончится женитьбой. Уж её-то намётанный взгляд вмиг определил серьёзность намерений Ривенхола!

— Я буду счастлива присутствовать на церемонии, Виктория, — с искренней улыбкой воскликнула Джейн. — Даже если это скромное венчание, я обязана там быть! Жаль только дорогой Уилфред не сможет засвидетельствовать вам своё почтение. Они с Десфордом отправляются в Шотландию, — уже вполголоса сообщила она. — Нашлись свидетели, которые утверждают, что Леклер поехал именно туда…

Одного только этого имени было достаточно, чтобы в душе Виктории поднялась необъяснимая тревога.

— Вы уверены, что есть смысл? Этот мерзавец в любой момент может прыгнуть на корабль и покинуть страну.

— Десфорд утверждает, что у него имеются какие-то проблемы с документами… Я в этом ничего не смыслю, но, судя по всему, Леклер пока не может уехать за пределы королевства.

— Даже так найти его будет нелегко, — возразила Виктория.

— Да, но дорогой Уилфред настроен очень принципиально. Сейчас они с кузеном пытаются выманить его приданым. Нашлась девушка, с которой Леклер едва не обвенчался. Бедняжка уже почти на сносях, а её братья готовы на что угодно, лишь бы прикрыть позор. Так вот, их уговорили написать Леклеру письмо с предложением огромной суммы денег…

— Боюсь, он не настолько глуп, чтобы клюнуть, — покачала головой Виктория. — И он уже наверняка понял, что его ищут.

— Время покажет. Я буду держать тебя в курсе всех новостей. Обещаю: как только Леклера поймают, ты будешь первой, кому я напишу письмо!

Виктория поблагодарила подругу, хотя в душе почему-то совсем не рассчитывала на хороший исход. Похоже, чтобы отловить такого скользкого типа, как Леклер, усилий двоих мужчин было недостаточно. И только когда Джейн ушла, Викторию посетила запоздалая идея попросить помощи у герцога Ривенхола.

Он ведь наверняка располагал обширными связями, а значит мог продвинуть поиски. Это совсем не означало, что они завершатся успехом, однако Виктория нашла странное и очень непривычное успокоение в той мысли, что теперь ей есть к кому обращаться за поддержкой.

Вечер Виктория провела за написанием писем. Нужно было оповестить о замужестве всю свою немногочисленную родню: двоих кузенов, тётушку из Шеффилда и семью младшей сестры покойного графа Видмора. После разговора с Джейн делать это было не так уж и трудно. Главное — подобрать нейтральные формулировки.

«Спешу сообщить вам, что совсем скоро я выйду замуж.»

Виктория как раз заканчивала писать последние строки тётушке, когда услышала раздавшиеся внизу громкие резкие голоса. Один из них определённо принадлежал Роули, но другие были незнакомы. Виктория моментально насторожилась — на повышенных тонах её дворецкий не разговаривал никогда. Да и кому вообще понадобилось приходить в её дом в столь позднее время?

Она вышла из спальни и снова прислушалась. Голоса переругивались, но о чём конкретно — было не разобрать.

Дурные предчувствия толкнули её на лестницу.

Спустившись к холлу, Виктория обнаружила троих незнакомцев в длинных коричневых сюртуках и шляпах-котелках и так и замерла на последней ступени, уставившись на их лица.

Форменные головорезы. Перебитые носы, загрубевшая кожа, шрамы. У самого крупного из мужчин и вовсе была чёрная повязка на глазу, как у бандита с большой дороги. Он перехватил взгляд Виктории и раздвинул рот в неприятной улыбке.

От страха у неё едва не подогнулись колени. Виктория вцепилась в лакированные перила и как можно громче произнесла:

— Что здесь происходит? Кто вы и на каком основании заявились в мой дом?

Роули, увидев её, побледнел.

— Леди Видмор… — севшим голосом пробормотал он и, подойдя ближе, встал прямо перед лестницей, будто во что бы то ни стало собирался держать оборону.

— Нам приказано доставить леди Викторию Олбридж в королевскую резиденцию, — громко и раздельно объявил один из мужчин. — Пожалуйста, будьте так любезны немедленно проехать вместе с нами.

— Приказано? И кто же отдал вам такой приказ? — спросила Виктория, старательно маскируя свой испуг за высокомерным возмущением. Ответ, кажется, уже был ей известен, но верить в него не хотелось.

Двое нарушителей спокойствия переглянулись, и на вопрос неожиданно ответил третий, тот, что продолжал растягивать безгубый рот в улыбке:

— Не стоит так волноваться. Вы знаете этого человека. Мистер Лето.

Страх плеснул кипятком в спину. Викторию даже затошнило от волнения.

Но ведь его величество оставил её в покое! Почему вдруг сейчас…? Неужели, он узнал о грядущем замужестве?

— Будет лучше, если вы не станете нам сопротивляться, — услышала Виктория сквозь грохот собственного сердцебиения. — Пожалуйста, давайте не будем усложнять друг другу жизнь.

В этот же момент из коридора, что вёл к комнатам слуг, выглянула перепуганная Салли. Тихо ойкнув, она прижалась к стенке с самым затравленным видом. И оно было не удивительно — улыбающийся громила повернулся к ней и изобразил поклон.

Виктория сделала пару глубоких вдохов, пытаясь обуздать скачущие в панике мысли. Из мужчин в доме был только Роули и двое совсем молодых мальчишек-лакеев, а эти громилы, наверняка, были вооружены. Никакого сопротивления оказать им не получится. У неё нет вариантов, кроме как ехать к королю. Да, ей придётся ехать, но… она ещё могла отправить сигнал бедствия Ривенхолу. Видит Бог, только герцог мог вытащить её из лап его величества короля.

— Роули, будь добр, принеси мой плащ, — выговорила Виктория как можно ровнее. — Одну минутку, я схожу за своей шалью.

Дворецкий обернулся с неверящим видом. Кажется, в его глазах даже мелькнула обида. Ох, милый Роули, он и вправду собирался защищать её от троих здоровенных мужчин! И это в таком почтенном возрасте!

Выразительно кивнув ему, Виктория отправилась в свои покои. По ступеням она поднялась со степенным достоинством, но в собственную спальню влетела совершенно как беглая преступница. Схватила с письменного столика лист бумаги и оторвала небольшой клочок. На нём она написала одно единственное слово: «Король», затем потрясла запиской в воздухе, чтобы просушить чернила, и принялась торопливо складывать её.

Вернувшись в холл, Виктория позволила своему дворецкому облачить себя в уличный плащ, а когда представился удачный момент, сунулу послание ему прямо в руку.

— Герцогу, — прошептала она одними губами.

И Роули понял её. По крайней мере, в глазах его зажглась воинственная решимость.

34

На улице уже стояла кромешная темень, когда Виктория выбралась из высокой кареты. Предложенную одноглазым громилой руку она проигнорировала, хотя ноги едва её держали. Увидев хорошо узнаваемые стены королевской резиденции, она немного воспряла духом. Всё же, её привезли не Бог весть куда, а, как и обещали, прямо во дворец. Это определённо было хорошим знаком. Оставалось надеяться, что и герцог Ривенхол не уехал в Кентербери за брачной лицензией, иначе послание может застать его уже слишком поздно.

Викторию провели по длинному коридору, тускло освещённому свечными канделябрами, затем двое из троих сопровождающих неожиданно куда-то испарились, и последний громила молча довёл её до высоких выбеленных дверей. Там Викторию почтительным поклоном встретил ливрейный лакей. Когда он вежливо предложил подержать её плащ, она окончательно растерялась.

Происходило что-то странное. Что-то совершенно неподвластное её логике.

Двери распахнулись, и Виктория увидела короля. Его величество сидел за огромным столом, склонившись над бумагами, с видом одновременно задумчивым и мрачным.

— Присаживайся, Виктория, — бросил он так, будто она своим несвоевременным появлением отвлекла его от важных дел.

Будто это ей взбрело в голову заявиться к нему на аудиенцию на ночь глядя!

Виктория сделала шаг и бегло осмотрела дорого обставленный кабинет — диван перед столом, массивные книжные шкафы из красного дерева, глубокие кресла рядом с шахматным столиком и отделанный мозаичным камнем камин. Глядя на всё это великолепие, она неожиданно испытала острое, клокочущее раздражение. Недавние страх и отчаяние переплавились в злость, которая искала выхода.

— Бога ради, прекрати смотреть на меня так! — воскликнул Август, рывком поднявшись из-за стола. — Сядь, это приказ! — И он ткнул пальцем в обитый бордовым бархатом диван.

Даже крик не произвёл на Викторию впечатления.

— Какие ещё будут приказы, ваше величество? Я хотела бы заранее услышать, что ещё мне придётся делать.

— Не будет никаких приказов, я хочу обсудить с тобой кое-что очень важное. — Его величество обошёл стол, на ходу ослабляя узел шейного платка. Затем совсем не по-королевски уселся прямо на край столешницы и кивнул на диван. — Садись. После отправишься обратно домой, клянусь.

Виктория недоверчиво нахмурилась.

К чему тогда вообще был весь этот спектакль с тремя головорезами? Она всю дорогу думала, что едет на собственную казнь! Она отправила герцогу записку с мыслью, что, возможно, никогда больше его не увидит!

Не в силах больше сдерживаться, Виктория прямо озвучила все эти мысли королю.

— Они не головорезы, — удивлённо возразил его величество, — это мои доверенные лица, самые надёжные люди. Они вели себя неподобающе? Я давал им распоряжение быть вежливыми и улыбаться.

Ах, улыбаться. Вероятно, той самой улыбкой, от которой её бедная камеристка, скорее всего, будет вынуждена лечить заикание!

Мгновение поколебавшись, Виктория прошла вперёд к столу и присела на диван. Она по-прежнему ждала подвоха. Но страх внутри окончательно перегорел.

— Ты меня обманула.

— Что, простите…? — опешила Виктория.

Эти слова его величество произнёс с тем же выражением лица, с которым когда-то очень давно обвинял её в жульничестве в карточной игре. Да, маленький принц Август всегда делал так, если проигрывал.

— Ты говорила, что не собираешься замуж и не ищешь отношений.

— Да… Это действительно было так.

— Но…? — король Август выгнул рыжую бровь и умолк в ожидании, глядя на Викторию сверху вниз.

— Но обстоятельства изменились.

— Ты действительно хочешь выйти за него? Тебя привлёк титул? Или есть другие причины?

До чего странный допрос, промелькнуло в голове у Виктории. Неужели его величество король в самом деле думал, что она будет отвечать? Что станет обсуждать с ним своего будущего супруга?

Виктория расправила платье на коленях и вежливо откашлялась:

— Ваше величество, если вас не затруднит, не могли бы мы перейти прямо к делу?

Светлые глаза недовольно полыхнули, но Виктория выдержала и эту свирепую вспышку. Непонятно откуда взявшаяся храбрость удивляла даже её саму.

— Я пригласил тебя сюда, чтобы предупредить об опасности, — заговорил король Август после паузы. — Тебе следует знать о том, что прежняя жена Ривенхола умерла не сама. Она ушла при очень странных обстоятельствах, скорее всего, её убили.

— Мне об этом известно, ваше величество.

Ненадолго в кабинете воцарилась полная тишина.

— То есть, он рассказал тебе об этом, но ты всё равно дала своё согласие? — Его величество припечатал её очередным хмурым взглядом. — И тебя совсем ничего не настораживает?

— Я… не совсем понимаю...

— Ты поедешь в его поместье. В дом, где умерла прежняя герцогиня. Займёшь её место, — говорил король, будто пытался натолкнуть Викторию на какую-то мысль. — Возможно, даже будешь спать в её кровати.

— Я не верю в привидений, если вы об этом, ваше величество.

В полном недоумении Виктория замолчала. Все эти аргументы звучали как-то… по-детски. В замке герцога ведь умерла не только его прежняя супруга, но и ещё несколько поколений предков Ривенхола. А проблем с кроватью Виктория не видела вовсе. Наверняка в герцогском замке было столько спален, что можно хоть каждую ночь ложиться в новой, и так на протяжении целого месяца.

— Ясно, — мрачно подытожил король. — Быстро он тебя окрутил. Сколько дней прошло с вашего знакомства? Десять? Двадцать?

— При всём уважении, ваше величество, — вспыхнула Виктория, — это не должно вас касаться.

— Меня это касается! Это я вытащил этого солдафона в столицу. Буквально приказал ему явиться на празднование. Если бы я знал, что он уведёт у меня из-под носа женщину, то послал бы его в Испанию… К чёрту на кулички!